Любви все возрасты покорны
Шрифт:
Увидев его расстроенный взгляд, тяжело вздохнула. Магия опять подкинула ему мой старый образ.
И тут он очнулся и с улыбкой приложил свои руки на мои. Я благодарно посмотрела на него и, закрыв глаза, стала посылать свою магию. Она тихо расходилась во все стороны, и вскоре я услышала хлопок. Купол опал.
А он подхватил меня на руки. Прижав к своей груди, он тихо двинулся в путь. Я лежала на руках, и казалось, что я парю в воздухе. Только тихий шелест напоминал мне о нашем движении.
Положив меня на кровать, он смотрел и о чём–то думал. Открыв глаза, встретилась с его взглядом. Решив что–то для себя, услышала его взволнованный голос:
— Здессссь тебя никто не обидит. Клянуссссь, моя долгожданная.
«Кто же меня обидит? Что же ты выдумал себе?»— подумала я.
— Меня зовут Ольга. А тебя?— спросила, приподнимаясь на кровати, чтобы получше и поудобнее сесть и рассмотреть его.
— Сариш ре Троиссош, моя ненаглядная,— с хрипотцой в голосе ответил он.
— Ой, прям ненаглядная! — засмеялась в ответ.
— Почему смеёшься? Я тебя обидел, назвав тебя так?— растерялся он.
— Ты меня видишь, какая я? — лукаво поглядывая на него, ждала ответа.
— Для меня не имеет значения твой возраст. Я столько веков ждал свою пару, что если нам суждено прожить вместе так мало времени, то я приму это. Но буду с тобой до конца! — с жаром проговорил он, беря мои руки и целуя каждый пальчик.
— Ты сбежала от мужа? Он тебя обидел?— задавал мне этот вопрос.
У него зрачки стали расширяться, и лицо стало удлиняться. И через несколько секунд на меня смотрела большущая змея.
Раздвоенный язык всё время высовывался и пробовал воздух.
Поднявшись на кровати, я протянула руку к его лицу и погладила его бархатистую кожу. Он закрыл глаза от моей ласки и обвил меня, заключив в ' змеиные' объятия. Самое главное, чтобы они не задушили меня, эти самые объятия.
— Что ты? Мои мужья меня любят и не обижают. Просто меня позвал купол, и я пришла,чтобы его снять,— тихо сказала ему.
— Мужья? — удивился он.
— Мужья. Их у меня четверо. В этом мире всё изменилось,— разъяснила ему изменение в институте семьи и брака.
— Ты разбудила мою ипостась, долгожданная моя,— проговорил Сариш, приняв спокойно мой ответ, и накрыл мои губы поцелуем.
Его руки стали нежно обнимать и прижимать к себе. Лёгкими массирующими движениями он направлял мой огонь в возбуждения.
Под его руками моё тело стало плавиться, как воск. Голой спиной почувствовала прохладную ткань простыни, к которой меня прижали своим горячим телом.
Поцелуи горячих губ прошлись по всему телу, а на губах перешли в жаркие, требовательные. Влажное скольжение, порывистые и стремительные толчки, покусывания кожи, возносящие к вершине экстаза, всё это унесло нас двоих в мир блаженство.
Проснулась от тихого прикосновения к моему лицу. Меня гладил Сариш.
Его рука скользила вслед восхищенного взгляда, который рассматривал меня. Его пальцы руки прошлись по лбу, очертили брови и скулы. Большой палец прошёлся по моим губам, и их накрыл нежный поцелуй.
— Дар Бога. Прекрасно,— прошептал он в губы. Некоторое мгновение он смотрел на меня, затем поднял и унёс в купальню.
Всё также безмолвно он вымыл меня. Для чего слова, если есть глаза, которые с восторженным обожанием глядят на меня.
А руки с нежностью прикасаются ко мне, даря волнение и чувство чего–то волшебного.
Он улыбался, понимая, что доставляет мне массу удовольствия, и видел, что мне хотелось уже большего.
— Сариш…— но мой стон он погасил поцелуем.
Быстро поднял на руки и отнёс в спальню. Но продолжения не последовало. Меня быстро одели и также быстро понесли.
Моё тело горело от неудовлетворённого желания, что казалось, от меня останется один пепел. Вот как можно одними нежными прикосновениями довести до экстаза.
Вскоре мы очутились в пещере. Войдя в неё, увидела, что она заполнена причудливыми формами сталактитов, свисающими с потолка.
Вся пещера была наполнена изумрудным светом от озера, которое переливалось всеми оттенками. Вода была чистая и прозрачная, что на дне виднелись кораллы.
Моё лицо озарилось искренним восхищением, и я прошептала:
— Как красиво и таинственно.
Он крепче прижал меня и вошёл в воду. Подойдя к чаше, которая была тоже сделана природой и стояла на природном постаменте из сталагмита, в которой была такая же чистейшая вода, он сказал:
— Это наш родовой алтарь. Ты готова пройти обряд? Со мной!
Он смотрел на меня с ожиданием и волнением, заглядывая в мои глаза.
— Хорошо, — проведя рукой по его скулам, ответила на его вопрос.
— Надеюсь, Бог Фирон благословит наш союз,— нежно поцеловав меня, продолжил он.
' Конечно, благословит. Только куда–то он исчез и не появляется. Что у него за дела вдруг появились?'— подумала я.
Опустив руки в чашу, Сариш стал напевно говорить слова, и вскоре наши руки окутала голубая дымка, и у меня появился пятый цветок, а руку Сариша обвила лиана.' Появилась вязь истинности,' — язва подала голос.
Он некоторое время смотрел на свой рисунок, а потом его лицо озарила радостная улыбка.
— У тебя, выходит, все истинные?!— подняв мой подбородок, заглянул в глаза.
— Какой ты догадливый,— рассмеялась в ответ.
Как ему удаётся держать меня на одной руке, а второй притянуть мою голову к своим губам? «Мммм…» — как сладко и волнительно.
«Тебя мужья потеряли. Имей совесть…» — язва умеет опустить с небес на землю.
— Нам надо вернуться. А то мужья начнут поиски. Сразу и познакомишься со всеми с ними. Правда, один куда–то запропастился. Но он появится попозже,— разрывая поцелуй, улыбнулась.
Его глаза уже затянулись поволокой желания, и ему пришлось немного прийти в себя.
— Надеюсь, мы обряд весь сделали? Нам не надо здесь подтверждать единение? — запоздало спросила его.
— Нет. Единение мы продолжим позже,— улыбнулся он, догадываясь о моём страхе.
17
Переместившись во дворец, мы вовремя остановили поиск. Я почувствовала угрызение совести, что опять причинила волнение своим мужьям. Опустив глаза, виновато вздохнула.