Чтение онлайн

Ольга неожиданно не стала хамить, просто кивнула.

Я развела руками.

– Напрашивается вопрос: зачем вы посещали бывшее жилье колдунов?

– Хватит, – впервые подал голос Максим. – Ольгушка не знает про него. Мы встречаемся в другом месте, я снял дом. Да, мой отец ее в комнате отдыха целовал, но в этом не было ничего любовного. Простая отеческая ласка, без сексуального подтекста. Папа знал о нашем романе.

– Макс! – возмутился Константин. – Понимаешь, что ты наделал? Мы с Шаровыми враги!

– Отец так не считал, – отрезал младший брат. – Ему случайно стало известно про снятый мной особняк, посыпались вопросы, короче, он прижал меня к стенке. Папа вообще умел это – любой секрет из человека выдавить. Беседа состоялась за день до бала. Я рассказал о ней Оле, и она впала в истерику, испугалась: «Твой отец все растреплет жене, а Каролина Шаровых ненавидит. Бабушка мне историю женитьбы твоих и моих родителей давно рассказала. Папа бросил Кару, и та его самого и всю его родню прокляла. Но бабуля на нее не сердится, считает, что ее сын зря Каролину променял на мою маму, и долго злилась из-за рождения трех дочерей, немного успокоилась, лишь когда Степан родился. Не пойду на праздник, там точно скандал случится».

Максим подошел к возлюбленной и взял ее за руку.

– Посторонним кажется, что Оле все по барабану, что она бессердечная хамка, думает лишь о своих удовольствиях. Но это не так, Ольга специально маску надевает – не хочет никому свои истинные чувства демонстрировать. Отец на мою откровенность отреагировал иначе, чем я ждал. Злиться не стал, предупредил: «Встречайтесь пока по-прежнему тайно, сейчас не время ваши отношения открывать, скоро выборы, неизвестно, как электорат на роман сына Бражкина и дочери Шарова отреагирует. Вот стану опять градоначальником, и устроим свадьбу. Вижу, ты удивлен. Макс, мне вражда между нашими семьями давно надоела, пора топор войны закапывать. Каролина наверняка запротестует, но я с женой разберусь, она на почве Васи ополоумела. Пригласи на новогоднем балу Ольгу танцевать, мы это позиционируем как начало улаживания отношений между Бражкиными и Шаровыми. Я и Косте с Семеном велю Анну и Катю на вальс пригласить». На празднике в середине вечера папа шепнул мне: «Я зашел в комнату отдыха к Ольге, обнял ее, сказал, что все улажу». Теперь понимаете? Это был поцелуй будущего свекра в щеку, а не любовника в губы.

– Макс, отец не мог сказать про мать «ополоумела»! – возмутился средний брат. – Родители уважали друг друга, их любовь образец для подражания, мы с Надей так же хотим через годы отношения пронести.

– Дурак, – проронила Каролина.

По лицу Максима скользнула тревога.

– Нет, мама, отец хотел покончить с враждой.

– Я говорю не про Игоря, а про Семена… – начала Каролина. Но сын быстро ее перебил:

– Не надо, я понял, о чем ты.

Вдова Игоря Семеновича судорожно вздохнула и опустила голову.

– Зачем Ольга ездила в дом на дне карьера? – спросила Раиса.

– Ей-богу, я близко к нему не подходила! – горячо возразила девушка. – Я бы туда соваться не стала – вдруг Чубарека реально существует?

Несмотря на тяжелый, нервный разговор, раздался дружный смех Бражкиных и Шаровых. Серьезность сохранили Каролина, Максим, Ирина Федоровна, Алевтина Степановна и Оля.

– Ничего веселого не нахожу, – надулась младшая дочь Василия Петровича. – Мне бабушка про водяного в детстве часто рассказывала. И про колдунов. У них люди лекарства покупали в красных бутылочках с синим сургучом. И про Чубареку полная правда. Можете не верить, но энергетические сущности живут среди нас. Недавно я книгу в Интернете читала, там выложена вся правда про таких, как наш Чубарека. Главное – их нельзя беспокоить. Так что я к дому в овраге ближе чем на десять километров не подойду. Вот Таня Мамалыгина отправилась дух дразнить – и умерла!

– Татьяна скончалась от тяжелой наследственной болезни, полученной от матери, – вздохнула Светлана Алексеевна. – Мамалыгина ушла из жизни, когда вы с ней в восьмом классе учились. Неужели ты до сих пор помнишь о бедной девочке?

