Любовник Дождя
Шрифт:
— Вы живете вдвоем с матерью?
— Да.
— И она так рано ложится?
— Она вообще почти не встает. Болеет.
Брэди посмотрел на него с сочувствием.
— Надеюсь, мы ее не разбудили.
— Нет, она спит, как младенец. Я заглянул к ней, когда шел открывать, — ответил Гарольд. Его губы непроизвольно подергивались, как от нервного тика. — И что теперь будет?
— Тебе придется поехать со мной в участок. Надеюсь, ты не против. Старший инспектор Мэллори, который расследует это дело, хочет перекинуться с тобой парой слов. Отец Грэйс уже там, но каждый, кто был с ней знаком, может пригодиться. Ты очень нам поможешь, если расскажешь о ее друзьях, увлечениях и местах, куда она, предположительно, могла отправиться.
— Конечно, — кивнул Гарольд. — Только я оденусь. Буду готов через пять минут.
Он вышел из кухни, а полицейский угостил Брэди сигаретой.
— Ловко вы его, шеф. Этот засранец, верно, думает, что сумел вас провести.
— Хорошо, что ты это подметил. — Брэди выпустил дым.
На буфете стояла белая коробочка с какими-то таблетками. Джек взял ее и прочел надпись на ярлычке. «Принимать одну-две капсулы, в соответствии с назначением врача. Внимание! Передозировка опасна для жизни». Брэди открыл коробочку и высыпал себе на ладонь несколько белых и зеленых таблеток.
— Что там? — полюбопытствовал помощник.
— Похоже на лекарство, которое врач прописал в прошлом году моей жене, когда она сильно обожгла руку и не могла уснуть из-за боли. Канбутэл. Нескольких таких таблеток достаточно, чтобы отправить человека на тот свет. — Брэди с задумчивым выражением поставил коробочку на место. — Послушай, — обратился он к помощнику. — Спускайся вниз и жди нас в машине. А когда будешь выходить, погромче хлопни дверью.
Полицейский, привычный ко всяким штучкам, сделал то, о чем его просили, стукнул дверью с такой силой, что дом содрогнулся. Брэди вышел из кухни и встал у подножия лестницы. Из глубины дома не доносилось ни звука. Потом появился Гарольд, на ходу застегивая куртку.
— Ну что там еще? — бросил он резко. — Я уже подумал, что дом рушится.
— Это мой водитель. Должно быть, виной всему сквозняк. Ты готов?
— Как штык. — Гарольд скривил губы в улыбку. — Кто знает, возможно, я еще прославлюсь с вашей помощью и перед смертью продам эту историю «Санди Ньюс».
Брэди стоило большого труда не спустить его с лестницы пинком под зад. Но вместо этого он набрал в легкие побольше воздуха и закрыл за собой дверь как можно более деликатно. Ему было жаль маму Гарольда.
А в это время Ник Миллер сидел в «Королевском Гербе».
Кратчайшая дорога до главного управления полиции вела через Лэзер-стрит, и как раз на ее углу стоял бар. В задней комнате еще горел свет. Ник притормозил. Раньше или позже хозяина придется допросить, чтобы узнать, как протекала встреча Грэйс Паккард с Фолкнером и Морганом. Хотя, конечно, это могло потерпеть и до утра.
Но Ника заинтересовало происшествие в баре, особенно стычка с парнем Грэйс, о которой упомянул Фолкнер. Такого поведения можно было ожидать от дебошира из предместья, но никак не от человека типа Бруно Фолкнера, образованного, из хорошей семьи.
Ник постучал в дверь служебного входа. Через минуту поверх накинутой цепочки выглянул Гарри Мидоус. Увидев Ника, с которым его связывали приятельские отношения, он улыбнулся.
— Что привело вас сюда в столь поздний час? Надеюсь, не полицейская облава? — Гарри снял цепочку, пропуская Ника.
— Речь идет о кое-какой информации, Гарри. Ни о чем больше.
— Хотите чего-нибудь выпить?
— Если можно, чай, чтобы согреться.
— Располагайтесь.
Ник расстегнул плащ и прошел к камину. В комнате, заставленной бочонками пива и ящиками с бутылками виски, было тепло и по-домашнему уютно. Стол накрыт к ужину. Старый диванчик у огня приглашал к отдыху.
— Я знаю, что на вас свалилось новое убийство, — сказал Мидоус, наливая гостю чай.
— Вот как? Откуда?
— Слышал по радио последний выпуск новостей. Особенно много не сообщалось — только что неподалеку от Джубили Парк найдено тело убитой женщины.
— Говоря точнее, на углу Доб Корт. — Ник отхлебнул горячий чай и закашлялся, потому что обжег горло.
— Доб Корт? Это совсем рядом. — Мидоус нахмурился. — Уже известно, кто жертва?
— Ее звали Грэйс Паккард.
Мидоус быстро глянул на Ника. Его лицо напряглось. Он подошел к буфету, откупорил бутылку бренди и, налив себе солидную порцию в первую подвернувшуюся рюмку, выпил ее одним глотком.
— Она была здесь сегодня вечером.
— Я знаю, Гарри. Потому и пришел. И я знаю также, что вспыхнула какая-то ссора.
Мидоус налил себе еще бренди.
— Это официальный допрос?
— Более-менее.
Мидоус присел к столу.
— Есть один человек, по фамилии Фолкнер, живет в нескольких кварталах отсюда. Он часто у меня бывает. Заходил и сегодня вместе со своим приятелем, адвокатом. Господин Морган помогал мне оформить бумаги, когда в прошлом году я решил купить этот бар.
— В котором часу они пришли?
— Где-то около половины девятого.
— А кто еще здесь был?
— Никого. После истории с Дождевым Любовником торговля по вечерам идет так скверно, что я рассчитал прислугу.
— Понимаю. А когда пришла девушка?
— Минут через пять после них.
— Вам известно ее имя — значит, она здесь часто бывала?
— Два-три раза в неделю, как правило, с разными мужчинами.
— Она была проституткой?
— Такое производила впечатление, — уклончиво ответил Мидоус.
— А что ее парень?
— Вы имеете в виду Гарольда? Он появлялся всего пару раз. Я даже не знаю его фамилии.
— Он прикарманивал ее заработки?
— Похоже на то. Особо крутым не казался, но кто знает…
— Хорошо. А как было с Фолкнером?
— Он заказал для нее джин с тоником. Из разговора я понял, что Фолкнер и Морган собирались на какой-то светский прием. И Фолкнеру пришло в голову, что было бы забавно взять девушку с собой. Очевидно, она не возражала, поскольку они ушли вместе.
— И тогда появился Гарольд?
— Да. То, что он увидел, ему не понравилось, и он набросился на Фолкнера, который скверно с ним обошелся. Мне пришлось вмешаться. В конце концов я был вынужден попросить Моргана передать своему другу, что больше не хочу его здесь видеть. В этот раз он перешел уже все границы.
— Значит, подобные авантюры случались и раньше?
— И слишком часто, черт побери! Бывает, он делается, словно помешанный. Полностью теряет контроль. Помню, пару месяцев назад сидел здесь субботним вечером, когда пришли несколько грузчиков с рынка. Ну, вы и сами знаете, что это за народ. Твердые ребята. И вот, как на грех, кому-то вздумалось пошутить над его манерой выражаться… Так он догнал их на улице и устроил потасовку.