Чтение онлайн

— В пятиэтажке за церковью! Коробочка со второй частью нашей «Бури» до «Контроля» дошла?

— Дошла, дошла! Держись, братва! Вытащим!..

— «Молчун» «Голове»! Ушла коробочка!

— Понял тебя!.. «Шурави»! А ты кипешевал [86] . Сейчас уже знают о нас, поддержат.

— Да, ничего я такого не говорил, просто реально оценивал обстановку. Три-четыре хороших атаки «духов», и отбиваться кирпичами будем.

— Ну, это ты зря. «Крот», ты заначку все еще с собой таскаешь? Не тяжело?

Блин! Вот я баран! Еще с первой командировки, после того, как один раз хорошо «попали», завел привычку: на дно РД-шки бросил замотанное скотчем содержимое целого цинка [87] , которое постоянно таскал с собой. В этот раз то же самое сделал еще дома при отправке. И благополучно об этом забыл.

— Своя ноша не тянет! В кулацком хозяйстве и пулемет — не помеха! Щас выниму!..

Воспоминания в последние дни что-то очень уж часто лезут в голову. Одно только радует: потерь у нас в Грозном пока больше не было. Так бы и дальше…

Все это хорошо, но пора возвращаться к делам насущным. За день достаточно отдохнули. Скоро начнет смеркаться, пора в путь-дорогу.

— Становись!.. Попрыгали!.. Воронов, Сибиряков — головной дозор, Потапов, Никифоров — замыкающими.

— Есть!

— Вперед!..

Двинулись неспешным шагом по дубовой роще в юго-западном направлении к высоте 183,4. Шагать — одно удовольствие. Никакого хлама под ногами, не то, что в хвойной чаще. С другой стороны — особо не спрячешься, все просматривается насквозь. Опять же, точно в таком положении оказывается и противник. Ему даже хуже: маскировка значительно уступает нашей…

Отмахали, судя по карте, около восьми километров. Выходим к высоте. Вдруг — сигнал от головного дозора. Рассыпались, практически растаяли, заняли круговую оборону. Только что-то ни Воронов не возвращается к нам, ни Сибиряков.

— Марков! За мной!

— Есть!

Короткими перебежками двинулись в сторону охранения. Вот до нас со стороны высоты донеслись редкие слабые звуки ударов металла о металл, отдаленные голоса. А вот и наши!

— Что случилось? Почему от вас никто не вернулся? Нам что думать? Воронов, докладывай.

— Пока наблюдаем. Впереди немцы. Насколько поняли, минометная батарея. Находится на самой высоте, где леса нет. Развернута в направлении Бахметовки. Минометы восьмисантиметровые [88] , разглядели шесть штук. Больше доложить нечего, нужна разведка.

— Охранение?

— Пока не видели.

— Сибиряков!

— Я!

— Валентин, давай мухой назад, пошлешь к нам Белого, Смирнова, Лыкова и Тачаева. И смотри у меня, чтоб ни одна мышь не засекла.

— Есть!

И исчез, не издав ни звука, как будто никогда его тут и не было. Довольно скоро прибыла вызванная мной четверка. Лежа на земле, раскладываю перед собой планшет с нужным листом карты.

— Смотрим сюда, парни. Мы находимся здесь… К югу от нас, вот на этой огромной проплешине минометная батарея, развернутая на Бахметовку. Спрашивается, какого лешего «фрицам» тут понадобилось эти минометы размещать. Шесть восьмидесяток — это же целый взвод. Я, конечно, понимаю, господствующая высота, но отсюда ничего не видно, кругом леса, так что стрелять могут только по наводке корректировщика. Наступления наших на этом участке в ближайшее время не предвидится. Да и перекрывает эта батарея по дальности только лес. Вот я и думаю, не по нашу ли душу ее здесь поставили для страховки? В районе Бахметовки имеется местечко для переправы через реку. Не исключено, что там засели наблюдатели с карателями. Очень даже неплохо получается: от минометного огня в лесу, да еще в таком, не спрячешься. Вот только о том, что мы с другой стороны подошли, «гансы», судя по всему, не подозревают. По крайней мере, боевого охранения с нашей стороны не видно. У кого какие идеи? Давай по старшинству. Белый?

