Любовное заклятие
Шрифт:
Но вчера он ни в чем не уступал Виктору и даже во многом превосходил его. Молодой, сильный, неистовый… А сегодня он вновь опирался на палку, еще более жалкий и немощный, чем всегда. Разве может он сейчас тягаться с Виктором? Но в его руках волшебная сила, способная все изменить. Вот она, лежит прямо у него на ладони!
Вэл осторожно погладил кусок кристалла, удивляясь тому, что даже этот небольшой фрагмент сохраняет свою колдовскую силу. Так почему бы не воспользоваться вновь этой силой и хотя бы на один миг снова не почувствовать себя могучим и свободным?
Он потянул за цепочку, кристалл перевернулся, закачался и заблистал перед его глазами. И в это мгновение в его затуманенном мозгу сверкнула одна здравая мысль — он понял, что если снова наденет эту вещицу, то уже не сможет никогда с ней расстаться. А значит, превратится в серьезную угрозу не только для Кейт, но и для всех, кто его окружает.
Но если он отдаст кристалл, то потеряет Кейт. И потеряет ее навсегда.
Кристалл вспыхнул, ослепив его на миг, и короткое просветление в его сознании затянулось пеленой тумана. Вэл накинул цепочку на шею и засунул кристалл за пазуху. Тот лег точно на область сердца — кусочек ледяного пламени, застывший и пылающий одновременно, подобно молнии, вспыхивающей В черном грозовом небе.
Вэл задержал дыхание — сила вернулась в его тело резким скачком, едва не сбив его с ног. Ему пришлось ухватиться за каминную доску, чтобы не упасть. В глазах поплыл туман. Комната, казалось, закружилась вокруг него, и Вэл невольно закрыл глаза, чувствуя, что еще немного — и он потеряет сознание. Но затем, так же неожиданно, все кончилось. Глубоко вздохнув, Вэл открыл глаза и выпрямился, чувствуя невероятный прилив сил и энергии. Его нога вновь была здоровой и крепкой, как никогда.
Вэл взглянул на бесполезную теперь трость, которую все еще сжимал в руке. Потом медленно, словно о чем-то размышляя, поднял ее и вдруг с силой стукнул о каменный угол камина. А затем — еще и еще, с видимым удовлетворением наблюдая, как трость расщепилась пополам.
Швырнув куски на ковер, он развернулся и ринулся к столу. Схватил письмо, которое Ланс только что писал, и разорвал в клочья.
Никто не отнимет у него Кейт, Вэл готов был поклясться в этом. Ни Эффи, ни его брат. А что до этого так называемого соперника… Губы Вэла скривились в жесткой усмешке. Он сам разберется с Виктором. Так или иначе.
10.
«Завернувшись в плащ, Кейт выскользнула через заднюю дверь Розового коттеджа и, беспокойно оглядываясь, побежала по садовой дорожке. В отличие от беспорядочно цветущего сада замка Ледж, маленький садик Эффи прятался за высокими каменными стенами и состоял из аккуратных цветочных клумб, окруженных узкими дорожками, и маленького пруда с золотыми рыбками.
Здесь имелось несколько укромных мест, где можно было спрятаться, — в том числе старая раскидистая яблоня и беседка в конце сада. Кейт скользнула за дерево, пару раз оглянулась и вытащила из-под плаща небольшой изящный букет.
Итак, еще одно предложение в цветах от этого ненормального Виктора! Кейт, поморщившись, подняла руку и, размахнувшись, швырнула букет через стену. А затем с благодарностью услышала тонкое блеяние и топот легких копытцев. Какое счастье, что коза вдовы Томас, их ближайшей соседки, ест все подряд — и в том числе самые замысловатые «любовные» букеты со смыслом!
