Чтение онлайн

Нет, Пруденс в гостинице не было. Он по-прежнему считал, что Инграм не настолько глуп, чтобы попытаться спрятать ее где-нибудь на своей территории. Эдгар Осборн также не захочет держать ее там, у себя, столь ценный трофей может выйти из-под контроля.

Внимательно изучив набор вин у хозяина гостиницы, чертыхаясь на узкой лестнице, рассерженный Филипп вышел через черный ход, сказав, что собирается проверить, как его конюх ухаживает за лошадьми. Переговорив со слугой, Филипп понял, что Пруденс не было ни в конюшне, ни в пристройках. Надежда начала умирать в нем. Где она могла быть?

Он вернулся в гостиницу через центральный вход, чтобы проверить пивную, прежде чем подняться наверх, и мрачно заметил, что Инграм и Осборн все еще были там. Посылая в душе им проклятия, Филипп поднялся в свою маленькую комнатку в конце коридора.

– Ее здесь нет, – упавшим голосом сообщил Филипп. Они с Алисой снова остались наедине.

Алиса отвернулась:

– Что же делать?

Огорченный ее тревогой, Филипп подошел к ней. Прикасаясь к ее плечам, гладил и успокаивал ее:

– Мы ничего не можем поделать, милая Алиса. Не сегодня. Инграм и Осборн все еще в пивной, и мы не можем уехать, нас просто поймают. Хотя я не боюсь стычки ни с одним мужчиной, меня волнует ваша безопасность, если Осборн заметит вас, вы и Пруденс окажетесь в его когтях, и Томас наверняка придет к нему сам. Мы вынуждены остаться здесь на ночь и надеяться, что завтра сможем уехать как обычные путники.

Она повернулась в его руках.

– Но…

Он успокоил ее протест поцелуем. Он понимал, что не оставлял ей шанса, что вел себя не по-джентльменски, но ничего не мог с собой поделать. Ее запах опьянял его, ее тело влекло к себе неудержимо. Если она оттолкнет его, он не станет принуждать, но…

Она не оттолкнула. Ее руки скользнули у него по спине к плечам, рот открылся, вбирая его язык. Он услышал глухой стон и удивился, что простонал он сам, ее пальцы впились ему в плечи. Наконец, упившись поцелуем, они ослабели и разъяли уста.

– Что вы имели в виду, – затаив дыхание, спросила она, – когда сказали, что собираетесь поговорить с моим отцом?

Филипп языком коснулся ее губ.

– Я намеревался просить его вашей руки.

– Вы собирались спрашивать меня? Или согласия отца было бы достаточно? – она покрывала его подбородок нежными летящими поцелуями.

Филипп засмеялся:

– А вы бы ответили «нет»?

Алиса посмотрела ему в глаза – в них была острая тоска. Она знала, каково будет мнение отца о браке его дочери с сэром Филиппом Гамильтоном. Ответ будет противоположным тому, чего хотело сердце Алисы.

– Я бы самым громким голосом, какой только можно себе представить, закричала бы «да»! И Филипп, я – ваша! Сегодня. Когда вы только захотите. Отнесите меня на кровать, которую мы оба старались не замечать, и сделайте своей. Пожалуйста!

– Вы уверены, любовь моя? – Филипп хотел понять причину ее отчаяния, которое он прочел в ее лице.

Она улыбнулась.

– Да. Я уверена, Филипп Гамильтон! Сегодня, и глазах всех – мы муж и жена! – она тихо рассмеялась: – И у вашей жены репутация требовательной и сварливой женщины, поэтому вы должны подчиниться, иначе я превращу вечер в невыносимый кошмар…

Она взвизгнула, когда он поднял ее и понес к кровати. Там он еще раз остановился, улыбаясь темными глазами:

– Если вы уверены?

– Я уверена! О, Филипп, я уверена!

Он положил ее на кровать и опустился рядом на колени. Глубоко вырезанное ярко-красное платье, прозрачный шарф, окутывающий шею, тугой лиф, скрывающий девственную грудь, – одним движением все это Филипп спустил с плеч. Алиса сладострастно вздрогнула, отрешенно улыбнулась, когда его губы стали ласкать ее обнаженные плечи. Он целовал ее, и его густые волосы касались ее кожи. Алиса нежно отвела их назад. Филипп вопросительно взглянул на нее.

– Вы безжалостно терзаете меня, сэр, – хрипло сказала она.

– Это только начало, милая Алиса, – его рука сбросила остатки одежды с ее и потянула их вниз, пока из-за ткани не показалась соблазнительная грудь.

Алиса приподнялась, опершись на локоть:

– Расшнуруйте мне корсаж, сэр, потому что я не могу сделать это сама, – она прикусила губу, думая, не слишком ли она была прямолинейной. Пока его руки работали над шнуровкой, стягивающей корсаж, она потянулась к его щеке и поцеловала ее. Филипп застонал и стал работать быстрее.

Наконец, корсаж был расшнурован. Филипп снял его и быстро развязал юбку. Алиса привстала на колени и стянула платье с бедер, оставшись в свободном белье, прозрачном и легком, как воздушное облако. Глаза Филиппа затуманились, он привлек ее к себе и стал осыпать поцелуями. Алиса ответила с неистовой страстностью, увлекая его в беспредельность.

На мгновение Филипп отстранился, но только чтобы раздеться.

Алиса сбросила тяжелые складки юбки и, ничуть не смущаясь, с интересом наблюдала за ним. Она желала Филиппа, страстно желала. И наблюдать, как он сбрасывал одежду с неприличной поспешностью, доставляло ей своеобразное удовольствие. Когда была снята последняя деталь, он улыбнулся, заметив ее напряженное лицо:

– Ну что, я пригоден, мадам?

Мускулистое тело Филиппа внушало ей даже большее благоговение, чем она ожидала. Она ответила, чуть дыша:

– Филипп, я понятия не имела! Я вам так же приятна, как вы мне?

– О, да, – сказал он, опускаясь на постель рядом с ней. Она задрожала от страха и волнения. Его губы сомкнулись вокруг ее рта в требовательном поцелуе, обещающем ей нежность и страсть. Его руки гладили и ласкали ее тело, будто запоминали его.

Она не чувствовала, когда между ними исчез последний барьер, была беспредельно готова к тому, что должно было произойти. Она доверяла Филиппу и хотела отдаться ему. Ее тело жаждало его, и тихо бормоча, она притянула его поближе.

Когда он одним движением оказался над ней, инстинкт подсказал, что именно этого ей хотелось. Она развела ноги, чтобы бережно принять его, как в колыбель, и он с тихим стоном опустился в нее.

Его вторжение всколыхнуло и потрясло ее, скрыв опьяняющий туман удовольствия, на расстоянии державшего ее в плену, но она верила, что он не причинит ей боли, и он не желал этого. Он проник глубже, осторожно, но настойчиво, пока не заполнил ее всю и не вошел глубоко. Потом он замер, нащупывая отвердевший сосок и нежно покусывая его губами.

– Теперь ты моя, Алиса Лайтон. Скажи это.

– Я и до этого была твоя, Филипп. Вчера, сегодня и завтра, – ее тело нуждалось в движении. Она подалась ему навстречу, и он задохнулся от желания.

– Да, – простонал он, – Алиса, ты можешь довести мужчину до безумия.

Она изогнула шею, ее тело изгибалось, повинуясь древним, как сама жизнь, инстинктам. Она чувствовала, будто взбиралась на высокую гору, медленно, по склонам, испытывая экстаз в каждое следующее мгновение, но все же ожидая чего-то большего. И именно это неизведанное нечто заставляло ее извиваться на своем новобрачном ложе, готовясь к заветному прыжку к вершине.