Чтение онлайн

Поев, откинулась на спинку дивана, прикрыв глаза, и чувствуя какую-то апатию. Вообще ничего не хотелось, только вот так сидеть неподвижно, и слушать тишину. Похоже, организм на пару с психикой решили включить свой защитный механизм, за что им большое спасибо… Сколько так прошло времени, не знаю, но даже когда дверь бесшумно открылась, я не пошевелилась.

–  Не скучала?
– судя по веселому голосу Молина, все прошло более-менее удачно.
– Хочу обрадовать, скоро мы с тобой отсюда выберемся. Почти все бумаги подписаны, и жить твоему Руслану осталось всего ничего.

Я приоткрыла глаза, глядя на довольного хозяина этого странного бункера, и задала один-единственный вопрос:

–  Ты отдал волос?
– голос вышел тихим, и каким-то безжизненным.

Молин пожал плечами и небрежно бросил куртку на спинку дивана.

–  Уж не знаю, зачем ему это надо было, он его почти сразу выкинул. Но два из трех договоров подписал.

Мне удалось сдержать улыбку. Расу много и не надо, если он почувствовал кровь, то… к Паше скоро нагрянут гости. Очень неприятные гости. Мелькнула мысль, где сейчас Раиса, но честно говоря, это меня уже мало волновало.

Диван прогнулся, я почувствовала близкое присутствие Павла, и тут же прикосновение к щеке.

–  Отдохнула?

Ответить не успела: за дверью послышался какой-то шум, Молин вскинул голову, с недоумением и легкой тревогой глядя на вход, а я плотнее запахнула одеяло, тоже не сводя взгляда с толстой, стальной двери. Откуда-то я знала, кто там, по ту сторону. И губы разъехались в кривой улыбке. Снова шум, и… В толстой, стальной двери вдруг появились отчетливые царапины, словно от когтей. Молин подобрался, а я, повинуясь интуиции, отодвинулась на самый край дивана, как можно дальше от него. Скрежет, и - сталь поддалась, как бумага, прорвавшись и явив четыре черных, матово блестевших когтя. Да!!! Я резво отскочила от дивана, и рука Молина, метнувшаяся ко мне, промахнулась. Когти сжались, с мясом вырвав замок, и дверь распахнулась от сильного пинка.

Оно того стоило, видеть физиономию Молина, когда на пороге появился Рассаэрн. Во всей красе. Черная кожа, горящие глаза, бугрящиеся мышцы, оскаленные клыки. Кажется, мой любимый был в ярости. И я его понимаю…

–  Аришшша… - прошипел он, не сводя алых глаз с Молина.
– Выйди…

Молин сравнялся цветом лица с мелом, а в его глазах я заметила неприкрытый ужас. Рас для усиления эффекта провел когтями по стене, оставляя безобразные отметины. Сжав края одеяла, я осторожно пошла к двери.

–  Прямо, потом направо, - отрывисто произнес Рас, шагнув в помещение.
– Жди наверху. Там Гена.

Юркнула мимо него, стараясь не думать, что здесь сейчас будет. Много крови, однозначно. Молин живой отсюда не уйдет, я это точно знала.

–  Аришшшшаааа… - с угрозой протянул Рас.
– Уходииии…

Сглотнув, я вышла, следуя указаниям. Проходя мимо моей камеры предварительного заключения, подавила порыв зажмуриться - тел охранников не было, но на стене остались кровавые разводы. Мне стало плохо, и я поспешила пройти мимо. Дошла до крутой лестницы наверх, почти бегом поднялась, и влетела прямо в объятия Гены.

–  Шшш, - он осторожно обнял меня.
– Ариночка, тише.

Нервы сдали. Я всхлипнула, уткнувшись в грудь Геннадия, меня начала бить крупная дрожь.

–  Все, все закончилось, - его широкая ладонь провела по спине, и я попыталась обуздать подступающую истерику.
– Пойдем.

