Чтение онлайн

Через пару десятков лет точно выяснилось: даже после пронзительного по откровенности романа Ремарка воевать не только можно, но новая война становится еще ужаснее и губительнее, чем прежде. Но это случится потом. А сейчас, как принято говорить, молодой писатель проснулся знаменитым и стал богатым. Это позволило ему почувствовать себя независимым. Книгу много раз издали, переиздали, а легендарный Голливуд предложил ему за экранизацию романа об уничтожении в человеке всего человеческого огромную сумму:

– Мы готовы заплатить сто тысяч долларов, – сообщили дельцы из-за океана. Тогда это были фантастические деньги.

Бедность и литературная поденщина наконец-то остались позади. Теперь он мог позволить себе многое, и тут появилась она. Первая из известных нам любовниц в его судьбе – Ильза Ютта Цамбона.

Как это часто случается, их знакомство оказалось экспромтом, хитро устроенным самой судьбой.

Ей исполнилось двадцать два, она была танцовщицей и выступала перед публикой, показывая ей свое великолепно вылепленное природой тело, в одном из шантанов Ганновера. Ее голос завораживал, миндалевидные глаза загадочно мерцали, а чувственные губы звали к неземным наслаждениям.

Господин Случай привел молодого писателя в бар, где после выступления отдыхала Ютта. Ремарк сразу обратил на нее внимание: он вообще обожал женщин и уже пережил множество романов.

– Могу я предложить вам что-нибудь выпить? – обратился Эрих к красивой незнакомке, чувствуя, как замирает его сердце. – Я обожаю «бакарди». Хотите?

– Не откажусь, – обворожительно улыбнулась она, и Ремарк понял: это улыбка самой судьбы.

– Я могу проводить вас до дома?

Так началось их знакомство, быстро превратившееся в страсть, которая всецело овладела обоими.

14 октября 1925 г. Эрих Мария предложил Ютте уехать с ним в Берлин, навсегда оставив Ганновер.

– Зачем? – лукаво прищурилась она, зная, как это его всегда возбуждает.

– Мы поженимся, – твердо ответил Ремарк.

Свое слово он сдержал и никогда не говорил, что пожалел об этом, хотя очень скоро она начала изменять ему – такова оказалась непостоянная и ветреная натура актрисы из шантана, любившей выставлять на всеобщее обозрение свое великолепное тело. Эрих сильно страдал, терпел, но потом тоже начал изменять Ютте – он всегда пользовался большим успехом у женщин.

Вполне понятно – долго так продолжаться не могло, и в 1930 г. супруги разошлись.

– Понять женщину страшно трудно, иногда даже совершенно невозможно: это неразрешимая загадка, – однажды после развода признался Ремарк. – Оказывается, теперь я стал нужен Ютте, как никогда!

Она действительно вела себя, словно капризный избалованный ребенок, постоянно требовала его ласк и внимания, советов и помощи, жутко ревновала к любовницам и устраивала безобразные сцены.

– Я клянусь помогать тебе советами и даже деньгами, – скрепя сердце пообещал ей Ремарк. – Прошу тебя только об одном: не вмешивайся в мою личную жизнь. Никогда!

Нацизм Ремарк не принял и эмигрировал из Германии в Швейцарию, где у него благодаря контрактам с Голливудом был собственный большой дом. Он успел унести ноги еще до того, как на площадях запылали огромные костры из книг, в которые штурмовики бросали и его роман «На Западном фронте без перемен» – он не нравился нацистским идеологам, они считали его вредным.

Эрих Мария страшно скучал без Германии и даже стал поддаваться депрессии, но тут судьба приготовила ему новую встречу.

Они встретились в сентябре 1937 г. на Лид о – знаменитом пляже Венеции. Он не мог не узнать ее – «Голубого ангела».

– Что вы читаете? – непринужденно обратился знаменитый Ремарк к знаменитой Марлен Дитрих и через ее плечо заглянул в книгу. – О, Рильке? Это один из самых сложных европейских поэтов нашего века.

– Я люблю его, – просто ответила она.

Многие биографы, как Ремарка, так и Марлен Дитрих, считают: именно с того сентябрьского дня, когда они познакомились на пляже Лидо, он стал называть ее «Пумой», дав ей это прозвище за кошачью грациозность и столь же неверный, как у кошки, характер. Теперь трудно судить определенно, действительно ли это так, но позднее Ремарк с горечью и болью сказал об этой женщине:

– Она похожа на нежную хризантему, – и, сделав паузу, жестко добавил, – но со стальными лепестками!

Их любовь началась очень бурно, спонтанно и никогда не была простой: любовники то не могли оторваться друг от друга, то разлетались в разные стороны, искренне пылая ярой ненавистью. Однако потом взаимное притяжение вновь брало верх, и они опять неизбежно оказывались в одной постели.

У каждого из них постоянно возникали какие-то более или менее серьезные романы на стороне – например, у Дитрих начался роман с Жаном Габеном, о котором много говорили и писали. Впрочем, когда Марлен встретила Ремарка в Венеции, она тоже была не совсем свободна: он лихо отбил ее у американского режиссера фон Штеренберга, который привез Марлен сниматься в Европу. Отбил и увез в Париж, тогда еще даже не предполагавший будущего скорого ужаса долгой нацистской оккупации.

Кстати, о любовных похождениях самого Ремарка известно куда меньше: он всегда был весьма скрытен и не любил показывать многих своих любовниц даже близким друзьям. И вообще, когда-нибудь были ли они у него, близкие друзья? Обычно люди такого склада на редкость одиноки.

В Париже Эрих и Марлен провели нечто вроде медового месяца, когда счастье кажется безоблачным и упоительным и никак не удается насытиться друг другом, а ночи пролетают подобно мгновенью: не успеешь оглянуться, как уже за окнами забрезжил рассвет.

Однако вскоре это кончилось, идиллия развеялась, как табачный дым, и они стали чуть ли не врагами. И быстро расстались. Он отправился в Швейцарию, а она в Соединенные Штаты – там Джо Пастернак из Голливуда пригласил ее сниматься с другими звездами в своем новом фильме.

Дома Ремарк сел писать роман о безумной и трагической любви в Париже – всему миру он известен под названием «Триумфальная арка», а в его героях легко узнаваемы сам автор и его роковая любовь Марлен. Не в силах больше выносить разлуки с ней, он едет в Штаты, но…

Какой неожиданный поворот! В 1938 году на его жизненном пути вновь возникла… Ютта! Ее могли выслать из Швейцарии, и она заламывала руки:

– Ты обещал!

Боже, сколько раз за историю человечества женщины произносили эти трагические слова: «ты обещал», и сколько раз не получали обещанного или, получив, вновь обманывали мужчин и зло смеялись над ними.

Ремарк помнил свои обещания и выполнил их: он вторично женился на Ютте, чем спас ее от высылки из Швейцарии. Возможно, ее он продолжал любить первой любовью?