Чтение онлайн

В эти мои последние дни в Москве ты наверное лучше понимала, что произошло между нами. Ты почему то хотела излечить меня от любви и ревности, заменить желание физической и сердечной близости теплом дружбы. С Лорой было понятней - это было лечение любовью и добротой. С тобой мы держась за руки гуляли по городу, с Лорой - танцевали танго и занимались любовью. Тогда, кстати, мне не помогло ни то, ни другое. Вот, что я написал тебе перед отлётом домой "Закончена милонга El Calor, отправлена домой грустная Лора. Я сижу на диване, слушаю гимн советского союза и думаю о том, что душа моя пуста. Что я люблю тебя, и не головой, а сердцем. И сердце моё просит почти твоими словами: “Не теряй меня. У меня последняя жизнь и я живу её с тобой. 3 ам. Спокойной ночи, моё счастье." Я вернулся домой с потерей. Я не сдержал обещания не терять тебя.

Сейчас я понимаю, что из-за своего эгоизма и внезапно свалившегося счастья, был невнимателен и многое проглядел, даже то, о чем ты громко кричала. То прямо, а то опосредованно, ты говорила о том, как трудно тебе любить, прячась от близких и друзей; что невозможно сохранить любовь замкнувшись друг на друга. О желании идти по жизни вместе и открыто. О том, что непринятие решений убивает чувства, и многое другое, чего я либо не замечал, либо оставлял без ответа намеренно. Я думаю о том , что мне повезло, как в жизни редко бывает. Судьба на старости лет преподнесла нежданный и редкий подарок: Любовь. Меня любили, ради меня многим жертвовали. А что делал я? Наслаждался, купался в твоей любви. И не сделал и шага, чтобы её удержать. Я не помог тебе ни сколько! Какая странная мысль. Не помог в чём? любить себя? Ну да. Мысль эта стихотворной строчкой засела у меня в голове. И если честно, то ни только не помог, а наоборот, создавал проблемы: тебе приходилось бросать дом, детей, скрываться, притворятся, что едешь в командировки, и т.д. Вторая стихотворная строчка подтвердила это: ”И если не кривить душой, обузой был тебе и только, когда я жил с тобой”. Следующие возникли также практически не задумываясь. Получилось вот что.

Я прочитал и понял, что во многом ответил на свой вопрос. Правда в том, что мы существуем в искусственном мире, изолированном от реальной жизни. Мои короткие командировки уже не добавляют свежести в отношения, но серьёзно нарушают и так чрезвычайно напряжённый процесс твоей жизни. А твои надежды об устройстве совместного будущего постепенно исчезли. Я заметил, что ты всё реже предлагаешь какие нибудь совместные идеи. Из твоего лексикона исчезли выражения, начинающиеся с «А давай», и появились жалобы на то, что тебе тесно в нашем замкнутом пространстве. Я «честный» эгоист. Да, я обожал и обожаю тебя, но никогда не предлагал, и не смог бы предложить в дальнейшем, отношения за пределами affair. Амбициозная на работе и перегруженная заботами о доме и детях, тебе нужен не приходящий любовник, а партнёр по совместной жизни. Я помню из твоих рассказов, что ты договорилась с кем то из старых связей встретиться снова, когда будешь готова для совместной жизни. Не знаю, насколько далеко ты продвинулась в этом отношении, но предполагаю, что твой практицизм начинает брать верх. И мой вариант “Ностальгии” может смело заканчиваться прощанием. А твой?

