Чтение онлайн

Он не стал ее удерживать, но, выпустив, не отстранился. Она хотела сказать, чтобы он больше не приходил, что она ему не доверяет, что не хочет заводить с ним роман. Не хочет, чтобы он снова целовал ее. Но язык не слушался ее.

Глядя ей прямо в глаза, Дэн пленительно улыбнулся и слегка прижал палец к ее губам.

— Ничего не говорите, — тихо произнес он. — Спокойной ночи, Флора.

И, повернувшись, ушел.

Силы вконец оставили ее. Она опустилась на диван и закрыла лицо руками. Что он хочет доказать? Что она в его власти? Что он может контролировать все ее поступки?

Но почему она чувствует себя такой несчастной? Неужели обманывает себя, делая вид, что он ее не привлекает?

Но не стоит убеждать себя в обратном: этот мужчина действительно привлекателен. Он знает, как целовать женщину. У него потрясающие глаза, а при звуках его голоса сердце у нее так сильно бьется. Конечно, он ее привлекает. А может, все дело в низменном плотском влечении и к настоящему чувству не имеет никакого отношения?

Она не хотела заводить ничего не значащую интрижку, какой бы волнующей та ни обещала стать. В конечном счете за все пришлось бы расплачиваться слишком дорого. В глубине души она, наверное, так и останется романтически настроенной идеалисткой, которой нужно настоящее чувство, когда все общее — и обещания, и обязательства, и мечты! Ничего этого она не может ждать от такого мужчины, как Дэн Монтана. Она знает и понимает это. Тогда почему ее так влечет к нему?

Да потому что я — непроходимая дура, заключила она. Потому что по какой-то дурацкой причине влюбляюсь не в тех мужчин, в которых нужно. Но сколько бы она ни твердила себе, что жадный до денег осквернитель тропических лесов ее нисколько не интересует, она не могла заставить себя перестать думать о нем. Его образ преследовал ее повсюду: когда она бродила по лесу в поисках объектов для съемок, ночью, лежа на сеновале, уставясь на стропила… В нем чувствовалась тайна, что-то такое, что не вязалось с тем представлением, которое у нее о нем сложилось, и это интриговало и тревожило ее одновременно.

Для нее явилось полной неожиданностью, что он знает, как нужно разделывать рыбу. Вспомнив об этом, она невольно улыбнулась, восстановив разговор в памяти.

— Где вы этому научились? — спросила она тогда.

— Там же, где учился резать курицу и забивать барана.

— На ферме?

— Да, пожалуй, можно сказать и так.

Что-то в этой фразе ее поразило. Что же это была за ферма, где такой мужчина, как Дэн, мог научиться забивать баранов?

— Мне страшно, — сказала она подруге Бет, которая заехала в гости, привезя в подарок творожный пудинг в шоколаде. — Я так не уверена в себе.

— Почему?

Откинув назад длинные темные волосы, Бет поддела вилкой кусок пудинга и отправила его в рот.

— Не знаю. — Флора беспомощно развела руками. — Черт побери, он ведет себя так, словно поймал меня на спиннинг, как рыбку, и теперь тянет, наматывая леску на катушку, а я только трепыхаюсь на крючке.

Бет чуть не поперхнулась.

— Я просто в восторге от такой картины, — сидя с набитым ртом, выговорила она. — Все так… так наглядно.

— Спасибо, — сухо отозвалась Флора, но, глядя на улыбающуюся Бет, сама не смогла удержаться от улыбки. — Я не знаю, что делать! — жалобно сказала она. — Посоветуй!

Бет состроила презрительную мину.

— Я пас. Тебе надо обратиться к какой-нибудь прорицательнице.

Флора смерила ее уничижительным взглядом.

— Хороша подружка, нечего сказать! Я в замешательстве, вся извелась, отчаялась, а ты даже не хочешь мне ничего посоветовать!

Бет тяжело вздохнула.

