Чтение онлайн

Антонелла невольно покосилась на Кристиано. Он наблюдал за ней. На мгновение их взгляды встретились, но потом он отвернулся. В ее жизни не будет такой полной, безоговорочной любви. Она всегда знала, что ей не суждено обрести счастье. Так зачем страдать из‑за этого?

Вскоре прибыл Данте. Антонелла бросилась к нему и крепко обняла. Он долго не отпускал ее. Нелепо, но она расплакалась.

— В чем дело, Элла? — спросил брат. — Ты в безопасности, и я очень этому рад.

— Я подвела нас, Данте, — прошептала она, — подвела.

— Нет, — твердо проговорил он. — Это я подвел. Что бы теперь ни случилось, ты не должна винить себя.

— Мне надо было постараться…

— Элла, — прервал ее Данте, целуя в бровь, — моя милая малышка. Ты всегда винишь себя и всегда не права. Перестань, не надо.

Он мягко отстранил сестру. Кристиано стоял неподалеку с непроницаемым лицом. Антонелле невыносимо было видеть его. Она отвернулась и вышла на террасу. Ей необходим воздух, необходимо привести мысли в порядок. Но когда она вернулась в зал, мужчины уже ушли. Лили хмурилась, глядя на нее, решимость светилась в ее глазах.

— Нам надо поговорить, Антонелла.

Девушка вздохнула:

— Да, полагаю, ты права.

Мужчины совещались несколько часов. Антонелла извелась, не зная, что происходит. Гнев зародился в душе и постепенно нарастал, словно ураган, который она только что пережила. Гнев на отца за многое: за то, что довел Монтеверде до банкротства; за то, что видел в дочери лишь красивую вещь, которую можно выгодно использовать в политических целях. Когда все это так или иначе закончится, она станет жить по‑другому. Во‑первых, поступит в университет, начнет учиться, и пусть кто‑нибудь другой разливает чай и мило улыбается иностранным дипломатам или партнерам по бизнесу. Она способна на большее, и ей не терпится это доказать.

Злилась Антонелла и на брата за то, что тот не действовал более решительно, не сделал попытки заключить мир с Монтероссо.

И еще она злилась на Кристиано — за неспособность смириться со смертью жены, за отказ принять ее любовь как дар. Ее любовь чего‑то стоит. Она и сама чего‑то стоит. Как Кристиано посмел отвергнуть ее?! Как посмел принять ее невинность, просить о доверии, если не собирался жениться? Да он попросту использовал ее. Правда, Кристиано спас ей жизнь, и она ему благодарна, но это не извиняет его.

Разговор с Лили помог Антонелле. Подруга не указывала ей, что делать, не судила, а просто расспрашивала о том, что произошло и как это подействовало на Антонеллу.

Когда Лили пошла распорядиться насчет обеда, Антонелла осталась на террасе, потягивая сладкий чай со льдом и размышляя.

— Антонелла.

Сердце ее подпрыгнуло. Она отставила чашку и посмотрела на Кристиано так холодно, как только смогла. Последнее, чего ей сейчас хотелось, — это разговаривать с ним.

— Как все прошло, Кристиано? Ты теперь герой‑победитель? Следует ли мне склониться в глубоком поклоне и назвать тебя своим господином?

Лицо его было непроницаемым. Бесстрастным. Это лишь подстегнуло ее злость.

— Едва ли это необходимо, — сказал он. — Данте согласился продавать мне железную руду, а я в обмен выступлю гарантом ваших займов. Это наилучший выход для всех нас.

— О да, безусловно. Как Данте воспринял сообщение, что будет главой государства только номинально?

— Монтероссо пришлет своих советников, чтобы помочь вам с восстановлением. Данте по‑прежнему король.

— Интересно, надолго ли? — тихо спросила Антонелла. Управлять страной будут именно советники. Наверняка Данте тоже это понимает.

Кристиано пригладил рукой волосы и сел в кресло напротив.

— Я не хочу, чтобы все так закончилось между нами, Антонелла.

Она скрестила руки на груди, чтобы удержаться и не вцепиться ему в горло. Все ее тело дрожало от избытка эмоций.

— Как закончилось, Кристиано? Твоим триумфом? Твоей безоговорочной победой и свободой от обременительных обещаний?

— Ты злишься.

Она фыркнула:

— С чего бы, интересно?

Вспышка ответного гнева промелькнула на его красивом лице.

— Слишком много было между нами, чтобы мы оказались теперь врагами, ты не думаешь?

— Я думаю, мы всегда оставались врагами, ваше высочество. Я совершила ошибку, на время забыв об этом. Больше я ее не повторю, уверяю вас.

Его улыбка была усталой.

— У нас все равно ничего не получилось бы, дорогая. Даже если бы мы поженились и наши народы приняли бы это, ты бы очень скоро возненавидела меня. Я не могу дать тебе то, чего ты хочешь. Как бы ни была ты дорога мне, как бы ни желал я видеть тебя в своей постели, с моей стороны несправедливо удерживать тебя. Ты заслуживаешь любви, Антонелла. Любви, которую, повторяю, я не могу тебе дать.

Слезинка скатилась по щеке Антонеллы, и она смахнула ее.

— Пожалуйста, не воображай, что я плачу из‑за того, что ты разбил мне сердце, — сердито бросила она. — И ради бога, перестань объяснять мне, чего я заслуживаю. Я и сама знаю, чего заслуживаю, Кристиано.

— Я просто констатирую факты.

— Ну что ж, мне они известны. Кстати, если бы сейчас ты умолял меня выйти за тебя, я бы отказалась. Потому что я достойна мужчины, который верит в меня. Любой может сказать, что любит. А вот верить, несмотря ни на что, — это труднее, не так ли?

— Я не сомневаюсь, что ты способна на многое, Антонелла. Тебе будет гораздо лучше без меня. И ты найдешь мужчину, которого ищешь.

Она отвернулась, не желая, чтобы он увидел ее отчаяние. Что бы она ни говорила, какой бы ни была храброй и убежденной в своей правоте, именно Кристиано она любит. И ей понадобится очень много времени, чтобы справиться со своими чувствами.

— Уходи, Кристиано. Думаю, мы все сказали друг другу.

Кристиано не шевелился. Только бы он не дотронулся до нее, не попытался поцеловать на прощание. Потому что тогда она разлетится на миллионы осколков, и собрать их будет невозможно.

Но он не прикоснулся к ней. Он встал и зашагал прочь, не сказав ни слова.

Кристиано пребывал в отвратительном настроении, садясь в вертолет, который должен доставить его домой.

Дом. Ему не хотелось возвращаться в свою квартиру. После смерти Джулианны она служила ему убежищем, местом, где он скрывался, когда его начинали преследовать воспоминания. И вот он привез туда Антонеллу. Она провела там всего одну ночь и тем не менее словно стала хозяйкой…

Или все началось раньше? В тот момент, когда он сдернул девушку с кровати и не дал дереву раздавить ее? Или когда она всхлипывала в такси, словно у нее разрывалось сердце? Или на яхте Рауля Беги?