И все же Кейт прекрасно понимала, что долго так продолжаться не может. Виктор достаточно быстро оправился после ее вчерашнего жестокого отказа и с тех пор не давал ей ни минуты покоя. Он заваливал ее нескромными любовными письмами, дурными стихами и букетами, которые складывал на ее пороге. Кейт старалась побыстрее сжигать письма и стихи, прежде чем кто-нибудь их увидит. Букеты она бросала через стену в сад вдовы Томас. Однако ей требовалось срочно найти способ, как остановить неуемную энергию Виктора, пока всей деревне не стало известно о его пылких ухаживаниях.
Во всей этой ситуации девушке виделась горькая ирония — человек, которого она не хотела видеть, никак не желал оставить ее в покое, а тот, без которого она не могла жить, оказался неподвластен ее магии. Вэл не сдержал обещания. Он не появился ни вчера вечером, ни сегодня утром. Но, возможно, это даже и к лучшему, пока… пока она не найдет способ расколдовать Виктора.
«Но как же мне сделать это без книги?» — мучительно спрашивала себя Кейт, выходя из-за дерева. Она провела большую часть ночи, пытаясь что-то придумать, и все без толку. Ее беспокойство нарастало с каждой минутой. Она сама убедилась в ужасной силе этой книги и понимала, что слишком опасно оставлять ее без присмотра: ведь она могла попасть в чужие, недобрые руки.
Если уже не попала…
Кейт почувствовала, как от этой мысли у нее пошел мороз по коже. Однако она тут же успокоила себя: ведь даже если вор окажется достаточно умным и поймет, какая чудесная книга оказалась в его руках, все равно едва ли кто-то здесь знает, как расшифровываются египетские иероглифы.
Но кому вообще могла понадобиться эта книга? Кейт сильно сомневалась, что ее взял кто-то из слуг. Все они работали в их доме очень давно и отличались врожденной честностью. Кейт расспросила всех слуг, но никто из них даже не видел подобной книги — и тем более не дотрагивался до нее. Что же до Эффи, то Кейт даже не стала ее спрашивать. Эффи интересовали только модные альбомы с последними фасонами.
Но если эту книгу никто не стащил, не взял и не позаимствовал, то куда же она делась? Ведь не могла же она отрастить ноги и сама убежать! Или могла? Учитывая, что это все-таки магическая книга, то все возможно…
Как бы то ни было, если она так и не найдет книгу, ей придется снова отправиться к Просперо и сказать ему правду. Что она не только стащила его книгу, но еще и потеряла ее. И что тогда сделает оскорбленный в своих чувствах великий колдун? Подвесит ее вниз головой над крепостным рвом? Прикует к стене в подземной темнице? Превратит в жабу? Возможно, это еще может показаться благом, принимая во внимание, какую кашу она заварила, наложив любовное заклятие не на одного, а сразу на двух мужчин…
Девушка медленно побрела назад к дому, низко опустив голову и оглядывая каждый розовый куст в тщетной надежде, что, может быть, она уронила книгу в саду, хотя и понимала, что это было бы самое настоящее чудо.
Поглощенная своими поисками, она даже не обратила внимания на стремительные легкие шаги за спиной и вздрогнула от неожиданности, когда чьи-то ладони прикрыли ей глаза.
— Угадай, кто? — раздался сзади жизнерадостный мужской голос.
Угадывать тут было нечего.
— Виктор! — пробормотала Кейт сквозь стиснутые зубы. Едва оправившись от испуга, она отбросила его руки и, резко развернувшись, сердито сверкнула глазами.
— Что ты тут делаешь?
Высокая шляпа Виктора едва не слетела, пока он лез через стену, и теперь держалась на его голове под очень странным углом. Он сдернул ее совсем, склонившись в изысканном поклоне.
— Я пришел, чтобы вновь броситься к твоим ногам, моя принцесса! — воскликнул он с пафосом.
Кейт бросила встревоженный взгляд на дом. Ее беспокоило, что кто-нибудь из слуг — или даже сама Эффи — мог их увидеть. Схватив Виктора за пелерину его пижонского плаща, она потащила его в сторону беседки. К сожалению, это чудо архитектуры, построенное в виде маленькой копии греческого храма, было более открытым, чем хотелось бы Кейт.