– Моя радость, ну зачем прощаться? А кто поедет со мной в Италию гостиницу строить? Ну то есть, если именно буквенных упражнений хочется, то это всегда можно. А прощаться не нужно, по-моему. Ничего не заканчивается. Меняется вместе с нами самими - но не заканчивается. Мы влияем друг на друга намного менее просто и линейно, чем "привлёк-отпугнул". Мы друг друга растим, мы растём, мы меняемся, иначе друг на друга реагируем - и этим тоже друг друга меняем. Я обнаруживаю интересное в работе и тяжело отвлекаюсь. Ты тревожишься и печалишься. Я чувствую себя виноватой и злюсь. Ты соглашаешься про гостиницу, я бросаюсь в это приключение, а ты в него не веришь и хочешь прощаться. Не надо прощаться. Надо влиять и радоваться результатам. Сотни людей в мире не могут повлиять друг на друга, как бы ни старались. Сезон романтики сменился планов громадьём. И - я люблю тебя. Меня мало, всем меня катастрофически мало, но через годик, может быть, можно будет пожать плоды, и вдруг они будут хорошими. Я хочу водить самолёт, встречать рассвет в горах и вырастить лошадь. Прибегать и показывать, делиться открытиями и советоваться. А если сидеть возле тебя дольше нескольких дней, становится не о чем рассказывать. Я живу безумную жизнь, в которой нет секса, много суеты и мало людей. Она тебе жутко неудобна, но я живу её с тобой. Она поменяется сорок раз, а мы останемся, любовь моя. Мы вместе с ней поменяемся - но друг от друга не денемся никуда. Никуда я тебя не отпущу. Да, буду противная, не трахающаяся и редко достающаяся в руки. Но из головы всё равно не отпущу. В почте буковки. “Я задерживаюсь, ты сердишься”. Вторая серия получилась.

– Получил. Спасибо. Очень к месту! Их надо поставить рядом, чтобы почувствовать разницу во времени и в настроении.

Относительно будущего. I am not sure it’s gonna work. Я уже говорил, что не принадлежу к твоему кругу друзей/обожателей. Я не бесполое существо даже со скидкой на возраст. Для меня любить, значит восхищаться, ласкать и говорить о любви. Без этого атмосфера не та, скучно.

Ты заметила? Почему то наши отношения с самого начала были связаны со стихами Пастернака. Так вот, совершенно без всякого внутреннего принуждения, после той жуткой ночи меня не оставляло чувство, что, как в его «Ветре», я кончился. Я не заболел, я ходил на работу, я встречался с друзьями и Лорой, я танцевал на милонгах. Я почти адекватно веду себя дома. Но это снаружи. Кто знает, что у меня в душе? И получилось «Подражание». Само по себе. Сразу и легко. Лови.

– Ну почему так горько? Ничего не кончено! Ведь я же абсолютно живая. У меня здесь устало, там смешно, тут чешется, там скучно, это болит, это нравится.. Мне тесно в твоей голове, я из неё вылезла, а ты все равно смотришь внутрь своей головы. Я же снаружи! Но снаружи я не совпадаю уже с отпечатком внутри головы, у меня отросли две ветки, осыпались цветочки с подола и снизилась прозрачность рук. И тебе эта уже плохо нравится, тебе лучше повторить ту, два раза подряд сразу в тот участок мозга, где она хранится. Видишь - картинки вокруг меня? Слышишь - я говорю. Ты со мной на этом паровозе - или будешь сидеть тут и пестовать отпечаток в своей голове, любовь моя?

– Моё удивительное любимое чудо! Мне бы очень хотелось ответить “да”. Но после того, что случилось с нами в Москве, не уверен, что удержусь. А мои стишки (кстати увлечение, спровоцированное тобой) это чисто любовная примитивная лирика; ни расширение горизонта, ни шараханье по городу, etc, просто любовь к женщине. Она может быть весёлая и лёгкая, а может наоборот - грустная и тяжёлая. Здесь нет прямой ассоциации с одной женщиной, поэтому не бери это на себя. Ты читала "А Widow for one year" Джона Ирвина? Там 17 летний мальчик работал летом у писателя и спал с его женой по моему 60 раз. Она стала его литературной музой, а книга об этом популярной. "Ты" в моих литературных escapades is "The beautiful lady" of Knights and Poets. Я посылаю мои стишки тебе, потому что по известным причинам ты мой единственный читатель, критик и ценитель. Надеюсь, что не откажешься. Хотел послать ещё пару, но если тебе неприятно, то не стану. Пока все выдерживает ЖЖ. Если захочешь, смотри туда время от времени. Там могут появляться новые стихи и заметки о старом. Поверь мне, моя любовь, я как и ты, очень и очень живой!

