Чтение онлайн

– Соловьи, соловьи не тревожьте меня, я и так дохожу от желания Тебя!!!

– Нефига доходить, летать надо.

– Yes, дорогая Good night.

– Обними крепче…

Июнь

– Теперь точно. Буду в Москве 2.5-3 недели с середины июня. Будешь со мной?

– Ага.

– Нам будет нужна квартира, т.к. сын приедет чуть позже.

– Просто надо жить у меня. Дети будут сначала в лагере, потом на даче. А я превращаюсь в твою жену, очень смешно, у меня непрерывно болит спина, и мне настолько страшно не мочь поднимать тяжести, что я все время об этом думаю. На боль плевать - но невероятно страшно все время иметь наготове деньги заплатить кому-нибудь за погрузку сумок или посадку кустика. Сама себе истерически смешна. Прилечу домой - попробую починить. Если денег найду. Надеюсь, ничего серьёзного. Я, оказывается, абсолютно не готова к несамостоятельности.

– Не будь дурой! Первое правило: позаботься о себе. Будешь болеть- всем будет плохо

– Знаю, но страховка этого не покроет, поэтому требуется художественная кройка бюджета. А из ног сына и моей спины ноги важнее, т.к. носить его тяжело.

– Я не врач, но имею с этим дело. Приеду и вылечу тебя. И денег у меня возьмёшь.

– У тебя возьму стольник на Петю в долг, как договаривались. И буду отдавать по мере получения от него. Тебе жены хватит лечить. Я сама.

– Дура и есть дура. Я же эгоист. Мне до Пети дела нет, а с тобой мне танцевать охота. А это «я сама» возвращает нас к разговору о пионере Коле и пионерке Ане. И, между прочим, о пионере мне, который это тщательно скрывает. Кстати моё «я сам» в случае болезни пахло идиотизмом и могло закончиться летально. После этого я начал больше уважать разумный эгоизм. И плюс ко всему я тебя разумно эгоистично очень люблю!!!.

А знаешь, о чём я последнее время думаю? Так получается, что я в твоей жизни не более, чем отвлекатель, и… развлекатель. И даже здесь не всегда удачный. But anyway, я подобрал всяческие развлечения на первую неделю в дополнения к милонгам. Посмотри.

– Здорово. А также добавь гулять и болтать.

– И сидеть во дворе, с кофе, и смотреть в твои глаза.

– И пожалуйста, если с планированием тебе спокойнее - ок, но делай так, чтобы я о этих планах заранее не знала. А то это станет работой. А я совершенно не хочу терять иллюзию свободы выбора.

– Ладно. Я просто подумал, что твоё расписание жёстче, чем моё…Do you really think that being infirmed affects your freedom of choice?

– Такая заботливость - да. Умираю спать.

– Бедная девочка. Хочу, чтобы ты спала у меня под мышкой.

– А я хочу чтобы у меня была международная стратегия и умение не делать мелкие вещи самой по ночам, а спокойно и эффективно их делегировать.. Заполнять письмо для валютного контроля банка Украины, например. Или согласовывать протокол обмена персональными данными с визой и мастеркард.. В этом возрасте уже надо уметь делегировать. Ненавижу всех и себя. Моя идиотская голова не умеет поручить одно дело юристу, а второе - проектному менеджеру.

– Ну тогда ты пропала. Поручать также важно, как и think things over.

– Блин! А я то не догадывалась. Я прекрасно знаю о ценности умения делегировать. У меня в этом месте многолетняя кровавая мозоль.

– Ты Гексли, значит научишься! Please, don't be offended. The old folk like to teach.

– Извини, любимый. Не сердись, пожалуйста. Хреновый я Гексли. Я устала и завтра рано утром везу детей в лагерь. Сейчас ползу паковать рюкзаки и спать. Месячные и спать хочется - час ночи.

– Английские учёные на днях опубликовали результат нового исследования, по которому секс во время менструации полезен и приятен, потому что женщина в этот период более чувствительная.

– Женщине бы для начала баралгина нажраться. Люблю тебя, моё счастье. Очень жду. В голове начала раскручиваться пружина того что ты вот вот приедешь и начнётся совсем другая жизнь. Изо всех сил сдерживаюсь. Едь уже скорее…

6.

Август

– Моя любовь! Я опять дома. В окне знакомая тебе картина: раскинувшийся на холмах парк и залив с яхтами на фоне горной гряды. Я думаю о нас. О нашем расставании. В какой то степени то, что случилось носилось в воздухе. И моя незаконченная «Ностальгия», и на первый взгляд странный вопрос, будешь ли со мной в этот раз, как раз и были отражением того, что происходило с ними. Я понимал и никогда не скрывал, что у нас нет будущего. Однако, оказался не готов к такой внезапной перемене. В этот приезд всё пошло не так с самого начала. Ты не была настроена на меня, скорее даже избегала общения, задерживалась до поздна на работе и усталостью мотивировала нежелание близости. Я всегда считал, что танго может быть индикатором отношений между партнёрами, а теперь убедился на себе. Помнишь, ты говорила, что наш танец это something special? А чем закончился последний поход на воскресную милонгу в Екатерининском парке? Полнейшим провалом. Да, мы не смогли танцевать вместе. Ты перестала чувствовать мой lead, я наступил тебе на ногу и недовольные друг другом мы уехали домой. И больше ни когда не танцевали вместе. Это тогда, вернувшись домой, я написал «Урок танго или я опять танцевать иду», за которое ты меня впервые похвалила.

