Чтение онлайн

– Да, да, это наш сын. Спасибо Богу. Это мы его воспитали.

Ну и слава Богу. Побольше бы таких сыновей!

Отец Арчил в детстве был очень впечатлительным ребенком, застенчивым и немного ленивым. Когда ему было 12 лет, отец приказал копать огород. Нехотя взяв в руки лопату, мальчик побрел к грядкам, понурив голову. Отец смотрит, что маленький Арчил стоит, руки воздеты вверх, и что-то лопочет, лопата лежит на земле. В это время пошел дождик. Оказывается, сын не посмел ослушаться отца, но начал молиться вслух: «Господи, пошли мне дождик, пожалуйста, а то копать не хочу. Господи, дай мне дождик». И действительно, пошел дождь, и довольный Арчил побежал играть в футбол.

Как-то летом ехали владыка Вахтанг и владыка Афанасий в гости в Кахетию. Там уже ждут, трапезу готовят, кахетинское вино. Из-за поворота вдруг появилось стадо осликов, в Кахетии их любят. Медленно притормаживая, машина подъехала близко к стаду. Там были и другие машины, но как только легковушка владыки Афанасия остановилась у одного вислоухого осла, тот как заревет! И все ослы, внезапно, в один голос начали реветь что было сил!

«Видать, тебя встречают, владыка Афанасий, ведь это твоя епархия!»

Все дружно рассмеялись.

Игумен Фока вспомнил один случай. В Бакуриани, в церкви святого Георгия, что на кладбище, на литургии, во время пения «Херувимской», когда отец Фока поднял руки и начал молиться: «Иже Херувимы…», ящерица на подоконнике повернулась хвостом к отцу Фоке, а мордочкой к открытому окну на востоке и, подняв передние лапки, смотрела на небо. Отец Фока молился с воздетыми руками, и ящерица также «молилась» с поднятыми лапками. Когда отец Фока закончил молитву, ящерица так же быстро исчезла через единственное окно алтаря, как и появилась. Это видели все в алтаре. «Всякое дыхание да хвалит Господа!»

Во двор Зеленого монастыря в Боржоми зашли дети – шестилетний мальчик и два его четырехлетних приятеля. Старший, по-детски размахивая руками, гордо и громко объяснял:

– Вот здесь раньше убили монахов, и их кровь до сих пор остается на камнях в этой речке.

Видимо, его маленьким друзьям это не очень понравилось, они испуганно смотрели на старшего друга и готовы были вот-вот заплакать. Когда подошли поближе к речке, увидели сидевшего на берегу отца Пантелеимона, он улыбался им.

– Вот, – крикнул осведомленный мальчик, – их не убили! Вот они, живые, тут, оказывается.

Довольные, что монахи оказались живыми, да еще и улыбающимися, дети радостно побежали к родителям.

Отец Игнатий из Алма-Аты рассказал мне случай, который произошел с его другом, отцом Филаретом из поселка Бурундай. Вечером во время молитвы в церкви был полиелей, то есть отец Филарет совершал помазание маслом на челе. И вот подошла молодая, хорошо одетая русская женщина. Видно было, что она впервые на молитве, не знает, как себя вести. Она встала в очередь на помазание. Батюшка Филарет помазал ее маслом. Когда девушка отошла, отец Филарет мягко спросил:

– А руку целовать?

Она, немного стесняясь, опустив глаза, поднесла свою руку отцу Филарету для целования.

Она думала, что батюшка должен был целовать после помазания именно ее руку, как принято в миру.

Вона как!

Когда Гела – будущий отец Виталий – учился в школе, у него был день рождения. Кстати, монашеское имя я дал ему в честь архимандрита Виталия (Сидоренко) [76] .

Поскольку семья Гелы была бедной, он не мог справить день рождения дома и позвать одноклассников. И вот утром, на первом уроке, классная руководительница говорит всему классу:

– Дорогие дети, у кого сегодня день рождения?

«Ой, – подумал маленький Гела, – как они узнали? Что делать? Я же не могу позвать их домой, у мамы нет денег». А учительница опять:

– Ну, дети, что же вы молчите?

Маленький Гела робко поднял руку.

– Да, Гела, отвечай, – обрадовалась учительница.

– Сегодня мой день рождения, учительница.

– Ах ты, негодник, – закричала учительница, – что это ты выдумываешь? Сегодня, дети, великий день – день рождения дорогого Леонида Ильича Брежнева! – громогласно заявила классная руководительница.

Обрадовался маленький Гела: «Как хорошо, а я-то думал, что учительница хочет прийти ко мне домой».

Когда я был в числе мирян, шедших крестным ходом по стопам святой Нины по дорогам Грузии, мы вошли в поселок Тетрицкаро. Там была русская церковь. Обрадованные, мы начали готовиться к молебну. Вдруг вижу, на амвон зашел старичок и начал зажигать лампадки перед иконами. Я сразу возмутился – что это такое? Ведь там должен стоять только священник. Подошел к старику и говорю:

– Извините, но сюда посторонним лицам подниматься нельзя.

Старичок (ему было лет восемьдесят) улыбнулся и сказал:

– Сыночек, я здесь уже лет сорок пономарь.

Я не знал, куда деться от стыда. Господи, помяни этого пономаря, Ты же знаешь имя его, Господи.

Мой любимый Патриарх Илия II как-то вспомнил интересный случай, произошедший с его отцом Георгием Шиолашвили. Это случилось до рождения Патриарха. Отец и дед Святейшего переправляли коней в горах. Неожиданно на них напали чеченцы, отняли коней и насильно увели обоих в лес, угрожая оружием. Привели их к вырытой яме, там уже лежали убитые. Поняв, что смерть смотрит им в глаза, Георгий попробовал смягчить чеченцев, уговорить оставить их в живых.

– Мы из рода Шиолашвили, мы люди богатые и принесем вам выкуп, – начал упрашивать Георгий.

Чеченцы начали спорить между собой, отпустить или нет этих грузин. Георгий знал чеченский язык и все понимал.

– Хорошо, – сказал главный из них, – только поедешь к своим не ты, а этот, – и показал на стоящего рядом деда. – Он старший – пусть едет.

Георгий остался один с чеченцами, а дед уехал. Ночью один из чеченцев разбудил Георгия, развязал ему руки, надел на него черную бурку и посадил на своего коня. Всю ночь, не отдыхая, не проронив ни слова, скакали они, чеченец и Георгий, на одном коне. На рассвете они добрались до какой-то сельской железнодорожной станции.

– Вот железная дорога, ступай, ты свободен, – резко нарушил молчание чеченец.

– Скажи хоть, как твое имя, – взмолился благодарный Георгий. Чеченец, сурово посмотрев на Георгия, отрицательно покачал головой, показал пальцем на небо, громко ответил:

– Аллах знает, – и ускакал прочь.

Долго смотрел Георгий вслед своему спасителю, благодаря его и святого Георгия.

Если бы не этот поступок, не родился бы наш Патриарх. Спасибо, Господи! Жаль, что не знаю имени этого чеченца и его потомков, я лично поехал бы в Чечню, к ним в гости. Пусть знают, что я их благодарю.