Любовный эксперимент по-американски
Шрифт:
Рози на миг перестала дышать, а потом выдохнула – шумно и прерывисто, прямо мне в лицо. Мое тело вдруг напряглось; я сомкнул руки на ее спине и…
Игла соскочила с дорожки.
– Лукас… – прошептала Рози.
Я все еще не мог ее отпустить – дал себе несколько секунд на размышления. Подумать было о чем.
– Что?
– Музыка… – задыхаясь, пробормотала девушка. – Музыка кончилась.
– Ну да.
– Это было…
Договорить ей не дал странный звук, и Рози закрутила головой.
– Слышишь? – воскликнула она.
Я прислушался. Звук становился все громче.
– Что происходит? Черт возьми, что это такое?
Ее голос перекрыло то ли шуршание, то ли царапанье.
Хороший вопрос…
Я резко развернулся, продолжая удерживать ее в объятиях – теперь по вполне очевидной причине.
Царапанье возобновилось с новой силой. Я осторожно шагнул на звук, вытянул шею, и у меня с губ невольно сорвалось испанское проклятие:
– Pero que cojones…
– Господи, нет… – громко прошептала Рози. – Лина всегда так чертыхается, если происходит что-то плохое.
Я двинулся вперед, увлекая за собой девушку.
– Лукас, мне это не нравится… Что ты?..
– Тсс, – тихо пробормотал я. – По-моему, звук идет из-за проигрывателя.
Из-за коробки раздался пронзительный писк, и я наклонился как раз вовремя. Ah, mierda… [23]
– Спокойно, Рози.
Если я не ошибся, а моя соседка боится…
Мне в уши ударил громкий визг.
М-да. Точно боится.
– Лукас! – вскрикнула Рози, подпрыгнула и забралась на меня, словно на дерево. – Крыса! Крыса ведь? – Не отдавая себе отчета, она вцепилась одной рукой мне в лицо, другой – в плечо. – Нет, нет, нет! Скажи, что это не крыса!
23
Ах ты, вот дерьмо (исп.).
Я обхватил девушку за талию и усадил так, чтобы ее ноги сплелись у меня на спине.
– Рози, пожалуй, я не буду тебе рассказывать, что увидел.
– Черт, почему?
Хмыкнув, я слегка развернулся, чтобы она смотрела в другую сторону.
– Не буду – потому что там огромная крыса, а врать я тебе не хочу, Ро. Ни в коем случае.
Рози вновь завизжала.
Я решительно понес ее в другой конец студии. Девушка выкручивалась и извивалась – пришлось для надежности положить ладонь ей на округлую попку, о которой в первый же день запретил себе думать.
– Эй, Ро! – уговаривал ее я, едва сдержав стон, когда упругая попка заерзала прямо в районе моей ширинки. – Сейчас перенесу тебя в безопасное место, слышишь? Если перестанешь крутиться – мне будет намного легче. Пожалуйста…
Она замерла, крепко сжав мои плечи.
– Господи, Лукас, мне так стыдно…
Попыталась спрыгнуть – я не позволил.
– Я очень тяжелая? Ну что за дура… Давай я…
– Сиди спокойно, – приказал я, сделал еще несколько шагов – почти без хромоты – и усадил ее на кухонный остров. – Вот так-то лучше.
– Ничего не лучше, – виновато вздохнула девушка. – Не следовало на тебя прыгать.
На самом деле я нисколько не возражал, хотя утратившие тонус мышцы ног напряглись под ее весом, и через несколько часов меня начнут терзать боли. Честно говоря – был сыт по горло своей немощью. Проклятая травма!
Сглотнув ком в горле, я нашел единственно верный ответ:
– Не переживай – видишь, нога не беспокоит.
Рози кивнула и удивила меня, не став развивать тему. Не выспрашивала, не предлагала об этом поговорить.
– До ужаса боюсь всяких грызунов… – Она поджала под себя босые ноги и вздрогнула. – Не могу отделаться от мысли, что крыса отъедает мне пальцы.
На ее лице было написано столь откровенное отвращение, что я улыбнулся.
– Не будет она грызть твои пальцы.
– Они на это способны, – снова содрогнулась Рози.
– В принципе – да. Но ты сидишь высоко, крыса тебя точно не достанет.
Она застонала.
– Ничего себе, успокоил! Теперь меня замучают кошмары. Спать придется со светом, а еще я буду тебя будить, когда захочу воды. Как я могу ступить на пол, если знаю, что крыса в любой момент может цапнуть?
Я притворно вздохнул.
– Сделаю все, о чем попросишь. Я такой, Рози – хороший сосед и надежный друг.
Рози опустила книзу уголки рта и что-то невнятно пробормотала.
– Сиди здесь, – скомандовал я, пока она вновь не потеряла самообладание.
Двинулся к проигрывателю, не без усилий загнал крысу в угол и запихнул в пустую коробку. Подхватив ее, направился к Рози, однако она остановила меня умоляющим жестом:
– Приятель, не приближайся ко мне с этим чудовищем!
– Приятель? Да что вы говорите? – Я изобразил возмущение. – Ожидал услышать нечто другое: «О, Лукас, мой сексуальный, безупречный рыцарь в сияющих доспехах!» Вот такое я готов слушать сто раз на дню.
Девушка бросила в мою сторону грозный взгляд.
Я хотел продолжить речь, однако меня прервал громкий стук в дверь.
– Господи ты боже, – зашептала Рози. – А вдруг на лестнице еще один такой монстр?
– Надеюсь, этот монстр принес нам кое-какие закуски.
Оставив негодующую Рози на столешнице, я открыл дверь, по-прежнему придерживая локтем коробку с крысой. На лестничной площадке стояла женщина со стильно подстриженными каштановыми волосами, неуловимо напоминающая нашу престарелую соседку. Модная прическа…
– Привет! Я – Алексия, дочь Адель. Надеюсь, я вам не… – Она осеклась, глядя мне за спину. – Надеюсь, не помешала?
– Нет-нет, не беспокойтесь, – беззаботно улыбнулся я. – Просто ей нравится сидеть на столе. Правда, Ро?
Девушка ответила после продолжительного молчания:
– Правда. Люблю лазать по мебели.
Усмехнувшись, я повернулся к Алексии и протянул свободную руку.
– Приятно познакомиться. Меня зовут Лукас, а прекрасная леди на столе – Рози.
– Тоже рада знакомству, – улыбнулась женщина, обменявшись со мной рукопожатием. – Хотела представиться и поблагодарить за то, что присматриваете за моей мамой. Каждый вечер к ней заглядываю. Уже давно ищем для нее сиделку на целый день, однако найти подходящего человека… – Видимо, Алексия все же была слегка ошеломлена – фразу она так и не закончила. – В общем, вы очень добры, ведь вас никто не просил заботиться о маме, и я очень тронута.
– Что вы, пустяки, – искренне ответил я.
– Не скажите, – похлопала меня по руке Алексия. – Последний раз она в таких восторженных тонах говорила о папе вскоре после его смерти.
Ага… Значит, Матео – покойный муж Адели. Так и предполагал.
Алексия долго и с чувством смотрела мне в глаза, и я ощутил ее боль.
– Знаете, вы очень похожи на папу на старых фотографиях. Он был аргентинцем, мой папочка.
Не зная, чем ее утешить, я предпочел промолчать.
– Ладно, не буду вас отвлекать от… – Алексия смущенно откашлялась и многозначительно улыбнулась. – Похоже, вы развлекаетесь?