Он легко взял меня на руки, и куда-то понес. Я закрыла глаза, стараясь не думать о том, что сейчас происходит внизу.

–  Г-где Р-раиса?..
– сумела выдавить, хотя зубы выдавали чечетку.

–  Руслан тебе расскажет, - голос Гены звучал мягко, успокаивающе.
– Успокойся, все хорошо. Тебя больше никто не тронет.

Сжавшись в комочек, обхватила руками шею Геннадия, не открывая глаз, и борясь с желанием разреветься в голос. Мы вышли на улицу, судя по пахнувшему в лицо свежему воздуху, тренькнула сигнализация, и я услышала звук открывшейся двери.

–  Посиди здесь, - Гена усадил меня в машину.
– Сейчас Руслан вернется.

Открыла глаза, посмотрела на него.

–  Т-ты знаешь, кто он?..
– выдавила из себя.

–  Знаю, - спокойно ответил Гена.
– Давно знаю. Ты как?

–  С-сносно, - дрожь не прекращалась, и пришлось до хруста стиснуть зубы.

–  Грейся, - дверь захлопнулась, оставив меня в теплой тишине салона.

Гена остался снаружи, и закурил. Я глубоко задышала, пытаясь справиться с эмоциями, наконец проснувшимися, и обрушившимися на меня с неумолимостью цунами. Картинки прошедшей ночи мелькали перед глазами, вызывая чувство стыда и отчаяния. Прикусила до крови губу, но по щекам все равно потекли слезы. Зажмурилась, крепко, свернувшись клубочком на сиденье. Домой хочу. В душ, и спать. И забыть, забыть все, как страшный сон. Сколько прошло времени, не знаю, на меня напало странное оцепенение. Когда послышался звук открывшейся двери, я встрепенулась, и уставилась на Раса - уже в нормальном, человеческом виде.

–  Ариночка, - он осторожно протянул ладонь и коснулся моей щеки.
– Ариша…

Все. Нервы окончательно сдали, и я, прижавшись к его пальцам, тихо заплакала. Рас, скользнув на сиденье, моментально притянул меня к себе, устроив на коленях, баюкая, как ребенка, а я освобождалась от напряжения последних суток, уже не в силах сдерживаться. Пальцы Раса зарылись в мои волосы, тихонько поглаживая, губы коснулись виска, и время словно застыло. Будто со стороны слушала свой голос, тихий, тоскливый, как у зверька, и не было сил закрыть эмоции, чтобы Рассаэрн ничего не читал. Он понял, он все понял.

–  Прости… прости, Ариночка, что не успел… - в его голосе было столько боли, что мне стало еще хуже.
– Я искал, честно, старался… Любимая моя, хорошая…

Рыдания перешли в тихий вой, мне стало совсем плохо. Цепляясь за плечи Раса, я выплескивала все, что скопилось, и становилось легче, воспоминания потеряли остроту.

–  Ты забудешь, - лихорадочный шепот, - ты забудешь, Ариша, не надо тебе это помнить.

И… странным образом память поддалась, покрываясь туманом, я куда-то проваливалась, то ли в сон, то ли в беспамятство… Реальность растворилась, и я не стала сопротивляться. Мне нужен покой, надо забыть, да… Я позволила темноте ласково обнять, заполнить каждую клеточку, и нырнула в благословенное забытье.

Сначала пришли ощущения. Теплое одеяло, мягкая подушка под щекой, и - вкусный запах кофе. Распахнула глаза, и прямо перед лицом узрела поднос с чашкой, и любимыми гренками. Выпростала из-под одеяла руку, протянула к еде. Запястье тут же перехватили чьи-то пальцы, и родной, любимый голос произнес:

–  Проснулась?

Рас сидел на краю кровати, с тревогой вглядываясь в мое лицо. Улыбнулась, кивнула, и попыталась сесть. В теле чувствовалась ужасающая слабость, но я собрала себя в кучу, и все-таки приняла вертикальное положение.