Любви все возрасты покорны
Шрифт:
Очутилась в храме. Только почему–то здесь стояла статуя Богини Аории.
Подумала, что меня занесло в её мир, но здравый смысл подсказывал, что этого не может быть.
— Здравствуй, Ольга,— и в зал вошла Аория собственной персоной и с ней жрец. Но по его одеянию было видно, что это жрец Фирона.
Я удивлённо посмотрела на него.
— Да, ты права. Он — Верховный жрец Зорн. Только в этот храм я могу спускаться. Здесь стоит моя статуя,— с превосходством Аория поясняла мне ситуацию.
Как хорошо Богам — не надо задавать вопросы, они сами на них отвечают.
— Аория, и когда ты угомонишься? Если Фирон узнает, что у Верховного жреца в его главном храме стоит твоя статуя, его гнев будет страшный,— постаралась как–то успокоиться, а то от этой неадекватной Богини можно ожидать всего. И как Фирон этого всего не почувствовал?
— Не будет. Видишь ли, он доверяет Верховному.
— У нас говорят: доверяй, но проверяй. Это не может длиться долго,— продолжала вести разговор в спокойном русле, стараясь разобраться в ситуации и понять, что же будет дальше. Не на светскую же беседу переместила она меня сюда.
— И что же тебе от меня нужно? Надеюсь, не дружбу предложишь?— съязвила я.
— Из–за тебя я потеряла всё!— выкрикнула она.
Её лицо, бывшее до этого момента прекрасным, исказилось злостью и стало отталкивающим. Вот и увидела Богиню в гневе!
Интересно, а как другие выглядят в таком неадекватном состоянии?
— Ну, во–первых, ты сама виновата во всём. Во вторых, неуёмное желание получить то, что невозможно, тоже сыграла с тобой шутку. Так в чём я виновата?
До этого я чувствовала какое–то волнение и может даже страх, но сейчас как будто во мне что–то зарождалось, и это чувство успокаивало и дарило защиту.
— Ты забрала у меня Фирона! Он должен быть моим! А он заключил с тобой союз! С тобой! Со смертной! — кричала она.
— Так нечего было отбирать у меня жизнь. И сама бы охмуряла его.
Между прочем, того, кого ты сама бросила,— не хватает злости на эту безголовую Богиню.
Во всех смертных грехах обвинять кого–то, но только не себя. Хорошая у них тут школа по воспитанию Богов. Все виноваты, кроме них.
— И что же ты пообещала этому жрецу? — спросила её, стараясь хоть как—то успокоить её. Жрец стоял неподвижно и смотрел на нас.
— Вечную жизнь. Его я обездвижила на время,— немного успокоясь, промолвила снисходительно она.
— А ты ему сказала, что это невозможно? Тебе запретили души оставлять в своём мире. Зачем обманула?
— На что только люди не идут, чтобы получить бессмертие. Наивные,— брезгливо посмотрев на него, она повернулась ко мне.
И вдруг её настроение резко изменилось.
— А тебя здесь сейчас никто не спасёт,— прошипела она, и её тьма понеслась на меня.
«Интересно, а свет может уравновесить тьму? Где–то слышала, что свет— это тьма, а тьма —это свет», — пронеслось в голове.
И как только тьма коснулась меня, свет, появившийся и охвативший меня, поглотил тьму.
Взглянув на неё, я увидела её ошеломленный взгляд, иволна света, окутав её, унесла в портал.
— Как это возможно?… — донесся её шепот.
Тут в храм влетел Орс. Увидев меня, он встал на колено.
— Богиня! — раздался возглас.
Орс. (жрец)
Как всегда, я нёс службу в храме, когда услышал голос Бога Фирона, Он приказал незамедлительно явиться в Верховный храм.
Открыв портал, увидел божественный свет, окутавший женскую фигуру и который отправил Богиню Аорию в портал. Надеюсь в её мир.
Когда свет исчез, то увидел Ольгу. Вот откуда божественный свет в моих видениях.
Не знаю, почему и как, но то, что она — Богиня, не возникает и вопроса.
Она озиралась по сторонам, ничего не понимая. Вскоре появился Фирон.
— Милая, как ты? Справилась? — нежно спросил он, подходя к ней и обнимая.
— Ты мне не всё рассказал, по–моему,— строго взглянула она.
— Давай сейчас разберёмся с этой проблемой, а потом всё выясним,— и он гневно посмотрел на Зорна.
Тот смиренно опустился на колени. Он знал, что его ждёт смерть за предательство.
— Может, его не будешь убивать? Забери магию и пусть работает в храме простым рабочим. Помогает убирать его, и тем самым отрабатывает своё предательство,— подойдя к бушующему мужу, предложила она.
— Ты верёвки вьёшь из меня, жёнушка,— проворчал он.
— Ой, не смеши. Чтобы из грозного Бога Фирона вить веревки? Да никогда,— посмеялась она.
Он обнял её, затем развернул к себе спиной и уткнулся в её волосы. Она доверчиво откинулась на его грудь и улыбнулась.
— Орс! Займёшь его место. А сейчас я изменю тут кое–что.
Он посмотрел на статую Аории, и она вмиг исчезла. На этом месте появилась двойная статуя.
Бог Фирон держал в объятиях Богиню, которая стояла к нему спиной и, положив свои руки на его обнимающие руки, улыбалась.
На постаменте высветилась надпись: Бог Фирон и Богиня Олея. Богиня Любви и Равновесия.
Ольга.(Хельга)
— Ты можешь мне всё объяснить? — спросила мужа, когда мы очутились дома в небесных чертогах.
— Для меня было тоже открытием, что ты Богиня. Твои силы спали: может, они должны были проявиться после твоей смерти? Но Аория разбудила их, решив тебя убить. А скажи, когда ты была в светящемся пространстве, что с тобой произошло? — налив сок, он протянул мне бокал.
Присев рядом, он внимательно посмотрел на меня.
— Первое время меня толкали частицы, и я металась из одного угла в другой, а потом со мной столкнулись две частицы. Произошёл взрыв, и я увидела тебя,— рассказала ему про свои хаотичные движения.
— Тогда понятно. Творец послал тебя в пространство, где душа, сталкиваясь с частицей, рождается Богом или Богиней. А так как с тобой столкнулись две частицы, то ты теперь несёшь в себе частицы двух Богинь. Частица любви почувствовала в тебе родственную душу, а твоё желание всё сделать правильно притянуло и частицу равновесия, — он поцеловал меня в висок.