Чтение онлайн

Когда они вошли в парикмахерскую, Юлиан решительно сел в кресло.

— Вы уверены, что желаете короткую стрижку? — спросила женщина-парикмахер, восхищенно приглаживая длинные золотые локоны Юлиана. — У вас такие прекрасные волосы. Обычно мужчины смотрятся ужасно с длинными волосами, но вам очень идет. Какой кондиционер вы используете?

Лицо Юлиана не выразило никаких эмоций.

— Стригите.

Маленькая изящная брюнетка с завистью взглянула на Грейс.

— Если бы у меня была возможность запускать руки в это чудо каждую ночь, я ни за что не позволила бы ему постричься.

Грейс улыбнулась:

— Это его волосы, пусть сам решает.

— Ладно. — Волосы Юлиана посыпались на пол.

— Короче, — недовольно сказал Юлиан.

— Вы уверены?

— Да.

Грейс молчаливо наблюдала, как парикмахер колдует над волосами Юлиана. Длинные пряди превратились в золотые локоны, напомнив ей о «Давиде» Микеланджело.

Посмотрев на Юлиана, она улыбнулась:

— Теперь ты выглядишь вполне современно.

— А правда, — спросила Селена, когда они вышли на заполненную людьми площадь, — что ты сын Афродиты?

— Это как посмотреть. — Юлиан нахмурился. — Мать бросила меня, отец от меня отрекся, и я рос в спартанском лагере, где меня воспитывали все, кому не лень.

Его слова эхом отозвались в сердце Грейс. Так вот почему он такой сильный и… такой грубый! И вообще, знает ли Юлиан, что такое ласка и забота? Знает ли он, что такое чистая любовь, которая не требует ничего взамен? Грейс пристально посмотрела на него. Он шел, словно смертельно опасный хищник, засунув большие пальцы в передние карманы джинсов, и не обращал ни малейшего внимания на женщин, которые оглядывались ему вслед. Глядя на его уверенность и неуловимые движения, можно было предположить, что прежде он был свирепым бойцом.

— Селена, — тихо произнесла Грейс, — мне изменяет память, или мы действительно читали, что спартанцы избивали своих детей только ради того, чтобы проверить, как они терпят боль?

Неожиданно ей ответил сам Юлиан:

— Это правда. Раз в год они устраивали соревнования, чтобы посмотреть, кто выдержит самые продолжительные избиения.

— Некоторых даже забивали до смерти во время этого соревнования, — с дрожью в голосе добавила Селена.

Теперь для Грейс все встало на свои места — и то, что Юлиан говорил о своем детстве в Спарте, и его ненависть к грекам.

— Наверное, сын богини мог долго терпеть побои, — поинтересовалась Селена.

— Да, это так.

— Знаете что? — По тону Селены Грейс поняла, что она хочет поднять всем настроение. — Я, признаться, проголодалась. Может, перекусим гамбургерами в «Хард-рок-кафе»?

Юлиан удивленно свел брови:

— Почему мне все время кажется, что вы разговариваете на иностранном языке? Что такое «Хард-рок-кафе»?

Грейс улыбнулась:

— «Хард-рок-кафе» — это сеть ресторанов, и там мы можем поесть.

— Вы хотите сказать, что едите в заведении, где пища твердая, как камень [3] ?

Теперь уже Грейс откровенно рассмеялась. И почему она не подумала об этом раньше?

— Поверь, там неплохо кормят. Пойдем, сам попробуешь.

Они направились в «Хард-рок-кафе», расположенное через дорогу от торгового центра, и заняли там очередь.

Вскоре женщина-администратор, взглянув на Юлиана, обратилась к ним.

— Прошу вас, следуйте за мной. — Она пошла вперед, раскачивая бедрами.

Грейс многозначительно посмотрела на Селену, и та кивнула в ответ.

— Похоже, теперь нас всегда будут проводить без очереди.

Вскоре они уже усаживались в отдельной кабинке в дальнем углу.

Как и предполагала Грейс, Юлиан сел рядом с ней, и она вежливо подала ему меню.

— Я не могу прочитать, что тут написано. — Он спокойно вернул меню, и Грейс стало стыдно, что она не подумала об этом.

— Я не знала, что солдат в Древней Греции не обучали читать.

— Обучали — на древнегреческом, на латыни и на санскрите. А еще я разбираю египетские иероглифы, как и некоторые письменности мертвых языков. Но язык этого меню для меня все равно что тарабарский. — Юлиан вздохнул и положил руки на стол.

Оторвавшись от меню, Селена бросила взгляд на его ладони и ахнула.

— Это как раз то, что я думаю? — Она протянула руку и дотронулась до кисти Юлиана.

К удивлению Грейс, Юлиан позволил ее подруге подробнее рассмотреть кольцо на пальце правой руки.

— Ну что, видела?

Грейс села поудобнее, пытаясь понять, о чем идет речь.

— Красивое кольцо, — осторожно сказала она.

— Это кольцо говорит о том, что наш друг был не простым воином, а полководцем, говоря современным языком.

Юлиан мрачно кивнул:

— Все верно.

Селена шумно выдохнула:

— Грейс, ты даже представить себе не можешь, что это значит! В те времена такие кольца просто так не раздавали. Нужно было сильно отличиться, чтобы заполучить его.

Впервые Грейс позавидовала докторской степени Селены, благодаря которой ее подруга знала все о мире, из которого пришел Юлиан. Впрочем, никакая ученая степень не нужна для того, чтобы понять, как сложно человеку, командовавшему армией, оказаться в вечном подчинении у женщин.

— Уверена, ты хорошо справлялся со своими обязанностями, — сказала она.

Юлиан кивнул:

— У меня была сильная армия.

— Ты, наверное, выиграл немало сражений.

Юлиан улыбнулся — он уже несколько веков не вспоминал о своих победах.

— О да, пару раз я задал жару римлянам.

— Кстати, — прервала их Селена, — могу я взглянуть на лук Купидона?

Юлиан осторожно достал кулон из кармана и аккуратно положил на стол.

— Берегись, — сказал он, когда Селена протянула к нему руку. — Золотой лук небезопасен. Одно неосторожно движение, и ты влюбишься в первого встречного.

Селена отдернула руку, и тогда Грейс, взяв со стола вилку, с ее помощью подвинула кулон поближе.

— Почему он такой маленький?

Юлиан улыбнулся:

— Ты никогда не слышала поговорку: «Размер не имеет значения»?

Грейс укоризненно посмотрела на него.

— И как Купидон пользуется этой вещицей? — спросила она.

Юлиан пожал плечами:

— Он может уменьшить меня до размеров кулона или увеличить кулон до размеров настоящего лука — все зависит от ситуации.

— Правда? — удивилась Селена и уже собралась задать следующий вопрос, однако ее перебила подошедшая официантка. Разгладив передник и разглядывая Юлиана с таким выражением лица, словно он был главным блюдом дня, она скороговоркой произнесла: