Чтение онлайн

Лет сорок назад всеобщий интерес вызвало сенсационное сообщение из Туркмении: в песках под Ташаузом геологи нашли пятилетнего мальчика, жившего среди волков. Найденыша определили в республиканскую психиатрическую больницу.

Откуда только не приезжали тогда в Ашхабад посмотреть на диковинного ребенка! А он вел себя, как настоящий волчонок: ел сырое мясо, лакал молоко, стоя на четвереньках, а по ночам жалобно выл. Персонал больницы жалел и баловал мальчика: кто гостинец принесет, кто - одежду своих подросших сыновей. На субботу и воскресенье его забирала домой одна сердобольная пожилая женщина.

Под наблюдением медиков Джума - так назвали мальчика - научился ходить вертикально, постепенно исчезли мозоли на коленях и ладонях. Наконец он заговорил, стал учиться читать и писать. И все же судьба его оказалась печальной. Добрая старушка умерла, родственники так и не нашлись, интерес ученых постепенно угас...

"К шестнадцати годам Джума еще не мог существовать без посторонней помощи, - рассказывал наблюдавший его в те годы кандидат медицинских наук Ата

Овезов.
– Развитие шло не так быстро, как хотелось бы. Думаю, одной из главных причин стал так называемый госпитализм - это когда долгое Пребывание в лечебном учреждении не улучшает состояния больного".

Долгие годы психбольница оставалась для него "родным домом". В 1990 году Джуме исполнилось 35 лет. О его житье-бытье тогда писали следующее: "Он по-прежнему живет в той же больнице, где, сочувствуя горькой судьбе, ему выделили закуток. Охотно помогает слесарям в котельной, может починить электророзетку, читает журналы, играет в шахматы и даже обыгрывает гостей, навещающих родственников в больнице. Но лишь однажды уДжумы была возможность увидеть мир за больничной оградой. Водитель такси, выписавшись после лечения, несколько раз брал его с собой- катал на машине и показывал город. Джума бережно хранит фотокарточку, где он сфотографирован со своим другом".

В сентябре 1985 года, как сообщало агентство Франс Пресс, в глухих джунглях Уганды солдаты наткнулись на темнокожего мальчика, которого доставили в детдом - в государственный детский приют Кампалы - и дали имя Роберт. По заключению врачей, мальчик прожил в джунглях по крайней мере несколько лет. Его возраст можно определить лишь приблизительно: 4 - 7 лет. Ребенок, по-видимому, находился на попечении обезьян-бабуинов. Когда его обнаружили, он передвигался на четвереньках. Ходить, стоять прямо или сидеть для него затруднительно, самое удобное для него положение - на согнутых ногах, Роберт срывает с себя одежду, издает плачущие звуки, не реагирует на обслуживающий персонал и других воспитанников детского дома. Ест только сырые овощи и фрукты, жует траву, ветки. Врачи затрудняются сказать, сможет ли он привыкнуть к жизни среди людей.

OHM РЕШЛЛп ЖНТЬ ВНЕ ОБЩЕСТВА

Причины, которые вынуждают людей жить вне общества, могут быть самыми разными. Пожалуй, наиболее часто невольными отшельниками становятся те, кто опасается властей. Вот тому два относительно свежих примера. Героем первой истории оказался англичанин Норман Грин.

"Обычные зрелища... уже не волнуют публику. Она желает видеть что-нибудь сенсационное и зловещее, и Норман Грин для этого прекрасно подходит. Он - самое удивительное зрелище на земле". Эти слова, которые вполне можно было бы услышать на одном из цирковых представлений Финеаса Барнума примерно век назад, произнес Бернард Вули, агент по 'устроительству аттракционов, в субботу 17 июля 1982 года на ярмарке в Престоне (графство Ланкашир, Англия). Именно такими речами мистеру Вули удавалось привлекать желающих потратить свои 25 пенни за право посмотреть на внешне обычного человека, сидящего на диване. Но в то время весь мир только что узнал о нем, Нормане Грине, названном "человек-крот".

