Чтение онлайн

– Вот оно что!
– рассмеялся Шеллар.
– А я еще потешался над рассказами о том, что по дворцу разгуливает ваш призрак и пристает ко всем с расспросами, где его голова! Бедный мой кузен говорил мне истинную правду, а я ему меньше пить посоветовал, в чем теперь раскаиваюсь. Вы бы меня спросили, если уж вам действительно так важно было найти голову.

– Я пробовал, - развел руками господин Хаббард.
– Вы меня решительно не слышали. Это один из недостатков моего нынешнего состояния. Нас не все слышат, и почти никто не видит. А являться надо как-то уметь. Я не умею. Так куда же вы мою голову дели?

– Я вашу голову вообще не трогал. Флавиус отнес ее в камеру графине Монкар, наивно полагая, что упомянутую даму хоть немного расстроит наглядное доказательство вашей смерти. А вот куда она делась потом...

– Это-то я знаю... Я слышал ваш разговор с кузеном, когда вы ему рассказывали, как Алиса обошлась с моей головой. Стерва! Сто раз вы были правы, когда не советовали с ней связываться... Мне хотелось бы знать, куда ее дели потом, мою голову?

– Боюсь, я это вряд ли смогу выяснить, - развел руками король.
– Мне уже не доведется общаться с людьми. А вам не нравится быть призраком?

Покойный юрист пожал плечами.

– Не знаю. Приятного мало, но в противном случае опять налетят эти морды в капюшонах и начнут меня делить...

– А вы тоже прокляты? Впрочем, чему я удивляюсь, вас, наверное, каждый отбор кто-то проклинал. И что, их много, этих морд?

– Десятка два. Так что, может, призраком быть и лучше. А то еще, может статься, если меня отпоют по-христиански, за мной что-нибудь похуже явится, и потащит в наш христианский ад, а там, уверяю вас, приятного мало. Я, правда, сам не видел, но проверять достоверность нашей мифологии у меня нет никакого желания. Лучше уж так... Скучно, правда, но спокойно. А теперь еще спокойнее будет. Раньше мне все время было ужасно досадно видеть, что вы счастливы и довольны жизнью, разделавшись со мной. А теперь полюбуюсь, как вы умрете, и мне будет легче.

– Ну, любуйтесь, - чуть усмехнулся король.
– Если вам от этого действительно станет легче. Мэтр сказал, что я буду умирать долго и мучительно, так что вы должны быть просто в восторге.

– Что-то вы действительно слишком жизнерадостны для умирающего, заметил господин Хаббард.
– Вам что, ни капельки не обидно, или это ваше пресловутое самообладание?

– Не то, чтобы совсем не обидно... Но я все же победил, поэтому у меня такое хорошее настроение.

– Странные у вас представления о победе. Вы умираете, в чем же ваша победа?

– А Кира жива, - серьезно ответил король, не очень, впрочем, надеясь, что его поймут.

– Ах, вот в чем дело... Все-таки женщины - ваше самое слабое место. Впрочем, вам повезло больше чем мне. Ваша вдова оплакивает вас совершенно искренне, и уж ни в коем разе не будет пинать ногами вашу голову.

– Господин Хаббард, - сказал Шеллар, уходя от неприятной темы о плачущих вдовах.
– А другие призраки здесь есть?

– А что, - усмехнулся бывший глава Комиссии, - Я вам уже надоел?

– У нас впереди вечность, и надоесть вы мне еще успеете. Собственно, вы ведь сами знаете, что надоели мне еще при жизни, и не просто надоели, а остопаскудели, извините за выражение, и общаюсь я с вами только из любопытства - насколько вы изменились после смерти. А насчет призраков - мне просто интересно. Их должно быть множество в этом дворце, как мне кажется.

– Вечность, говорите? Вы что, тоже собираетесь стать призраком? И как вы думаете, это у вас получится? Вас ведь похоронят по всем правилам, пышно и по королевски, так что шансов остаться у вас не будет.

– А от этого что-то зависит?

– Разумеется, зависит.

– Я подумаю над этим. Но все-таки, как насчет других призраков? Если у меня так мало времени, я тем более хотел бы с ними успеть познакомиться.

– Есть здесь другие призраки, - как-то печально сообщил господин Хаббард, - только они решительно не желают со мной общаться. Видимо, они ваши предки, и в обиде на меня за то, что я хотел утащить у вас корону. И к слову о короне, ловко же вы меня провели! Кто бы мог подумать! Милый симпатяга Жак, который боится крови, оказывается, одержимый! А убийца-мистралиец, который валял передо мной дурачка, был просто отвлекающим фактором! Как я и предполагал, ваша клятва была потрясающе обтекаемой. Никто не обещал, что мы дойдем до кабинета. Равно как и никто не обещал, что мы оттуда выйдем, если все же войдем. Об этом варианте я узнал позже, когда уже был призраком. Я пришел в вашу комнату, чтобы хоть полюбоваться на ваши страдания, раз уж отомстить не получалось, и слышал, как вы рассказывали все вашему придворному магу.

– Да вы поистине находка для шпиона, господин Хаббард!
– нахмурился король.
– Надо с вами что-то делать. А то ведь научитесь являться, не приведите боги, познакомитесь с каким-нибудь шпионом, и будете ему информацию поставлять. В качестве маленькой мести.

– Хорошая мысль, - засмеялся юрист.
– Только это скорее от скуки, чем в качестве мести. Еще один из недостатков моего нынешнего состояния - это то, что мне ничего не нужно. А месть... от нее тоже никакой практической пользы. Может, ваши китайцы что-то в этом находят, но я этого не понимаю.

– Что ж, приятно было побеседовать, господин Хаббард. А где, если не секрет, тусуются эти призраки, которые не желают с вами общаться?

– Да нигде, просто болтаются по дворцу, как и я. Слово-то какое тусуются! От Ольги нахватались?

– Разумеется, - улыбнулся король.
– И за что вы ее так не любили? Очень, очень славная девушка. До свидания, может, еще увидимся.

Он поднялся с кресла, подумывая, куда бы еще сходить, но вдруг неведомая сила рванула его вверх, в глазах потемнело и стало больно. Очень больно.

– Начинается, - сказал где-то рядом голос придворного мистика.
– Ваше величество, вам лучше тоже уйти. Это... не слишком подходящее зрелище для женщины.

– Преподобный Чен, - отозвалась Кира - Я вам не Жак. Я была на войне, и видела зрелища похуже. Никуда я не уйду. Я буду с ним до конца. Пусть лучше мэтр Истран уйдет, у него сердце больное.

Шеллар хотел что-то сказать, просто чтобы попробовать, сможет ли он говорить, если понадобится, и понял, что его общение с миром живых отныне закончилось. Сведенные судорогой челюсти не разжимались, язык не ворочался, и единственные звуки, которые он смог издать, не тянули даже на крик. Получалось только невнятное мычание и хрипение.

Глава 2

Что мне снег, что мне зной,

Что мне дождик проливной,

Когда мои друзья со мной!

Детская песенка.

Увидев, что Эльвира рыдает, уткнувшись лицом в подушку, Пассионарио сразу понял, что ничего толкового из затеи Шеллара не вышло. Спорить с судьбой - что плевать против ветра. И теперь Эльвира оплакивает подругу, а сам он... Понятное дело, застрелиться ему теперь не дадут, но кто поручится за его рассудок... и вообще, как он будет жить дальше? Люди ломаются и не на таком... даже такие, как Шеллар.