Чтение онлайн

Посмотрев ему в глаза, я пообещал:

– Я никогда не причиню ей боли. Просто не смогу.

Аарон вдруг широко улыбнулся.

– Знаю.

Лина покачала головой.

– Что случилось? – спросила я. – Почему у нас такой раздраженный взгляд?

Мы сидели в нашем любимом кафе на Манхэттене. С тех пор, как Лина возникла в своей студии и узнала о нашей с Лукасом договоренности, прошло несколько часов. Прощаясь, она заявила, что вечером нам следует встретиться еще раз.

Не просто поболтать, а поговорить, причем присутствие мужчин при разговоре явно не предполагалось.

– Что случилось да что случилось… – в сотый, наверное, уже раз выдохнула Лина. – Сама знаешь что. Я, значит, уезжаю на медовый месяц, а когда возвращаюсь – застаю вас тепленькими с моим братцем.

– Ты права, – кивнула я. – Нам действительно нужно было предупредить тебя в первый же день. Я просто ужасно себя чувствую, Лина. Заняла твою квартиру без спроса…

– Да меня вовсе не это расстраивает, Рози! – простонала подруга.

У меня вновь возникло желание встать на защиту Лукаса, однако я его подавила. Знала я брата Лины всего ничего, так что вряд ли она меня поняла бы. И так утром наболтала больше, чем нужно.

– Что же тогда? Неужели тебя настолько беспокоит моя дружба с Лукасом?

– Я его люблю, ясно? – Лина подняла руки вверх. – Из всех моих двоюродных братьев он – самый близкий. Лукас не просто дорог мне как кровный родственник. Он – настоящий старший брат, которого у меня никогда не было. Наверное, в этом все и дело: стоит подумать, что он встал между нами, обидел тебя – хочется отрезать ему…

– Понятно. – Я остановила подругу, пока та вновь не начала сыпать угрозами. – Во-первых, никто между нами не вклинился. Кроме шуток. Дальше… С чего ты взяла, что он собирается причинить мне боль? Твои слова как-то связаны с его «чарами», о которых ты говорила с утра?

– Возможно, – пожала плечами Лина.

– Объяснишь?

– Хорошо, – пробормотала она, отпив глоток кофе. – В Лукасе есть нечто сверхъестественное, из-за чего люди в него влюбляются с первого взгляда. В детстве он был тем еще хулиганом, и все равно его всегда обожали. Рози, я знаю – он любую покорит своей обворожительной улыбкой. К тому же у него прекрасное чувство юмора.

– Ясно, – пробормотала я.

Лина была кругом права, и качества, о которых она говорила, сочетались с множеством других, не менее привлекательных.

Постучав ноготками по чашке, подруга продолжила:

– При всем при том Лукас ни разу не привел девушку на наши семейные посиделки. Он никогда не вступал в серьезные отношения. Во всяком случае, мне об этом ничего не известно. После старших классов ничего такого…

– А, Лорена Наварро, – невольно вырвалось у меня.

– Откуда, черт возьми…

– Мы с ним общаемся, – быстро сказала я. – Лукас это имя упоминал.

Я глянула в окно, притворившись, что любуюсь красивыми цветами. Господи, ну и навострилась я в фигурах умолчания… С другой стороны, как сказать, что страхи Лины вполне могут материализоваться? Чары Лукаса действовали великолепно – его магия уже помогла мне с новой книгой. Пришлось промолчать о том, что сегодня, после ухода Лины с Аароном, у меня наконец начала нормально спориться работа. Забившаяся форсунка ожила и теперь фонтанировала идеями и чувствами.

Лина нахмурилась, однако, похоже, приняла мое объяснение.

– На самом деле Лукас нигде подолгу не живет – откуда же взяться постоянным отношениям? Соревнований у него столько, что он полгода проводит вне Испании. Остальные полгода – дома. А может, три месяца – не знаю. Просто человек не оседлый, вот в чем дело.

Лукас говорил, что никому еще не удалось разбить его сердце. И все равно: сколько бы он ни путешествовал, странно, что никто его не подобрал.

– В Штатах он в отпуске, – но все по-прежнему, – продолжила Лина.

Мне вспомнилось, как Лукас вскользь поведал о своей травме. Кроме меня, никто не в курсе, что его нога никогда не восстановится полностью. Так или иначе, слова следует подбирать осторожно.

– Что значит «все по-прежнему»?

– Откуда ты знаешь, что он не испытывает на тебе свои чары? Он улыбается, ты в ответ хихикаешь. В итоге ты влипнешь, а Лукас уедет, и привет.

Я тяжело сглотнула. При одной мысли о его отъезде голова пошла кругом.

– И привет… Имеешь в виду, что я получу душевную рану?

– Вот именно. И мне придется убить своего брата. – Лина шумно выдохнула. – А убивать близкого человека мне не хочется. Я за него, между прочим, переживаю.

Я молча ожидала продолжения.

– По-моему, с Лукасом что-то неладно, – опустила уголки рта Лина. – У него была паническая атака, прямо перед отъездом – бабушка рассказывала.

У меня заныло в груди. Подумать только: сильный, уверенный в себе мужчина – и вдруг панические атаки… Что же с ним на самом деле случилось?

– Слава богу, Тако сразу побежал за бабушкой и привел ее к Лукасу, – грустно сказала подруга. – Этот пес проходил тренинг по эмоциональной поддержке.

– Серьезно? Понятия не имела. Лукас никогда не выкла… – Я вовремя прикусила язык. – Ничего такого не говорил, да и ты тоже.

– Щенком Тако некоторое время жил у одного из соседей бабушки, полицейского в отставке, страдающего от посттравматического стресса. Он вскоре умер от сердечного приступа, – вздохнула Лина. – Его семья жутко горевала – тут уж не до собаки, вот бабушка и предложила забрать Тако на месяц-другой. Лукас забежал к ней, увидел щенка, и они друг в друга влюбились. Прошел месяц, а потом и другой, и третий, родственники полицейского не изъявили желания забрать мальчишку, вот Лукас его и усыновил.

– Значит, кличку Тако дал прежний хозяин?

Если честно, рассказанная Линой история заставила меня почувствовать нечто новое по отношению к Лукасу.

– Нет-нет, имя придумала внучка полицейского. – Подруга покачала головой. – Так или иначе, после панической атаки бабушка предложила моему брату попутешествовать, сменить обстановку и тем самым прочистить мозги.

– И он отправился в Штаты, – заключила я.

Пришлось приложить некоторые усилия, чтобы голос меня не выдал.

– Уверена, Лукас тебе все расскажет, когда вернется. Он ведь любит свою семью, просто сейчас ему требуется пожить одному – так, как ему хочется. – Я помолчала. – В тяжелые времена порой нужно самостоятельно прийти к осознанию, что нуждаешься в помощи, только тогда и появляется желание ее принять.