Чтение онлайн

– А ты, что ко мне чувствуешь?
– Спрашиваю я, пытаясь перевести стрелку на него.

В отличие от меня, Тим не смущаясь, смотрит мне в глаза и совершенно открыто говорит:

– Я тебя люблю.
– И ждет моей реакции.

А я не знаю, что могу ответить на его слова. Я чувствую, как во мне разливается тепло от его слов. Я чувствую, как во мне зарождаются какие-то новые, совершенно не знакомые мне ощущения. Я не знаю как, но я осмеливаюсь приблизить к нему свою руку и провести пальцами по его губам. Он не отстранился, а наоборот приблизился ко мне, и снова меня целует.

На этот раз, я ожидала, этого поцелуя. Он был долгим и нежным. Я совершенно забылась и все мои мысли и проблемы вылетели из моей головы. Я чувствовала лишь его мягкие губы, а все остальное рассыпалось на мелкие кусочки. Когда Тим отходит от меня, я не сразу обретаю себя снова. Мир понемногу начал проявляться. Сначала его глаза и улыбка, затем весь его силуэт полностью, после трава, земля и небо, окружающее нас, а уж потом я заметила уставившихся на нас трех девушек. Они не сводили с нас глаз.

Я засмущалась, зная, какие мысли сейчас у них в голове. Я помню, что ощутила, впервые увидев целующуюся пару в парке, после чего Тим поцеловал меня в первый раз.

Он заметил мое смущение и подошел поближе к девушкам, которые до сих пор неподвижно стояли с надкусанными бутербродами в руках. Он попробовал объяснить, что это совершенно нормально целовать того, кого любишь. И любить - это абсолютно естественно. Конечно же, они не поняли ни слова, сказанное им. А я поняла.

Я поняла, что хочу целовать его снова, что хочу любить его всем сердцем, как маму, или Су, или даже больше. Все эти чувства не умещались во мне. И моя голова кружилась от их избытка. Я перестала считать дни, проведенные вне города, для меня эти дни стали целой жизнью. Я умею чувствовать, и это меня так радует, что я смеюсь во весь голос. Тим подхватывает мое настроение и смеется вместе со мной. А только проснувшиеся девушки, наверняка считают, что им сниться очень странный сон. И скорее всего тайком щипают свои руки, чтобы поскорее проснуться в своей комнате, чтобы продолжить жить своей привычной жизнью. Тим, снова подходит ко мне, оставляя девушек наедине с их мыслями, и обнимает меня обеими руками за талию. Жест получается настолько естественным, как будто мы всю жизнь только и занимались тем, что обнимаемся и целуем друг друга. Мне так хорошо и уютно, что не хочется пускать в голову разные мысли, но я заставляю себя думать и от осознания, что мне придется разрушить это прекрасное мгновение, становится кисло на языке.

– Тим, - нарушаю я наше единение, серьезным голосом и взглядом. Тим все понимает, и тоже меняется в лице, он знает, что нужно двигаться дальше, что мы не можем заставить время застыть на месте. Но мы можем сохранить в памяти этот чудесный момент.

– Тим, - снова повторяю я, не смея продолжить дальше свою мысль.

– Я все понимаю, - говорит он, - нужно идти.

Я делаю глубокий вдох и выдох и говорю:

– Нет, ты не все понимаешь, - смотрю в его печальные глаза, - мы не сможем продолжить путь вместе, здесь, наши пути должны разойтись, - я еле выдавливаю из себя эти слова. От того, что я произнесла их вслух они стали реальными, а не просто незавершенные мысли. Теперь мысли выразились словами и обязаны перейти в действия.

– Тебе нужно отвести девушек в Коммуну, а мне, необходимо добраться до Нового города, чтобы, собрать больше информации, об Основном городе.

Тим, грустно вздыхает, но молчит, понимая, что он не может дальше следовать со мной. И он боится того, что и я. Этот момент может стать Последним. Нашим. Совместным. Мы можем больше не увидеть друг друга.

– Пообещай мне, - говорю я, понимая, что требуя слишком много, но не могу себя остановить, - пообещай, что мы еще встретимся, что ты найдешь меня.
– Говорю, а сердце щемит, и слезы льются по моим щекам.

– Обещаю!
– Отвечает он и целует мои соленые от слез глаза.

Я, снова ухожу одна, стараюсь не оборачиваться, но все же один раз, я посмотрела в след удаляющимся четырем фигурам. Тим, держится немного впереди, девушки идут следом. Он не смотрел мне в след. Или смотрел, когда я не видела. Мне хочется думать, что он проводил меня взглядом. Мне хочется верить его обещанию, снова встретиться. Я держу примерный курс на Новый город. Предположительно, он находиться недалеко от Основного. Я стараюсь идти ближе к растительности, чтобы не привлекать лишнего внимания. Я не имею понятия, кого могу встретить на пути. Может это будет другое поселение, чему я не буду теперь удивлена. А может это будет зверь, проходящий мимо, в поисках пищи.