Как не странно это могло звучать, я начал чувствовать себя, как обманутый муж. Это было банально и грустно. Стало понятно, что пора съезжать. Чтобы сохранить то светлое и радостное чувство узнавания, понимания и любви, внезапно возникшее и существовавшее между нами.

А ужас нашей последней ночи? Я уже снял квартиру, собрал чемодан и теперь ждал тебя. Ты появилась вскоре после часа ночи, молча разделась, улеглась в постель и закрыла глаза. На мою попытку приблизиться, сказала: «Устала, не хочу». «А я хочу», зло сказал я. «Я завтра съезжаю. Уж постарайся для меня». «ОК». Я на долго запомню этот момент. Все это время, даже помогая мне, ты оставалась безразличной. А потом, не говоря не слова, повернулась спиной и уснула. А я ещё долго лежал, вспоминая другие ночи, и думал о том, что видимо мой совет «to start thinking beyond me” начал оцениваться по достоинству. На утро мы вежливо выпили сваренный тобой кофе и разъехались.

Меня охватило ужасное чувство потери. Судьба так внезапно, так неожиданно предложившая мне последнее чудо любви, теперь наказывала как не справившегося. Я начал корить себя. Ну зачем, вопреки здравому смыслу, я послушался и, скрепя сердце, согласился остановиться у тебя? Ведь я же понимал, что это не правильно, что это поставит меня в неравное, более того, зависимое положение. И всё таки сделал это. Может быть, чтобы убедить себя в том, что всё идёт хорошо и в наших отношениях ничего не изменилось? Но ведь я догадывался, что это не так. По правде говоря, уже с прошлого приезда начал ощущать твою усталость и начавшееся отстранение. Почему сейчас? Ведь ещё за два месяца до моего приезда мы не слезали со скайпа, и, не успев наговориться, расставались, чтобы снова сказать с добрым утром любимая и услышать в ответ доброй ночи родной. Ты продолжала рисовать и выкраивала время для уроков танго, я забивал твою голову новым увлечением - испанскими фразами. Ты отвечала по французски. Нам не было скучно. Мы включали друг друга в повседневную жизнь, продолжали узнавать друга, и слово люблю, произносимое на разных языках, не исчезало из нашего лексикона. Ведь только перед отъездом, на мой вопрос, остаются ли все договорённости в силе, ты ответила: «Конечно, иначе я бы сказала».

Резкая перемена в тебе казалась неожиданной, попытки разобраться в том, что произошло, не помогали моему депрессивному состоянию, мне нужно было отвлечься и я вспомнил о Лоре, моей милой, нежной и умной Лоре. Тонкой, стройной, увлекающейся йогой и балетом, моей партнёршей по художественным выставкам и по танго в Москве. Я не виделся с ней с момента, как встретил тебя. А теперь позвонил. Была суббота.

– Привет. Это я. Вот прилетел опять.

– Я так рада. Соскучилась. Думала, что уже и не увижу.

– Я тоже ужасно соскучился. Дела все как то удерживали дома. Как ты?

Я узнал, что как и прежде она проводит много времени на даче, по воскресеньям помогает в церкви, бросила йогу и теперь берет классы балета и не танцует танго. И тут же прояснила: "С тобой конечно буду". Узнав, что она в Москве, я сказал:

– Приезжай сейчас. Тут недалеко, у метро Сокольники, помнишь, где я жил прошлый раз. Так это рядом. Выйдешь из метро, прейди улицу, поверни направо и спускайся вниз по Русаковской. Я пойду тебе навстречу. У неё, как и у меня, географический идиотизм, и она не умеет пользоваться электронными помощниками, но, после нескольких телефонных корректировок, мы все же нашли друг друга. Сошлись легко и естественно, как будто и не было расставания, как будто мы виделись только вчера. Придя домой, мы не теряя ни секунды начали раздевать друг друга и уже через секунду я прижимал к себе её обнажённое тело. Маленькие (меньше твоих) груди, стройные ноги, крепкие ягодицы, чисто выбритый лобок и гладкая кожа делали её очень сексуальной. Я сел в большое кресло перед журнальным столиком, посадил её на колени спиной к себе и начал рассказывать про фильмы, записанные у меня на компьютере, не забывая потихонечку поглаживать и целовать её нежное тело. Она не видела ни одного, и мы решили начать c Random Harts (помнишь, мы смотрели его у тебя внизу?). Я запустил movie, Лора начала смотреть, а я продолжал тихонько целовать её шею и спину и ласкать эту жилочку внизу живота. Постепенно мои колени почувствовали горячую влажность, я осторожно вошёл внутрь и начал мягко двигаться волновым движением вперёд и назад. Она продолжала неотрывно смотреть на экран, дыхание её участилось, движения убыстрились, мы задвигались быстрее и быстрее, соударяясь телами, наша энергия выплеснулась во взаимном крике и всё кончилось. Потом она села рядом и сказала: "давай смотреть сначала". К сожалению, замужняя женщина, она не могла оставаться на ночь, но в остальном обладала достаточной свободой. Которой мы и пользовались ежедневно до моего отъезда домой. Вечер мог начинаться с милонги или ужина, но всегда заканчивался в большом кресле перед компьютером. Прощаясь перед моим отлётом, она серьёзно заметила; "Что это за кресло такое, в котором нельзя досмотреть не одного фильма”.