Чтение онлайн

Они появились в его районе примерно в пять тридцать, сначала проехали по улице мимо фасадной части его дома, а затем по извилистой улице вдоль ручья вернулись обратно. Увидев внедорожник Уокера, они припарковались на почтительном расстоянии от его дома. Движение за последние два часа значительно усилилось.

Джен уже рассказала Робин об инциденте у пожарной части, когда Уокер повел себя как одержимый при виде мужчин у входа в приют.

– Я спросила, в порядке ли он, и Уокер ответил, что в порядке, не дав больше никаких объяснений. – Джен не сказала Робин, что он повел себя грубо. – Но на вечеринке он объяснил мне, что регулярно заходит в приюты, пытаясь найти того, кто по описанию похож на убийцу его жены. И, хотя я это уже знала, мне кажется, то, что он поделился со мной, хороший знак.

Робин кивнула.

Джен удивляло то, что он с ней поделился, что вообще пожелал объяснить ей свое поведение. А долгая пауза, выдержанная им после ее вопроса, что бы он сделал, окажись у незнакомца шрам на пальцах, чуть не заставила ее сердце замереть. Ответил ли он ей, что пойдет в полицию, лишь потому, что такой ответ социально приемлем? Или потому, что он и в самом деле законопослушный гражданин?

Джен хотелось, чтобы он оказался невиновен, но она не имела права позволить себе так думать. Уокер был главным подозреваемым в расследовании дела о серийных убийствах. Ее работа заключалась в том, чтобы сообщать новые факты и собственные наблюдения, а не пытаться обелить его.

– Я старалась найти что-нибудь в его доме в день вечеринки, но он застукал меня. Пришлось сказать, что я ищу ванную.

– Он поверил?

Джен пожала плечами:

– Вроде бы. Он ждал меня в кухне, но о произошедшем больше не упомянул.

Джен не сказала Робин, что именно тогда он в первый раз попытался перед ней извиниться. И конечно, не сказала, как Уокер пытался ее поцеловать. Или о том, что жалела, не позволив ему этого сделать.

Наблюдение за домом Уокера и надежда выяснить, не отправится ли он куда-нибудь этой ночью, переполняли Джен эмоциями. Желание выяснить правду. Уязвленное самолюбие из-за его резкого ответа тем вечером. Неуверенность в том, чем было вызвано его желание объясниться…

Когда стемнело, Робин налила ей чашку кофе из огромного термоса. Джен протянула коллеге упаковку печенья с арахисовым маслом. Пустые контейнеры из-под салатов и фруктов лежали завернутые в фирменный бумажный пакет из ресторана.

Робин примостилась в уголке, так что свет уличного фонаря позволял ей читать.

Перелистывая свой маленький блокнот, детектив пригубила кофе:

– Мы со Спенсером повторно изучили биографии жертв мстителя. Решили их еще раз перепроверить.

Джен не отрывала глаз от машины Уокера на подъездной дорожке:

– Начиная с первой жертвы?

Робин кивнула:

– Ты читала досье на этих типов?

– Мельком пробежала.

– Первый из них семнадцать лет отсидел за убийство маленькой девочки. Отпущен из-за сбоя в компьютерной базе. А два дня спустя в пригороде Оклахома-Сити нашли труп двенадцатилетней девочки. И повсюду его ДНК. Через неделю его убили.

– Трудно обвинять кого-то в его смерти. – Преступления против детей всегда вызывали у Джен ярость. Она знала, что и у Робин тоже, да и у любого знакомого ей копа. – А что насчет второй жертвы?

– Подкладывал самодельные бомбы в почтовые ящики. Ждал суда, но был выпущен из-за ошибки при задержании. Месяц спустя подложил бомбу в почтовый ящик. Тот взорвался, и при этом сильно пострадала пожилая женщина. Его обгоревшее тело нашли два дня спустя.

Джен громко фыркнула.

– Третьего убили, когда ты работала, – сказала Робин.

– Да, я помню, как вы с Джеком о нем сообщили. Отсидел за то, что кого-то сбил насмерть в пьяном виде. Вышел из тюрьмы и через несколько часов опять-таки насмерть сбил молодых супругов. В этот раз на угнанной машине. На самом не было ни царапины. – Джен постукивала ногтем по рулю. – Он гулял четыре месяца, пока его не прикончили. Почему убийца так долго ждал?

– Возможно, не мог его найти.

Под ветром зашумели листвой придорожные деревья. Окно возле Джен было приоткрыто, до нее донесся запах травы вперемешку с бензином и аромат кофе.

Робин перевернула страницу в блокноте:

– Четвертая жертва. Торговец амфитамином… Признан виновным в изготовлении и сбыте наркотиков. Через неделю после освобождения уже вовсю изготавливал наркотики и продавал их школьникам.

– Убийца-мститель делает обществу настоящее одолжение. – Джен было трудно осуждать линчевателя за то, что он избавлял общество от убийц и наркоторговцев, невзирая на то что ее задачей оставалась его поимка. – Жаль, что это противозаконно.

– Кроме шуток. – Робин поставила чашку, сделав пометку в блокноте.

Джен прошлась глазами по окрестным домам. Лунный свет падал на крышу машины Уокера, аккуратно постриженный газон и кусты вдоль лужайки.

Развернув печенье, она сунула его в рот и разгладила обертку:

– Ты уже выяснила, когда последний убитый был выпущен из тюрьмы?

– Примерно шесть недель назад.

– И убит меньше чем через неделю, – подытожила Джен.

– Верно, – ответила детектив. – Не похоже, чтобы убийства происходили по конкретной временной схеме. Пока у всех жертв общее лишь то, что все они совершали преступления, чаще всего насильственного характера, после освобождения из тюрьмы.

Джен запрокинула голову на спинку сиденья.

Робин посмотрела на часы:

– Сейчас почти полночь. Можно надеяться, что мистер Маклейн сегодня из дому не выйдет.

– Надеюсь, не выйдет. У нас утром смена, и мне не хотелось бы гоняться за ним ночью.

– Тебе нужно быть на работе примерно через семь часов. Если хочешь, подремли, я послежу одна.

– Возможно, чуть позже я и воспользуюсь твоим предложением. Сейчас немного взвинчена из-за кофе.

Робин улыбнулась, глядя в сторону дома Уокера:

– Я читала кое-что из твоего личного дела. Ты разоблачила бордель в пожарной части?

– Странно, да? Скорее даже ненормально.

– Наверное, нелегко пришлось? В конце концов, насколько я поняла, заправляли там всем мужчины…

– Там работали две женщины, предлагавшие секс за сверхурочные часы или просто за деньги. Все выяснилось, когда одна из них предложила мне приработок. Я согласилась, и она все выложила.

– Ну и ну. – Робин подобрала под себя ногу. – Кто-нибудь знал, что ты агент?

– Нет. Слухи пошли после ареста тех парней, которые все это придумали. Доказательств не было, но некоторые относились ко мне так, словно подозревали, что это я выдала тех ребят.

– Ты осталась в той части?

– Еще месяца на два. Провела их словно в аду. И очень обрадовалась, когда меня отправили на обучение в качестве медика отряда особого назначения вместе с парнями из другой части.

Несколько секунд Робин молча изучала ее.

– Не думаю, что смогла бы выполнять твою работу. Не захотела бы, это точно.