– Мама, мы были лучшими подругами, – серьезно ответила Оля. – Один раз летом залезли с ней в погреб к старухе Иванченко, разбили там банки. Но бабка первая начала – она нас крапивой по ногам хлестнула, когда мы просто мимо шли, вот мы и решили отомстить. Грымза бабушке пожаловалась, та нас ругать стала: «За такими, как вы, Чубарека всегда приходит. Больше не безобразничайте, иначе он вам капель тайком ночью в чашку с водой подольет, они без запаха и вкуса, вы ничего не почувствуете, а утром заболеете и немыми на год станете». Я с тех пор по ночам не пью, боюсь. А Таня не струсила, предложила: «Пошли к дому в овраге. Вот увидишь, спляшем на крыльце, и ничегошеньки не случится. Не верю я в сказки». Я отказалась, она одна побежала. А осенью заболела и умерла. Вот так! Ни за что на свете к логову колдунов не приближусь!

Светлана Алексеевна сердито посмотрела на свекровь.

– Алевтина Степановна, вы зачем внучке глупости рассказывали, пугали ее? Ничего хорошего из этого не получилось, она до сих пор ерунды боится.

– Не смей старшим замечания делать! – отрубила старуха. – Ольга без руля и ветрил, справиться с ней, иначе как страх внушив, не получалось. Ты, невестушка дорогая, диссертацию писала, в Екатеринбург шлендрала, о детях не думала. А я по три месяца с девками на даче сидела, свою работу побоку пустила. Аня с Катей послушные уродились, а Ольга бешеный огурец – то на велосипеде по шоссе укатит, то полезет в пруд купаться, где каждый сезон двое-трое тонут, то костер разожжет и в огонь баллончик с лаком для волос бросит. Как такую от беды уберечь? Чубарека мне здорово помогал, притихала язва басурманская.

– Послушайте, может, Оли около того дома и не было никогда? – прошептала Катя. – Чего вы на нее напали?

– Свидетели Баков и девочка Люся, узнавшие ее машину, голубые туфли с камешками… – перечислила я и взглянула на Ивана. А тот спокойно произнес:

– Мы вынуждены задержать Ольгу Шарову в связи с подозрением в убийстве Игоря Семеновича Бражкина. Федор Михайлович!

Дубов покраснел и отстегнул от пояса наручники.

– Василий Петрович, прости…

– Ничего плохого я не делала! – закричала девушка. – Папа, спаси меня!

Катя вскочила и загородила собой младшую сестру.

– Не дам!

– Офонарели, ироды? – зашумела Алевтина Степановна. – Зачем ей Игоря давить?

Оля заплакала, Катя обняла ее. Василий Петрович встал.

– Мы уходим.

– Нет, – отрезал Тарасов, – вашей дочери сейчас зачитают ее права. Татьяна!

Я зачастила:

– Вы имеете право хранить молчание…

– Стойте! – звенящим голосом произнесла Светлана Алексеевна. – Оставьте мою девочку в покое. Это я.

– Вы убили Игоря Семеновича? – уточнил шеф.

– Нет, я ехала на машине Оли, – призналась жена Шарова. – И туфли голубые мои, а не дочкины. Но я их всего разок надела, мозоль натерла и в шкаф убрала.

– Верно, мама их купила, а я ей позавидовала, – всхлипнула Ольга. – Один раз потихоньку надела, когда поехала в кафе, и больше мокасины не трогала, они мне маловаты оказались.

– Ничего не понимаю, – выдохнул Василий Петрович.

– Все просто, – влез в беседу Денис. – Ваша жена, зная, что младшая дочь отправилась в Екатеринбург, села за руль ее машины, натянула блондинистый парик, а в бардачке небось нашла очки от солнца. Вечером они не нужны, но Светлана Алексеевна не хотела, чтобы ее узнали. И никому бы в голову не пришло, куда госпожа Шарова каталась, но она въехала в «жигуль» Бакова, пришлось удирать. В подошвы мокасин набился бордовый щебень, Оля их потом взяла и в кафе в них пошла. Дочь вернулась домой, не обнаружила свою тачку и заявила об угоне. Светлана Алексеевна, куда машину дели? Неужели в чей-то гараж на разбор отдали? Очень неразумно.

Каролина, не пойми почему, заплакала. На лице Максима на мгновение появилось выражение детского изумления. Так реагирует крохотный ребенок, впервые увидев собаку или кошку, – смотрит на животное и изо всех сил пытается понять, что это такое. Потом Макс моргнул и обнял мать.

– «Мини Купер» Оли я в лесу бросила, – медленно произнесла жена Шарова. – Не хотела навредить пенсионеру, это случайно получилось, я компенсирую все его траты.

– Мама, а зачем ты в карьер ездила? – изумилась Аня.