Чтение онлайн

– Нет. Но сам факт… Мне тяжело и так, а ты…

Игнорируя гневные взгляды и то, что Оля пытается вырваться, прижимаю её к себе. Фиксирую, не давая возможности двигаться.

– Я всё исправлю, Оль, - обещаю, глотая её аромат большими глотками.

– Что ты исправишь? – затихает моментально.

– Всё исправлю. Только дай мне время.

– Давид, - вскидывает голову, и я уплываю в зелени больших глаз, - что ты собираешься делать?

– То, что давно должен был.

– Что? – в глазах вспыхивает настоящая паника. Чувствую, как ее сердце начинает скакать по грудной клетке, - Давид, у тебя дети… Я не смогу так. Не смогу знать, что…

– Тттшшш, - надавив ей на макушку, прижимаю к своей груди. Крепко обнимаю, - не спрашивай. Оль, давай без вопросов. Просто доверься мне.

Оля дрожать начинает и всхлипывает. Поднимаю её лицо за подбородок. По щеке стекает слеза.

– Зачем ты? – шепчет, смотря на меня во все глаза, - Я не прошу…

– Ты и не должна, - стираю большим пальцем со щеки слезу.
– Но как быть? Ты сейчас здесь. Не ушла. Не можешь, Оль. И я не могу. Без тебя не могу больше... – прижимаюсь губами к её мокрой щеке, чувствуя соль в который раз пролитых слез. – Мне мало вот этого… Того, чего у нас почти нет. Мало просто обнимать тебя, говорить. Я всю тебя хочу. Целиком.

Сминаю большим пальцем её губы. Хотя бы так к ним прикоснуться…

Опустив голову, Оля утыкается носом мне в шею. Кожа становится влажной от её слез.

Я обнимаю её, а она меня – нет. Ладони на грудь мне кладет. А меня от того, что она лишний раз не позволяет себе ко мне притрагиваться, трясёт. Хочу ее руки на себе, губы. Силой заставить обнять, поцеловать… но я понимаю почему она это делает. Я не ЕЁ сейчас… В её голове – я чужой, и позволить себе в мой адрес нечто большее, чем я сам беру – она не может.

– Ани… Ей будет очень плохо… - шепчет виновато.

– Когда ты начнешь думать о себе? – мягко гляжу натянутую спину.

– Я думаю…

– Неправда…

Она замолкает, а я буквально слышу атаку ее мыслей.

– Оль, мне просто нужно время…не исчезай только.

Страх потерять ее настолько сильный, что я иногда просыпаюсь ночью в горячке от того, что мне снится как она уходит. Удаляется, и связь с ней рвётся.

– Не исчезай, слышишь? Я не потеряю тебя еще раз.

Всхлипнув, прижимается ко мне сильнее, но так и не обнимает.

– А Давид когда будет? – спрашивает мама, играя с Гором в «Поехали с орехами».

Сын заливисто смеётся, а я улыбаюсь.

– Должен уже вот-вот.

Обещал сегодня приехать немного раньше, чтобы поужинать с моими родителями.

– Как тут вы вообще, дочь? Грустная какая-то, - спустив внука на пол, внимательно всматривается в моё лицо.

– Всё в порядке, почему ты спрашиваешь? – звучу фальшиво бодро.

Не хочу, чтобы мама знала о том, что происходит в моей семье. Не хочу обременять ее и заставлять волноваться. А она обязательно будет, если поймёт, что что-то не так.

– Глазки у тебя не блестят. Уставшая.

– Да просто закрутилась, - проглатываю ком, вмиг выросший в горле. Только маме всегда удавалось так остро меня почувствовать. Только она видит меня насквозь. – Очень по вам соскучилась, одиноко здесь немного, - всё же выдаю долю правды.

– Представляю. Чужой город совсем. Но это ничего, привыкнешь, а потом и вернетесь. Мы с отцом вон тоже несколько раз переезжали, главное вместе, - мама встаёт и забирает со стола салат. – Пойдём накрывать.

Давид приезжает, как и обещал, ровно в восемь.

– Ооо, зять пожаловал, - хлопает его по спине папа, а после него подхожу я, чтобы поцеловать.

– Привет.

Тянусь к нему и замираю около щеки. Снова этот запах… Женский, цветочный. На грудь словно гранитная плита ложится.

– Здравствуй, - мажет по моей щеке щетиной и отстраняется, чтобы снять куртку.

Я выпадаю из реальности. Смотрю на него во все глаза, пока он раздевается, и не могу ничего понять.

– Ну что, за стол?
– зовёт мама.

– Да, я сейчас переоденусь только, - говорит Давид, проходя мимо и отправляясь наверх в спальню.

Я пытаюсь дышать. Глубокий вдох, выдох…

– Ани, милая, пойдём? – обнимает меня со спины мама.

– Да-да… - отвечаю невпопад, шагая в зал.

Сердце не на месте, тревога, как Дамоклов меч над головой зависла.

Вернувшись к нам, Давид занимает свое место, и они с отцом выпивают по рюмке коньяка.

Я же оторвать от него взгляда не могу. Исследую лицо, шею, руки… Зачем? Что пытаюсь найти? Какие-то следы? Помаду?

Господи, как примитивно…

Холод по внутренностям гуляет, ужин в горле комом становится.

– Ну, рассказывай, как ваш бизнес. Тигран говорил, что ты хорошо справляешься, - говорит папа.

– Неплохо, - наливает себе еще одну муж, - не без сложностей, конечно, но куда без них?

– Это хорошо… хорошо. А трудности преодолеть можно. Отец не говорил, когда собирается возвращаться? А то мне толком ничего не ответил.

– Нет. На сколько я понял, не в ближайшем будущем.

– Ох, - качает головой мама, - а мы надеялись, что вы скоро вернетесь. Так нам не хватает внучат.

– Не хочу вас огорчать, но возвращаться в планах у меня нет.

Как гром над головой раздаётся. Мама с отцом ошарашенно смотрят на Давида, а мое сердце камнем в желудок падает.

– Что значит нет? – спрашивает папа, - Вы что же, тут навсегда?

– Навсегда или нет, пока неизвестно, но Ани пойдёт учиться, а значит…

– Куда Ани пойдёт? – с неверием открывает рот мама.

Меня же снова в воронку ужаса утаскивает.

– Ты не сказала родителям? – удивляется Давид.

– Н-нет…

Я надеялась, что он забудет о том своем предложении.

– Учиться. Курсы, университет, - спокойной поясняет вместо меня, отламывая себе кусочек лепешки и отправляя в рот, как будто говорит о чем – то обыденном.

– Зачем? – всплескивает руками мама. – Когда время-то брать?

– Время найдется. Главное – желание. У Ани оно есть, правда? – бросает на меня взгляд, - вон как готовит хорошо. Почему бы не улучшить навыки?

– А мальчики? – продолжает шокировано смотреть на него мама.