У Нормана было шесть сыновей, и его явление публике началось сразу же в тот день, когда он покинул место, в котором провел восемь лет своей жизни, - дыру диаметром 53 сантиметра, которая была проделана в полу нижнего этажа его дома в Вигане. Там в полном - за исключением его жены Полины - неведении о его пребывании с ними жила вся его семья. Выбравшись на карачках и замигав от яркого света, этот человек предстал в очень странном виде: его борода из спутанных волос достигала шестидесяти сантиметров в длину. Он явился из своей ДЫРЫ на дневной свет впервые за восемь лет пребывания в ней. Х Норман в сбои 43 года был коммивояжером, когда'

429

незадолго до Рождества 1974 года ввязался в одно дело, которое полиция расценила как очень серьезное преступление. (Когда он наконец оказался перед судом после своего добровольного заточения, все обвинения против него были сняты.) Заручившись помощью своей жены, которая объяснила друзьям и сосе- ' дям, что он бросил ее одну с детьми, Норман решил, что единственное, что ему оставалось, - это засесть в крошечном углу под гостиной их дома. Над его убежищем был поставлен диван.

По ночам Норман получал еду и питье от жены и иногда выходил из своего полуподвала в комнату. Но днем он всегда оставался в укрытии. Полина Грин позже рассказывала: "Самое ужасное было, когда к нам приходили друзья и родственники. Я постоянно оолтала и смеялась, всегда помня, что они сидят прямо у Нормана над головой.

Требовалось уничтожить все сомнения в том, что Норман остался в доме, и я раздарила его одежду. Он мог выходить наружу лишь по ночам, когда дети спали и не было гостей, и надевал для этого мое платье. Самым тяжелым моментом было, когда один из наших сыновей сказал: "Папа когда-нибудь вернется на хорошем автомобиле с кучей денег".

Я ненавидела жизнь, при которой приходилось постоянно врать. Для внешнего мира я была свободной, разведенной женщиной. Но каждый раз, когда я возвращалась домой, то знала, что возвращаюсь к обману. Мне хотелось только одного - быть как все другие жены и матери. Я хотела гулять с мужем и детьми в парке. Я завидовала другим, женам и вынесла все это только потому, что ужасно люблю Нормана. Я сделала это ради него одного".

Поход в магазин превращался для Полины в настоящее мучение, так как она была вынуждена следить, чтобы не купить еды больше, чем положено, и не вызывать подозрений. Соседи ей сочувствовали и, думая,

что Норман действительно бросил семью, собирали для нее деньги и одежду. С течением времени Норман превратился в далекое воспоминание, и никто даже в самом страшном сне не мог вообразить, что он по-прежнему жив и всегда находится рядом. Норману удалось исчезнуть так хорошо и он настолько свыкся со своей ролью "человека-крота", что казалось, его уже никто никогда не найдет.

Однако он не учел детской любознательности маленького Кристиана Коутса, соседского мальчика трех лет. Как-то, играя с друзьями, Кристиан забрел через открытую дверь в дом Гринов и явился в гостиную. Здесь испуганный малыш увидел, как сам по себе задвигался ковер на полу. Затем половицы под диваном таинственным образом заскрипели. И вдруг из подпола возникала странная волосатая фигура. Норман был удивлен не меньше маленького Кристиана, который тут же с ревом убежал. Такова была единственная ошибка "человека-крота", приведшая к его разоблачению.

Однако еще три года его убежище оставалось необнаруженным, потому что никто не верил рассказам малыша, упрямо повторявшего: "Я вошел в комнату и увидел, как двигается мебель. А потом я увидел, как из подпола вышел странный человек. У него были длинные волосы и борода. Он был ужасен".

Родители Кристиана в конце концов решили проверить, что за чудеса творятся в соседнем доме. Вот что рассказывает его отец: "Мы начали замечать разные странности, которые наводили на мысль о том, что Норман действительно по-прежнему живет в своем доме. Полина ходила в лавку за сигаретами, хота сама не курила. Также она иногда покупала пиво и Делала ставки на ипподроме (хотя это и невероятно, но Норман сохранил свой интерес к лошадиным бегам и следил за их ходом по газетам, которые покупала ^на). По ночам я раздумывал, стоит ли сообщать об