— Помнишь, командир, я говорил о том, чтобы устроить шороху в Одрынке? А, может, туда совершенно необязательно лезть, а нагадить здесь? Только предварительно со всех сторон все просмотреть. Пока мы не знаем не только того, есть охранение, или нет, но и вообще количества немцев. Вероятнее всего, здесь полный минометный взвод, тогда самих минометчиков 29 человек при шести минометах. Могут быть усилены пулеметчиками. Нужна разведка, без нее никак. Я закончил.

— Марков?

— Согласен с Сергеем. Без разведданных ничего не напланируем. Есть предложение тормознуться и понаблюдать с разных сторон. Долго, но зато будем иметь полную картину. А в связи с этим можно будет попробовать снова направить «фрицев» по ложному следу.

— Смирнов?

— Считаю, нужен язык, желательно офицер. И захватить его можно будет именно здесь. Тогда и прояснится, чего это «гансы» тут окопались.

— Другие мнения есть?.. Тогда так и поступим. Белый, Марков! Организовать наблюдение с севера, востока и юга. С этих направлений как раз можно будет подобраться лесом. Установить численный состав, охранение, периодичность смены караульных. По окончании наблюдения решим, как поступить. Все, возвращаемся к основной группе…

— Герр гауптман! Вам были предоставлены широчайшие полномочия! Вам передавались в подчинение любые подразделения, какие Вы только просили! Хотелось бы спросить, где обещанные Вами результаты?! Где разведгруппа русских?! Что-то уже несколько дней я никаких сведений о них от Вас не слышал! Только не надо мне говорить, что Вас снова обвели вокруг пальца! Не растворились же они, и не перенеслись по воздуху! Что Вы можете сказать в свое оправдание?! Я внимательно слушаю!

— Герр оберст-лейтенант! Мои люди делают все возможное для поиска диверсантов. Но мне катастрофически не хватает информации. «Призраки» целиком оправдывают данное им нашими солдатами название. До настоящего времени никаких их следов мы не обнаружили. Даже предположить не могу, где их искать. Кстати, специалисты лейтенанта Вайде тоже не могут ничего обнаружить, хотя ими уже прочесана огромная территория. Тем не менее, последние следы большевиков были обнаружены только в месте захвата ими автомашины, и там, где ее бросили. Но лейтенант утверждает, что это ложный след, что диверсанты затаились где-то на подступах к Одрынке, выжидая, когда мы снимем оттуда солдат. Предполагаемое направление движения диверсантов нами перекрыто. Самое вероятное место их перехода возле Одрынки. Там сильно пересеченная местность, облегчающая форсирование не покрытого лесами пространства. Но нам значительно облегчает задачу то, что берега Чернечей и Черемушной сильно заболочены, поэтому переправиться через них возможно только в нескольких местах, которые нашими солдатами блокированы. Там выставлены засады.

— А что с активным поиском? В засадах можно просидеть целую вечность, и ничего не добиться. Где гарантия, что «Призраки» форсируют реку именно в тех местах, где Вы предполагаете? Пока они действовали непредсказуемо. Об их местонахождении Вы узнавали уже постфактум. Почему у Вас такая уверенность, что русские не пойдут южнее? К примеру, в районе Бахметовки? Там открытого пространства минимум, несмотря на то, что местность ровная. Да и переправляться не в пример удобнее, чем в других местах. По крайней мере, форсировать придется только одну реку.

— Нами это учтено. Поблизости больших подразделений не выставлено, чем создана иллюзия, что это место практически не охраняется. На самом деле в Бахметовке рядом с местом, пригодным для переправы, в доме выставлен наблюдательный пост, снабженный всем необходимым. Мы пытаемся таким образом направить русских туда, куда это выгодно нам. При попытке переправы через Черемушную группа будет обнаружена, после чего в дело вступит выставленный на высоте 183,4 минометный взвод. «Призраки» неминуемо понесут потери, а из Федоровки на перехват им выдвинутся два взвода СС. Даже если из группы кому-то удастся уцелеть и ускользнуть, все равно это подразделение фактически будет уничтожено.