– Послать-послать, мой золотой. Перечитала твой ЖЖ. Получается, кстати, очень неплохо!

– Спасибо, моё счастье. Тогда получай 2ю и 3ю серии “Подражания”

– Брела сегодня по мосту и думала, что если любовь не встраивается в жизнь накрепко - она игрушечная. У тебя настоящая жизнь - там. Всё, что происходит у меня здесь - тебя не касается или касается понарошку. Если у тебя там случатся проблемы - ты задвинешь всё, чтобы их решить, и будешь прав. И я задвину всё, чтобы решать проблемы тут. А значит, такая любовь - понарошечная, пока время и возможность есть...

– Мудрая правда, разница между мечтой и реальностью. И тем не менее... Движение глаз, поворот головы, улыбка, тембр голоса, смех – мгновение и твоё сердце взлетает и падает, все рецепторы зашкаливают, вызывая непроизвольные слезы, смех, ввергают в состояние эйфории. Вы общаетесь и ты замечаешь, что у вас идентичные человеческие реакции. Идеальное совпадение. Библейский случай. Это любовь. Со мной это случилось в 17. Как и ты смесь двух кровей, она была типичной «роковой» женщиной, с удивительным талантом к саморазрушению и разрушению всего вокруг себя. Что кстати и случилось. Её многие любили и добивались, а у нас был бешеный роман, продолжавшийся где то года три. Потом мы разбежались. Я тогда вряд ли мог удержать её. Жизнь продолжалась, но любовь показывала свою цепкость. Она стала идеализацией, мечтой. В своих отношениях я искал её. Находил отдельные чёрточки, этого было не достаточно и в серьёзные отношения я не вступал. Потом понял, что искать бессмысленно и успокоился. Я не думал и не ожидал встретить мечту, я давно и мечтать то перестал. И встретил тебя. И случилось всё, как в первом параграфе. Ты моя «роковая» женщина, но в отличие от той первой, с удивительным талантом практичности. Любовь обычно не встраивается в жизнь накрепко. Реальная жизнь – это уважение, ответственность, забота, привычка, жалость наконец. В русском православии люди, прожившие жизнь в одном браке, считаются мучениками. Любовь – это когда губернатор бросает всё и летит в Аргентину к своей любви, это когда Гойя стремится к донне Каэтане. Любовь – это то, что за пределами реальной жизни, за рамками спокойствия и практичности. It is a madness and a miracle!

– Наверное, любовь просто разная. Бывает та, о которой ты говоришь. которая за пределами реальности, и ни на что в итоге не влияет. А бывает, наверное, та, после которой становишься другим. Не на время присутствия любимого, а на совсем. И живёшь иначе.

– То, о чем говоришь ты, важнее любви. Мне кажется, что человек не становится другим. Воспитание, понимание, уважение, смирение, страх могут поменять поведенческий паттерн, однако инстинкты, заложенные в характере, остаются, как их не подавляй. А живёшь иначе -это да, по себе знаю, потому что любовь безусловна и непрактична.

– Если бы любовь была не практична, любящие бы не врали, не стыдились и не юлили. Или, опять же, любови бывают очень разные.

– Не практична, потому что я могу посчитать сколько раз когда был несчастлив в этот приезд, но что это меняет? I am still in love.

– Но по-прежнему не можешь сознаться в ней никому, кроме себя и меня. Такое бездонное многообразие состояний, отношений и событий называют любовью, что я очень опасаюсь пользоваться этим словом. Оно рискованное и чреватое не верным пониманием.