Любовные драмы русских писателей
Шрифт:
Итак, «С.Ф.» высказал твердую убежденность – если автор далек от поэзии, он никогда не сможет написать роман.
Так давайте же посмотрим, насколько близки к поэзии наши выдающиеся романисты XIX века? Берем самые громкие имена… Иван Сергеевич Тургенев. Безусловно, поэт. Сколько стихотворений, сколько великолепных посвящений! А стихотворения в прозе! Шедевры мирового значения.
Иван Алексеевич Бунин! Сам по себе роман «Жизнь Арсеньева» – поэзия. А «Темные аллеи». Но мы все же говорим о стихах. Стихов у Бунина множество, и стихов великолепных.
Берем Льва Толстого. Стихов писал не очень много, но писал, и писал восторженно, потому что сердце горело восторгом от любви. Стихи Тургенева и Бунина приводить не имеет смысла. Они широко известны, а вот стихи Льва Толстого стоит привести…
Давно позабыл я о счастье —Мечте позабытой души —Но смолкли ничтожные страстиИ голос проснулся любви…На небе рассыпаны звезды;Все тихо и темно, все спит.Огни все потухли: уж поздно,Одна моя свечка горит.Сижу у окна я и в мыслиКартины былого слежу,Но счастья во всей моей жизниМинуту одну нахожу:Минуту любви, упованья,Минуту без мысли дурной,Минуту без тени желанья,Минуту любви неземной…И тщетно о том сожаленьеПроснется в душе иногдаИ скажет: зачем то мгновеньеНе мог ты продлить навсегда?Стихотворение посвящено Молоствовой Зинаиде, в которую Лев Николаевич был влюблен в юности и которой посвятил довольно много стихотворений.
Стихи писал и Антон Павлович Чехов:
Как дым мечтательной сигары,Носилась ты в моих мечтах,Неся с собой любви ударыС улыбкой пламенной в устах.Но я – увы! – погиб уж для мечтаний,Тебя любя, я веру потерял…И средь моих мечтательных скитанийЯ изнывал и угасал!..Прости меня… Зачем тревожитьЗаснувшего в гробу навеки мертвеца?Иди вперед! Не унывай! Быть может,Найдешь другого… подлеца!!Или вот такое стихотворение:Прости меня, мой ангел белоснежный,Подруга дней моих и идеал мой нежный,Что я, забыв любовь, стремглав туда бросаюсь,Где смерти пасть… О, ужасаюсь!В могильный склеп с груди горячей,Убитый, раненый, лежачий,Стремглав я падаю… Не плачь, прости,Все птицы будут петь и розаны цвестиНад свежевырытой могилой,Куда меня злой рок стремглав опустит.Тогда поймешь, как я страдал,Как я любил свой идеал…Над ней стремглав взойдет моя идеяВо образе цветов, ландышей, роз приятных;Тогда по повеленью таинств непонятныхИз гроба буду я вставать стремглав ночамиИ, отравясь цветов благоуханьем,Как чудной девицы лобзаньем,Уйду обратно в гроб стремглавС прослезненными глазами…Не удивительно ли?! Мы привыкли считать Антона Павловича Чехова непревзойденным мастером короткого рассказа и драматургом. Но ведь есть у него и другие произведения. Возьмем «Драму на охоте», написанную великолепным, поэтическим языком.
Начал писать стихи, будучи кадетом второго Московского кадетского корпуса, и Александр Иванович Куприн. Правда, позднее он редко обращался к поэзии, но вот это его стихотворение часто публиковалось в периодических изданиях:
«Ты смешон с седыми волосами…»Что на это я могу сказать?Что любовь и смерть владеет нами?Что велений их не избежать?Нет. Я скрою под учтивой маскойЗапоздалую любовь мою —Развлеку тебя забавной сказкой,Песенку веселую спою.Локтем опершись на подоконник,Смотришь ты в душистый, темный сад.Да. Я видел: молод твой поклонник.Строен он, и ловок, и богат.Все твердят, что вы друг другу пара,Между вами только восемь лет.Я тебе для свадебного дараПрисмотрел рубиновый браслет..;Жизнью новой, светлой и пригожей,Заживешь в довольстве и в любвиДочь родится на тебя похожей.Не забудь же, в кумовья зови.Твой двойник!Я чувствую заране —Будет ласкова ко мне она.В широте любовь не знает граней.Сказано: «Как смерть она сильна».И никто на свете не узнает,Что годами, каждый час и миг,От любви томится и страдаетВежливый, внимательный старик.Но когда потоком жгучей лавыПуть твой перережет гневный Рок,Я охотно, только для забавы,Беззаботно лягу поперек.Можно привести и другие примеры, но пора вернуться к герою очерка, которого поэтом далеко не каждый читатель назовет, – к Федору Михайловичу Достоевскому, создавшему такое количество классических, великолепных во многом философских романов, которое не снилось многим и очень многим писателям.
Но как же так… Романы написаны, и не просто признаны, а считаются подлинными шедеврами мировой литературы. Так соответствует ли это тому, что сказано в Пушкинском «Современнике», в номере, вышедшем при жизни поэта?
