Чтение онлайн

— Уже нет. Сначала кричала, била окно, но теперь успокоилась.

— Хорошо, я с ней поговорю…

— Привет, Найпа! Э-э… Ты чего надумала!?

Брата передёрнула от страха. Он увидел Найпу, обессилено сидящую на полу, с закрытыми глазами, и заточкой в руке. Девушка тяжело дышала… «Только этого ещё не хватало!»

— Помереть решила!? Порезать вены? Что, ума совсем не осталось?

Но всё было не настолько уж плохо. Нигде не видно следов крови, цвет лица — нормальный. Наследница подняла понурый взгляд и проговорила:

— Не кричи. Я не настолько тупая, чтоб резать вены. Я хотела сбежать отсюда, проковырять ставни… Но — безнадёжно. Сколько ни старалась.

Девушка красноречиво развела руками — «я по уши в болоте».

Назай молча сел рядом и пару минут оба молчали. В комнатке было светло и тепло, но всё равно неуютно — клетка она и есть клетка. «Да уж, весёленькое положение».

— Ты не должна отчаиваться, — наконец сказал Назай.

— Ты пришёл читать мне мораль? — Наследница улыбнулась, понимающе, но беззлобно.

— Ещё чего. Детям в твоём возрасте нельзя читать мораль. Послушаете и сделаете наоборот.

— Ты прав, — Найпа почесала затылок. — Но тогда зачем пришёл?

Братец пожал плечами. Ему было нечего скрывать.

— Просто поддержать. Чтоб тебе не было совсем уж тоскливо.

— Ну спасибо, — сказала, с улыбкой, Найпа. Ей стало легче…

А комнатка всё так же давила, опрятная и чистая, надёжная, но безнадёжно скучная. Как воплощение княжества Танналар и всей империи Кузуни. Как сам кузунийский Дух. И, словно жрец этого духа, рядом сидел Назай, такой же правильный и дисциплинированный, ценящий традиции и чистенький. Скучный и предсказуемый боевой сурок. Но он был родной, простой и понятный, а главное — всё понимающий. Потому имел право на существование.

— Знаешь, братец, а ведь я родилась не в свою эпоху.

— Хм? — на лице Назая уже отразилась кислая мина, он понял «началось».

Найпа мечтательно зажмурилась. Ей хотелось излить душу, хоть ненадолго забыть о жестокой реальности.

— Раньше у людей было больше свободы… Они не были заперты на маленьких клочках земли, могли путешествовать, плавать по морю…

Назай перебил сестру:

— Они точно так же работали, несли ответственность за себя и за свои семьи. Увы, жизнь — борьба. Ты когда нибудь это поймешь? Тяжелая, скучная, часто кровавая борьба. И смысл — выстоять в ней, а если и погибнуть — то с честью! Взрослеть пора.

— Не знаю, — девушка задумчиво разглядывала заточку. Голос звучал тихо, но отчётливо. — Вспомни пиратов. Благородных разбойников… — её глаза заблестели. — Всех этих самозванцев, романтиков… Они тоже боролись… Но как! Лихо, красиво! Смеялись в лицо Судьбе. Бросали вызов обществу. А мы… Мы не люди. Муравьи.

Брат покачал головой. Он понимал, что доказывать, что-либо бессмысленно, но смолчать не мог. Что-ж, таки придётся немного почитать мораль.

— Ты знаешь о пиратах из сладеньких обывательских книг, написанных людьми далёкими от понимания сути. Настоящие пираты убивали и грабили, топили торговые корабли вместе с командой — на корм морским змеям. Резали глотки — от уха до уха! А разбойники насиловали девушек и парней, похищали детей и продавали в рабство. Самозванцы толкали собственные народы на войну, предавали друзей и подсыпали яд правителям. Открой глаза — мир жесток! — Парень глянул на сестру исподлобья и легонько толкнул в плечо. — Проснись.

Найпа, впрочем, нашла что ответить:

— Это всё тени виноваты. Затмение убило радость жизни, отучило мечтать. Ты и сам всё понимаешь. Бесконечная война забирает у людей последние силы. Потому все закостенели, стали жестокими и скучными. Исчез интерес к жизни. Так же и с разбойниками. Нынче они отморозки, но так было не всегда…

— Так было всегда. Учи историю.

Но Найпа не унималась. Встала, её щёки порозовели, голос зазвенел. Девчушке нужно было «оттянуться», выговориться, сбросить накопившуюся тревогу и тоску. И вот — нашёлся слушатель.

— Не нужно мерить всех под одну гребёнку! — говорила Наследница. — Среди разбойников и пиратов встречались хорошие люди. Например Зелёная Борода. Он отпускал за бесплатно каждого, кто сумел его рассмешить. А кто не сумел, тех тоже отпускал — за выкуп. Так же и с авантюристами… Например, Белая Лиса? Она прикинулась аристократкой, пробилась в высший свет Ханаара, и очаровала их верховного жреца. И вышла за него замуж, и отговорила начинать войну с кузуни! Спасла тысячи жизней… Вот современные девушки — разве смогли бы провернуть что-нибудь подобное? Нет. — Найпа грустно улыбнулась. — Они покорны судьбе… Раньше люди жили ради ЖИЗНИ! А теперь — ради выживания.

Братец немного помолчал. Он знал что ответить, но выбирал более точные выражения. Наконец взглянул Найпе в глаза и заговорил. Спокойно и уверенно:

— Найпа, не обижайся, но ты плохо знаешь историю. Потому что вместо учёбы читала любовные истории об авантюристах. И верила в них, будто глупая дочь купца. Твоя Белая Лиса была интриганкой, пронырой, женщиной без чести и даже намёка на доброту. Она отравила с сотню ханаарских советников и чиновников, ещё столько же упрятала в тюрьму и разрушила с полсотни семей. А твой Зелёная Борода, напившись, лично душил пленных — да, тех у кого не было богатых друзей, способных заплатить выкуп. А однажды он угрохал родного брата! Вот такие они, «солдаты удачи».

— Ложь!

— Не веришь — твоё право. Бессмысленно пытаться переубедить человека, который не хочет, чтоб его переубедили, — Назай кивнул. — Повзрослеешь — сама всё поймёшь. