Чтение онлайн

Ник покачал головой.

— Когда я звонил мисс Хартманн, прием был еще в самом разгаре. Я разговаривал с горничной, которая и сказала мне, что девушка ушла вместе с вами.

— Ладно. Она действительно у меня была, но не больше десяти минут.

— Тогда Грэйс Паккард убили сразу же после того, как она вышла отсюда, — уточнил Мэллори.

— И это опять дело рук Дождевого Любовника?

— Мы пока не уверены. Скажем так: данное преступление укладывается в общую схему.

— Две жертвы за два дня, — с кривой усмешкой заметил Фолкнер, который, судя по всему, уже оправился от первого потрясения. — Однако он мастак.

Ник посмотрел на него, неприятно удивленный. Похоже, что Фолкнера забавляет весь этот кошмар. Интересно, что за штука у него вместо сердца?

— Надеюсь, вы не имеете ничего против, если я спрошу, являюсь ли первым в списке подозреваемых?

— Пока наша беседа носит сугубо частный, неофициальный характер и преследует единственную цель помочь следствию, — осторожно ответил Мэллори. — Но вы, разумеется, имеете право связаться со своим адвокатом.

— Мне бы не хотелось вытаскивать его с вечеринки, — буркнул Фолкнер. — Пусть повеселится. А я постараюсь сделать все от меня зависящее, чтобы вам помочь.

— В начале нашего разговора вы обронили странную фразу, — заметил Ник. — Что-то насчет змеи, которая обнаружила, что умеет кусаться. Как это следует понимать?

— Я объясню вам все по порядку. В последние дни я очень много работал и совсем забыл о дне рождения Джоан. Мой друг, Джек Морган, заехал ко мне, чтобы об этом напомнить. По дороге мы заглянули в бар «Королевский Герб», что на улице Лэзер. И когда мы там сидели, появилась эта девушка, Грэйс Паккард.

— И она заигрывала с вами? — спросил Мэллори.

— О нет, напротив, это я ее подцепил. Она ждала своего бой-френда, который опаздывал, и я решил пригласить ее на вечеринку.

— Зачем?

— Потому что Джоан имеет обыкновение приглашать одних надутых снобов. А эта девчонка сумела бы разворошить их муравейник, она как раз такого типа. Впрочем, можете расспросить об этом своего коллегу, который, насколько я мог заметить, уделил ей немало внимания. Маленькая потаскушка — смазливая мордашка, ноги от ушей и юбка, едва прикрывающая задницу.

— Когда я уходил, вы не успели пробыть на вечеринке и двадцати минут, — прервал его Ник. — Вижу, надолго вы там не задержались…

— Да, всего на каких-нибудь полчаса.

— И девушка ушла вместе с вами?

— Боже милостивый, ведь это вам уже известно! — раздраженно бросил Фолкнер и повернулся к Мэллори. — Так вы абсолютно уверены, что не хотите выпить, инспектор?

— Нет, благодарю.

— А я выпью. — Скульптор подошел к бару и потянулся за бутылкой. — Видите ли, дела неожиданно приняли неприятный для меня оборот.

Мэллори оставил эти слова без внимания.

— Вы сказали, что она пробыла у вас не больше десяти минут.

— Да.

— А точнее?

— Если бы я, как вы намекаете, привел ее сюда, чтобы с ней переспать, эта несчастная шлюшка была бы еще жива. Однако я этого не делал.

— Тогда с какой целью вы ее пригласили?

— Чтобы она мне позировала. — Фолкнер залпом выпил рюмку виски и налил себе еще одну. — Я предложил ей пять фунтов, и она согласилась.

Мэллори переглянулся с Ником, а Фолкнер продолжал:

— Как вы знаете, я — скульптор. Эта группа на подиуме у вас за спиной — композиция, над которой я сейчас работаю для нового проекта Сэмпсона. Она называется «Духи Ночи». Собственно, пока это еще только модель из гипса и проволоки. Я подумал, что для завершенности необходима пятая фигура. И чтобы в этом убедиться, привел сюда Грэйс, велев ей встать рядом с остальными скульптурами.

— И заплатили за это пять фунтов?

— Вообще-то, десять. Я был заинтересован в том, чтобы немедленно проверить свою идею на практике. А девушка оказалась под рукой.

— Ну и как? — поинтересовался Мэллори.

— Я еще не принял окончательного решения. А что намерены делать вы?

— Будем продолжать расследование. И не исключено, что нам придется опять вас побеспокоить.

— Да ради Бога! Я всегда к вашим услугам.

Ник и Мэллори направились к выходу, но, прежде чем открыть им дверь, Фолкнер вдруг спросил:

— А кстати, господин инспектор, что с ее парнем? Кажется, его зовут Гарольд или что-то в этом роде…

Мэллори остановился.

— Не понимаю, о чем вы.

Фолкнер усмехнулся.

— Думаю, будет лучше, если мы проясним ситуацию. Видите ли, он заявился в ту самую минуту, когда мы уходили из «Королевского Герба», и принялся качать права. В итоге дошло до небольшой стычки. Так, ничего особенного, но, похоже, он был зол на Грэйс куда больше, чем на меня.

— Вот как? — заметил Мэллори. — Мы примем это к сведению.

Когда Мэллори вышел, Ник хотел последовать за ним, но Фолкнер тронул его за рукав.

— Еще пару слов по личному делу, сержант. На будущее держитесь подальше от моей невесты. И благодарите Бога, что вы, легавые, при исполнении двадцать четыре часа в сутки, не то я объяснился бы с вами иначе!

Однако Ник не дал ему себя спровоцировать.

— Спокойной ночи, господин Фолкнер, — бросил он холодно и вышел.

Скульптор захлопнул дверь. Когда раздражение улеглось, он вернулся к своему этюднику и снял лист бумаги, под которым был эскиз, изображавший группу из четырех фигур.

Фолкнер взял карандаш и решительными движениями принялся набрасывать пятую.

Вечеринка близилась к концу, и гости уже разошлись. Остались только Джек Морган и Фрэнк Марлоу, которые сидели у бара вместе с Джоан и ее теткой за последним бокалом.

Когда раздался звонок в дверь, Джоан вздрогнула:

— Кто бы это мог быть?

— Не иначе как Бруно вернулся, чтобы просить у тебя прощения, — кисло заметила Мэри Бересфорд.

— Это уже не поможет… теперь точно, нет. — Джоан нервно переплела пальцы. — Пусть подождет.

Позвонили еще раз, и Фрэнк Марлоу сделал попытку подняться.

— Возможно, будет лучше, если открою я.

Однако Джоан его удержала.

— Не нужно, я сама.

Она открыла дверь и увидела стоящего на пороге Ника Миллера.