Представьте, и Федор Михайлович Достоевский писал стихи. Вот одно из них – «Божий дар»:
Крошку-Ангела в сочельникБог на землю посылал:«Как пойдешь ты через ельник, —Он с улыбкою сказал, —Елку срубишь, и малюткеСамой доброй на земле,Самой ласковой и чуткойДай, как память обо Мне».И смутился Ангел-крошка:«Но кому же мне отдать?Как узнать, на ком из детокБудет Божья благодать?»«Сам увидишь», – Бог ответил.И небесный гость пошел.Месяц встал уж, путь был светелИ в огромный город вел.Всюду праздничные речи,Всюду счастье деток ждет…Вскинув елочку на плечи,Ангел с радостью идет…Загляните в окна сами, —Там большое торжество!Елки светятся огнями,Как бывает в Рождество.И из дома в дом поспешноАнгел стал переходить,Чтоб узнать, кому он долженЕлку Божью подарить.И прекрасных и послушныхМного видел он детей. —Все при виде Божьей елки,Все забыв, тянулись к ней.Кто кричит: «Я елки стою!»Кто корит за то его:«Не сравнишься ты со мною,Я добрее твоего!»«Нет, я елочки достойнаИ достойнее других!»Ангел слушает спокойно,Озирая с грустью их.Все кичатся друг пред другом,Каждый хвалит сам себя,На соперника с испугомИли с завистью глядя.И на улицу, понурясь,Ангел вышел… «Боже мой!Научи, кому бы мог яДар отдать бесценный Твой!»И на улице встречаетАнгел крошку, – он стоит,Елку Божью озирает, —И восторгом взор горит.«Елка! Елочка! – захлопалОн в ладоши. – Жаль, что яЭтой елки не достоинИ она не для меня…Но неси ее сестренке,Что лежит у нас больна.Сделай ей такую радость, —Стоит елочки она!Пусть не плачется напрасно!» —Мальчик Ангелу шепнул.И с улыбкой Ангел ясныйЕлку крошке протянул.И тогда каким-то чудомС неба звезды сорвалисьИ, сверкая изумрудом,В ветви елочки впились.Елка искрится и блещет, —Ей небесный символ дан;И восторженно трепещетИзумленный мальчуган…И, любовь узнав такую,Ангел, тронутый до слез,Богу весточку благую,Как бесценный дар, принес.Есть и другие стихотворения, но в основном либо политические, либо шуточные. Но где же любовь? Давайте посмотрим…
Мы упоминали о непревзойденных Тургеневских стихотворениях в прозе – в них тоже есть и немного политики, и много природы, и много любви.
У Федора Михайловича Достоевского есть произведение, которое по праву можно причислить к поэтическому, поскольку оно написано… белым стихом… Да, да, это белый стих, это стихи в прозе. И название этого произведения – «Белые ночи»!
Давайте вспомним начало этого произведения, которое сам Федор Михайлович назвал сентиментальным романом…
Итак…
«…Была чудная ночь, такая ночь, которая разве только и может быть тогда, когда мы молоды, любезный читатель. Небо было такое звездное, такое светлое небо, что взглянув на него, невольно нужно было спросить себя, неужели же могут жить под таким небом разные сердитые и капризные люди? Это тоже молодой вопрос, любезный читатель, очень молодой, но пошли его вам господь чаще на душу!..»
И далее, через несколько страниц:
«Есть что-то неизъяснимо трогательное в нашей петербургской природе, когда она, с наступлением весны, вдруг выкажет всю мощь свою, все дарованные ей небом силы, опушится, разрядится, упестрится цветами… Как-то невольно напоминает она мне ту девушку, чахлую и хворую, на которую вы смотрите иногда с сожалением, иногда с какою-то сострадательною любовью, иногда же просто не замечаете ее, но которая вдруг, на один миг, как-то нечаянно сделается неизъяснимо, чудно прекрасною, а вы пораженный, упоенный, невольно спрашиваете себя: какая сила заставила блистать таким огнем эти грустные, задумчивые глаза? что вызвало кровь на эти бледные, похудевшие щеки? что облило страстью эти нежные черты лица? отчего так вздымается эта грудь? что так внезапно вызвало силу, жизнь и красоту на лицо бедной девушки, заставило его заблистать такой улыбкой, оживиться таким сверкающим, искрометным смехом? Вы смотрите кругом, вы кого-то ищете, вы догадываетесь… Но миг проходит, и, может быть, назавтра же вы встретите опять тот же задумчивый и рассеянный взгляд, как и прежде, то же бледное лицо, ту же покорность и робость в движениях и даже раскаяние, даже следы какой-то мертвящей тоски и досады за минутное увлечение… И жаль вам, что так скоро, так безвозвратно завяла мгновенная красота, что так обманчиво и напрасно блеснула она перед вами, – жаль оттого, что даже полюбить ее вам не было времени…
А все-таки моя ночь была лучше дня! Вот как это было:
Я пришел назад в город очень поздно, и уже пробило десять часов, когда я стал подходить к квартире. Дорога моя шла по набережной канала, на которой в этот час не встретишь живой души. Правда, я живу в отдаленнейшей части города. Я шел и пел, потому что, когда я счастлив, я непременно мурлыкаю что-нибудь про себя, как и всякий счастливый человек, у которого нет ни друзей, ни добрых знакомых и которому в радостную минуту не с кем разделить свою радость. Вдруг со мной случилось самое неожиданное приключение…»
И вот тут начинается любовная история, которая происходит с героем и, скорее всего, когда-то произошла в таком же или похожем виде с самим автором. Применим часто употребляемый довод – иначе вот так поэтично, так сильно и ярко описать «неожиданное приключение», и явно приключение многообещающее, просто невозможно.
Все это было до личных потрясений, которые обрушились на Достоевского в связи с делом петрашевцев. Он был еще совсем молодым человеком.
В «Белых ночах» главный герой говорит своей возлюбленной: «Есть, Настенька, если вы того не знаете, есть в Петербурге довольно странные уголки. В эти места как будто не заглядывает то же солнце, которое светит для всех петербургских людей, а заглядывает какое-то другое, новое, как будто нарочно заказанное для этих углов, и светит на все иным, особенным светом… В этих углах проживают странные люди – мечтатели».