Чтение онлайн

— Ты говоришь так, как будто совсем ничего не делаешь, а я-то знаю, что это не так.

— Нет, но я в самом деле часто оставляю тебе большую долю хлопот из-за своей работы. Я уже написала первую часть романа, плюс все свои описания и тому подобное. Я не могу все это бросить и начать сначала. Это отняло бы время, а самым разумным было бы привезти мистеру Уоррингтону часть готового материала сразу по приезде.

Зная, как важно для Миранды это новое предприятие, Самми согласилась, отбросив в сторону мысли о неудобствах долгого путешествия сначала туда, а потом обратно, и наша пара покинула Лондон в самые короткие сроки. Приехав домой, Миранда сразу же отправила письмо своим родственникам, которых не видела уже несколько лет, спрашивая, удобно ли будет, если она сейчас нанесет им визит.

Она надеялась получить благожелательный ответ. Если же для них окажется неудобным сейчас ее принять, ей придется выбирать между попытками регулярно доставлять главы Герберту Уоррингтону почтой и возможностью снять номер в дорогой гостинице в Лондоне.

Она не была уверена, как долго сможет это делать, так как знала, что стоимость комнат для нее самой и для мисс Сампсон, даже в самой маленькой лондонской гостинице, будет значительно выше той суммы, которую она рассчитывала получить за каждую доставленную главу. Одно дело короткие поездки, как та, которую они только что совершили, — помимо деловой встречи Миранды, у них еще оставалось время для знакомства с городом, и они считали, что это удовольствие стоит расходов. И совсем другое — если ей придется задержаться там до тех пор, пока не будет окончена книга. Миранде очень не нравилась мысль, что придется начать тратить те скромные сбережения, которые она сумела сделать после продажи ее прежних книг.

Несмотря на молодость, ей уже довелось познать, что такое бремя долгов, с которыми она столкнулась после смерти своего расточительного отца двенадцать лет назад, — долгов, которые удалось погасить только после продажи имущества Дрейков, оставив себе крошечный домик, который занимали они с Самми, и жалкие гроши, которых им с Самми едва хватало, чтобы не умереть с голоду.

Теперь, когда Миранда начала зарабатывать деньги своим писательским трудом, она твердо решила, что никогда больше не окажется в таком положении. Когда она узнала, что в самом деле сможет продавать свои произведения, этот дополнительный доход вызвал у нее чувство, близкое к экстазу.

К ее радости, письмо, которое она получила от старшей кузины из Лондона, было просто полно восторга.

«Ну конечно же, моя милая Миранда, ты должна сейчас же приехать к нам, — писала Люси. — Мы уже столько месяцев — да нет, уже лет — с нетерпением ждем твоего общества. Уверена, что Чарльз пригласил тебя первый раз еще тогда, когда приезжал домой из университета. Но ты, к сожалению, так и не приехала».

Миранда вспомнила множество приглашений, которые посылал ей Чарльз, и свои уклончивые ответы, так как ей не хотелось тогда дать родственникам понять, что стоимость подобной поездки намного превышала ее возможности.

«И конечно же, ты должна привезти с собой Самми. Миссис Хэмпхилл, наша чудесная домоправительница, заверила меня, что все будет готово к твоему приезду в любой момент. И тетушка Огаста с нетерпением ждет встречи с тобой. Пожалуйста, сообщи, когда мы можем тебя ожидать. Так замечательно, что ты приедешь сюда. Я смогу делиться с тобой секретами, которыми не могу поделиться с детьми, даже с Дианой, которая считает, что уже не ребенок, раз ей тринадцать. Но все же есть вещи, которые ей еще рано знать».

Хотя Миранда и сказала себе, что ни с кем не сможет поделиться секретом о книге, которую собирается написать за время пребывания в Лондоне, особенно с кузиной, занятой своими планами выхода в свет, она согласилась, что было бы так славно иметь доверенное лицо в некоторых вещах, кого-то, кто был бы ей по возрасту гораздо ближе, чем Самми. Она сразу написала в ответ, что они приедут через две недели, а потом она и Самми погрузились в водоворот подготовки к этой поездке.

Тому, кто не знаком с семьей Оуэнсов, мог показаться странным тот факт, что решения здесь принимала семнадцатилетняя Люси. Но это была необычная семья. Лора, вторая жена профессора, выполнила свой долг, родив ему трех детей. Но как только младший из них, Джайлс, научился ходить, она стала сопровождать своего мужа во всех его поездках по изучению различных отдаленных уголков, большей частью, как считалось, необитаемых и, скорее всего, негостеприимных.

Именно это сходство интересов впервые когда-то сблизило их, и ей было приятно узнать, что он по-прежнему рад ее обществу в этих экспедициях, а не ждет, что она останется дома и будет заниматься семейными хлопотами. Когда кто-нибудь упрекал ее, говоря, что для матери противоестественно покидать своих детей, — а таких упреков было немало, — миссис Оуэнс только смеялась.

— Может быть, и так, — признавала она, — но я чувствую, что мое место рядом с мужем. Кроме того, Огаста и миссис Хэмпхилл заботятся о моих детях лучше, чем я, оставайся я с ними, и думаю, что они бы отвергли всякие мои попытки вмешаться в воспитание детей. Дети не слишком нуждаются во мне, а мужу — я чувствую это — я очень нужна.

За семь последующих лет трое детей так редко видели своих родителей, что когда за два года до описываемых событий яхта профессора пропала в океане во время шторма, почти ничего в их жизни не переменилось. Так как они — особенно младшие — едва помнили своих родителей, то и не почувствовали утраты.

Незадолго до этой катастрофы к ним приехала кузина отца Огаста Оуэнс, старая дева, которая, как предполагалось, будет опекать детей во время отсутствия родителей. Но она так стеснялась незнакомых людей, что редко отваживалась выйти из дома и ее опека была столь малозаметна, словно ее и не существовало вовсе.

Их старший сводный брат Чарльз отсутствовал со времени второго брака отца, — хотя эти два события не были связаны между собой: они с мачехой прекрасно ладили. Но сначала он был в школе, потом в университете. Поэтому у него было мало общего с младшими членами семьи. Правда, именно он впервые пригласил Миранду погостить, полагая, что ее общество будет благотворно для его молоденьких сводных сестер и что им будет полезно пожить с кем-то, близким им по возрасту.

В настоящее время он находился в армии Веллингтона, так что, несмотря на частые уверения десятилетнего Джайлса, что в отсутствие Чарльза он главный мужчина в семье, хозяйство вела Люси, и вполне успешно. В этом ей помогали наставления миссис Хэмпхилл и советы, получаемые время от времени от кого-то, кого она называла «кузен Джон».

— Похоже, что мисс Огаста охотно позволила Люси взять бразды правления в свои руки, — сказала Миранда Самми, прочтя письмо Люси. — Интересно, что это за кузен.

— Несомненно, это кто-то со стороны их матери, — последовал разумный ответ, — потому что он явно не родственник мисс Огасте. Не припомню такого имени.

Не испытывая особого интереса к неизвестному джентльмену, Миранда кивнула и снова энергично принялась за работу. Роман, который она сейчас писала, был для нее гораздо важнее любых кузенов неясного происхождения. Ей хотелось написать как можно большую часть своего повествования до отъезда в Лондон. У Герберта Уоррингтона должно быть в распоряжении несколько глав на случай, если какое-нибудь непредвиденное событие помешает ей писать так регулярно, как она задумала. Даже сейчас, когда почти всеми хлопотами занималась Самми, все равно находились причины отвлекаться от работы.