Чтение онлайн

– Можешь идти, – прошипел Каидзюу, не сводя взгляда с Кэраи, и когда тот, пройдя мимо него, направился обратно, к колдунье Акаи, с умилением вдохнул запах человека, от чего его глаза стали оранжевыми.

Когда же Кэраи покинув скалы, вышел в Жёлтую Долину, монстр Каидзюу крикнул ему вслед:

– Передай своей госпоже, что я буду у неё сегодня вечером.

Обернувшись и увидев оранжевые глаза монстра Каидзюу, Кэраи с испугу сумел только весьма быстро и молча, кивнуть ему в ответ, после чего почти бегом, не останавливаясь и не оборачиваясь, скрылся за ближайшими кустарниками.

Вернувшись, домой, после неудачного визита в Жёлтую Долину, демон Дааку первым делом, направился в свою библиотеку, где углубившись в самое тщательное изучение старинных магических книг, провёл весь оставшийся день в отчаянных, бесчисленных и, увы, бесплодных для себя попытках, сбросить чары колдуньи Акаи, с одной единственной целью, вернуть себе прежний облик.

И в наступивший вечер того же дня, сколь разными заклинаниями демон Дааку ни пользовался в течение всего дня, и какие бы волшебные настои ни принимал, ничего не помогало ему хотя бы частично видоизмениться. Он был уже согласен принять любой другой облик, вместо своего, пусть даже человеческий, любого возраста, и даже пола, лишь бы сбросить с себя ненавистную обезьянью шкуру.

Он даже попытался превратиться в какого-нибудь другого зверя, полагая, через новое обличие вернуть себе прежний вид, испробовав для этого разнообразные заклинания, чтобы стать пятнистым оленем, лисицей, медведем, кабаном, а также каким-либо другим зверем, невиданным в этих краях и пусть плохо известным ему, как например, сделал несколько попыток воплотиться сначала в слона, затем попробовал принять облик льва.

Как и прежде, все его старания были напрасны, более того ему и на мгновение не удалось изменить свою новую внешность, насколько было сильным заклятье колдуньи Акаи.

Ему даже пришлось прогнать с глаз долой верного своего слугу великана Оокина, поскольку тот мешал демону Дааку сосредоточиться на колдовстве. И дело было тут вовсе не в его близком присутствии, а в том, что он утомлял слух и сознание демона Дааку, своими громкими вздохами, дополнявшимися иногда ещё и оглушительными стонами, как сильно переживал преданный великан за своего господина.

Оставшись один на один со своей проблемой, демон Дааку так до самого полуночного часа и не сумевший вернуть себе прежний облик, отправился спать, чувствуя угнетающую тяжесть не только во всём своём измученном теле, но и в голове.

А что касается великана Оокина, то сразу же после того как его прогнали из библиотеки, он вышел из дворца Туюсимбу и глухо рыча с досады за своего господина, отправился бесцельно бродить по Чёрному лесу, оставшись там до рассвета следующего дня.

Только после наступления долгожданного утра, великан Оокина вернулся к дворцу своего господина, где опустившись на землю возле самых парадных дверей, стал, мучительно глядя по сторонам, ожидать момента, когда демон Дааку, соизволит пригласить его к себе, естественно надеясь на то, что тот уже будет в своём первозданном обличье.

В этом ожидании, невзирая на мучивший его голод, великан Оокина пробыл почти весь день и только к позднему вечеру, когда солнце зашло за вершины чёрных деревьев и на небе стали появляться первые звёзды, смог взглянуть на своего господина, который к великому его разочарованию, оставался по-прежнему в облике обезьяны.

– Завтра утром, ты отправишься к колдуну Доубуцу и попросишь у него волшебный эликсир модосу, – тяжело выговаривая слова, и не глядя на своего верного слугу, произнёс демон Дааку, после того как великан Оокина увидев его, выходящим из дворца, подошёл к нему.

– Я могу отправиться к нему прямо сейчас, мой господин! – пробасил великан Оокина, почтительно склонившись перед демоном Дааку.

– Сейчас уже поздно, дело идёт к ночи, и я совсем не хочу, чтобы ты разгневал колдуна Доубуцу, своим поздним визитом.

– Разве об этом стоит беспокоиться, господин?

– Ночь не самое подходящее время для визитов!

– Но ваше дело не требует отлагательств!

– Мы совсем не знаем колдуна Доубуцу и поэтому необходимо быть осторожным в обращении с ним.

– Если он вдруг вздумает на меня сердиться, я не стану с ним церемониться и приволоку его сюда насильно, чтобы затем презренно бросить к вашим ногам!

– Я запрещаю тебе любое применение силы по отношению к колдуну Доубуцу! Мне нужна его добрая воля, иначе он откажется помочь, а без его волшебного эликсира модосу, освободиться от заклинания колдуньи Акаи я думаю не смогу, во всяком случае, в ближайшее время.

– Он могущественней, чем колдунья Акаи?

– Не думаю, но здесь есть одно весомое обстоятельство, благодаря которому я смею надеяться, что его колдовская сила мне поможет вернуть свой прежний облик. Он, как-никак повелитель зверей и птиц, а стало быть, в той части магии, к которой прибегла Акаи, заколдовав меня, должен непременно иметь больше колдовской силы, нежели старая колдунья.

– Теперь я всё понимаю и выполню ваше поручение как можно деликатнее, господин, – сказал великан Оокина, низко поклонившись демону Дааку.

– Вот сейчас ты правильно думаешь, и запомни: при должном подходе этот колдун сам тебе даст всё что нужно, лишь бы в очередной раз показать себя, этому миру, какой он добрый. Когда начнёшь просить у него эликсир, можешь говорить ему что угодно, но только не упоминай про меня, иначе Доубуцу тебе откажет, поскольку я думаю, моё имя он знает.

– А если ему известно, что я служу вам?

– Такой момент я, конечно, допускаю, но только ты не единственный великан на всё белом свете, а потому тебе всего то и надо, назваться иным именем, ведь раньше ты с Доубуцу никогда не виделся.

– Вы как всегда правы, мой господин, – произнёс великан Оокина, снова склоняя голову перед демоном Дааку.

После возвращения колдуна Цуметаи, Такехико и Сузуме были приглашены к нему в его тронный зал, где он в присутствии своего сына Юки, рассказал им все, что только было возможно рассказать, не нарушив строжайшего табу колдовского проклятья колдуна Идзивару.

Глубоко поблагодарив колдуна Цуметаи за всё, что он для них сделал, Такехико и Сузуме в сопровождении Юки, который с разрешения отца, решил их немного проводить, покинули дворец хранителя Холодных гор.

– Примите от меня небольшой подарок, – сказал Юки, протянув Такехико маленькую дудочку, когда они спустились с вершины, на которой стоял дворец колдуна Цуметаи.

– Это чтобы нам в дороге не было скучно? – спросил Сузуме.

– Нет, – ответил Юки, – у этой дудочки особое предназначение, потому что она волшебная.