— Хорошо, давай все обсудим без эмоций. Что мы с тобой имеем? Богатый, респектабельный бизнесмен, у которого свой загородный дом, построенный давным-давно, чертовски привлекателен как мужчина, ухаживает за тобой. Не хочу обидеть тебя, Флора, но, предположим, его интерес к женщинам, как правило, не распространяется на фотожурналисток, снимающих дикую флору и фауну и рыскающих повсюду в заляпанных грязью джинсах и ботинках? Кроме того, он до сих пор подозревает тебя в каких-то загадочных преступлениях, но ни в какую не желает рассказать, в чем дело. Сначала он был подозрительным и агрессивным, теперь вдруг стал обаятельным и притягательным. Этому парню что-то от тебя надо, Флора. Мне это не нравится.

Флора вздрогнула.

— Именно это я и боялась услышать.

— А если посмотреть на ваши отношения иначе?

— «Надежда умирает последней». Я-то думала, ты сможешь представить наши отношения не в таком мрачном свете. То, что ты сказала, меня страшно угнетает.

— Съешь еще кусочек. Великолепное лекарство для тех, у кого голова идет кругом.

— Ну да, от холестерина произойдет закупорка артерий, я умру, и все мои проблемы отпадут сами собой.

— Замолчи и ешь, — сказала Бет, кладя ей на тарелку еще кусок пудинга.

— Тебе хорошо говорить, ты скоро уедешь. А мне что делать? С кем я буду советоваться?

— Со мной. По телефону. Конечно, такие разговоры обойдутся в кругленькую сумму, но это все же дешевле, чем обращаться за помощью к терапевту.

Они поговорили о предстоящем переезде Бет и Кевина в индейскую резервацию в Северной Дакоте, где он будет главным врачом в местной поликлинике, а она — учительницей в начальной школе. Все их друзья в один голос твердили, что они сошли с ума, но эта пара стояла на своем.

Проводив Бет, Флора села за кухонный стол и стала готовиться к проводам, которые с несколькими друзьями хотела устроить Кевину и Бет. Вечеринка была назначена на субботу, и Флора предложила собраться у нее. Найдя клочок бумаги, она составила список, что предстояло купить. Поистине ей требовалось расслабиться, чтобы внести успокоение в ее смятенную душу.

Стоя на террасе, Флора с удовлетворением отметила, что вечер удался. Повсюду — как в доме, так и около него — было полным-полно народу, столы ломились от жаренных на вертеле цыплят и картофельного салата, разговоры не смолкали ни на минуту. В окружении друзей и подруг оживленная Флора чувствовала себя превосходно. Специфика работы заставляла ее вести своего рода затворнический образ жизни, и такие моменты, как сейчас, она особенно ценила, так как любила общаться с друзьями. Она вошла в дом, чтобы налить себе еще вина, и… остолбенела.

Держа бокал вина и прислонившись к одному из грубо обтесанных бревен, служивших опорами для сеновала, в гостиной стоял Дэн и разговаривал с Кевином. Черт бы его побрал! А он что тут делает? Она застыла на месте, наблюдая за ним, и воспоминания о том, как он во время их последней встречи поцеловал ее, нахлынули на нее.

— Что с тобой? — спросила Бет, проводя рукой перед ее глазами. — Ты сама не своя, смотришь в одну точку.

Вздрогнув, Флора покачала головой.

— Ничего.

Бет бросила взгляд в ту сторону, куда она смотрела.

— Так это он и есть, да? Ты его приглашала?

— Нет.

Ее охватило сознание беспомощности перед лицом того, что неминуемо должно произойти. Она двинулась через комнату навстречу ему. Дэн поднял голову.

— Вот, решил заглянуть, — сказал он, явно лукавя, о чем оба знали. Ее сарай находится в таком захолустье, что «заглянуть» сюда невозможно.

Флора любезно улыбнулась.

— Ну конечно.

Она еле сдерживалась, чтобы не закатить скандал, но ведь не указывать же ему на дверь у всех на глазах.