У меня нет с собой никакого оружия. В нашем городе - оно под запретом. И даже служащие охраняющие город не имеют никакой защиты, кроме резиновых тяжеловесных дубин. В книгах, которые я находила в архивах библиотеки, на покрытых пылью и изъеденных во многих местах страницах, я читала, что «Люди до» изобрели оружие для защиты, а также для охоты на диких животных. Люди раньше питались настоящим мясом, для этого убивали животных, птиц и рыб. Сейчас мы используем в еде сублимированные, растительные продукты питания и я даже не представляю, как можно убить животное, для того, чтобы применить его в пищу. Хотя, думаю, я уже попробовала мясо в чистом его виде в Коммуне. Уверена, что там нет таких технологий как в Основном городе и такого масштабного блока для производства и переработки пищи, в каком работает моя мама. Наше Общество решило не повторять ошибок прошлого, отказываясь от оружия. Ведь все мы знаем, что оно в любом случае будет направлено на человека. Так было всегда. Войны, придумывали люди, они занимали все новые территории и ресурсы с помощью оружия и техники. Сильный - всегда оказывался прав. Искоренив это, наше Общество надеется не на силу оружия, а на светлый ум, прогресс. Но сейчас, вдали от города, я чувствую острую необходимость в оружие. Рядом со мной нет никого, кто бы смог меня защитить, а я не думаю, что смогу справиться с набросившимся на меня хищником, или людьми, которые увидят во мне врага. Я не отказалась бы даже от резиновой дубины, которую бессмысленно носит наша охрана, даже не умея применять ее в жизни. На уроках физической подготовки, мы лишь косвенно затронули эту тему. Нам на целый урок дали тяжелую палку в руки, и показали несколько защитных движений. Не уверена, что смогу их снова повторить, если выдастся такой случай. Поэтому и оружие бы мне не помогло в моем пути, оно бы лишь оттягивало мои руки, и усталость наступила бы быстрее.

Сейчас я стараюсь идти не слишком быстро, чтобы экономить силы, но и не плетусь вышагивая по незнакомой мне местности. Я размеренно двигаюсь вперед, иногда перебежками пересекаю открытое пространство, чтобы снова укрыть себя на ближайших заросших кустарниками территориях. Солнце печет, а последнюю воду я выпила еще у холма. Надеюсь, что Тим с девочками быстро доберется до Коммуны и они не испытают такой жажды, которую испытываю сейчас я. Несколько раз, мне все же удается отколупать кору от дерева, ободрав пальцы в кровь, чтобы слизнуть хоть пару капель выделенного растением сока. Все остальное время я стараюсь идти и не думать об усталости и жажде. Солнце вот-вот сядет и мне станет легче. Быть может, утренняя роса поможет мне дойти до цели, не упав без сознания посреди пустынной местности.

Когда становиться слишком темно, чтобы разобрать дорогу, я разрешаю себе прилечь и перевести дух, до первых утренних лучей. Мне абсолютно ничего не сниться, да и сном это не назовешь. Вздрагивать от каждого звука, шороха, что рисует мое воображение. А быть может, и нет. Главное, чтобы отдохнули мои мышцы, перенапряженные за целый день дороги. О настоящем, полноценном отдыхе я даже не мечтаю.

Мне повезло, и утренняя роса, действительно появляется на травинках и листиках, окружающих меня. Я стараюсь напиться ей и немного собрать с собой в дорогу. По пути пожевываю какую-то сладкую веточку, сорванную мной с растения. Пора идти дальше. По моим расчетам я должна буду добраться до Нового города сегодня, ближе к вечеру, если я не сбилась с курса, и если расчет оказался, в принципе верным, и я не иду совершенно в противоположную сторону от города.

В голову приходит образ Су, когда я начинаю паниковать из-за возможно неверного направления. Ведь она шла, брошенная всеми, изгнанная городом в совершенно незнакомом ей месте. Она следовала за сказкой, рассказанной о Коммуне, маленькой девочкой с ее практики. Шла, надеясь, что это правда. Сколько сомнений успело прийти ей в голову, перед тем как она увидела стену на горизонте. У нее не было выбора. Или идти вперед, или остаться на месте и умереть от голода и жажды. Можно было еще стоять у купола в надежде на прощение, но мне кажется - это самый безнадежный вариант. У меня хотя бы есть надежда на то, что не найдя Новый город я смогу найти силы вернуться назад к Тиму. У Су, не было возможности вернуться, и она шла за мечтой. При ее физических данных, один день пути для нее - равен мои двум. Я стараюсь себя настроить на то, что если уж Су смогла, то я обязана дойти до конца.

Второй день идти намного сложнее, чем первый. Мышцы ноют, от перенапряжения и каждый шаг дается через силу. Пару раз я таилась на долгое время к кустах, не смея шевельнуться. Как мне показалось, неподалеку кто-то следовал за мной след в след. Оборачиваясь, и никого не замечая на горизонте, я списывала все на развившуюся паранойю, но когда не могла больше справляться с ней усилиями воли, я пряталась и ждала, когда отхлынет волна тревоги, чтобы двигаться дальше.

В момент, когда солнце стало опускаться все ниже, мне померещилась переливающаяся радугой дымка, как облако, преградившее мне дорогу. Я сделала шаг вперед, чтобы переступить через видение и наткнулась на преграду. С виду не примечательный ни чем, кроме бликов солнца на поверхности, передо мной был купол, защищающий Город от внешних угроз. Я надеюсь, что это не Основной город, ведь чтобы переступить через его черту, мне понадобиться еще четыре девушки рядом. Новый город открывает свои двери для любого, желающего проникнуть внутрь. По крайней мере, так нас учили на уроках. Когда проектировали и сооружали новый купол с помощью световых отражателей воздвигнутых по периметру, подразумевалась защита от губительной окружающей среды и зверей, но не от человека. Мужчин выводили из Основного города с помощью отпечатков женских ладоней, спроецированных им на руки. После того как это удалось сделать, Совет пяти изымал проекцию и не давал шанса на возврат в город ни кому из мужчин. И они шли, в новую жизнь, в сооруженный для них Новый город, чтобы строить там свои законы и порядки, не претендуя на власть Совета пяти.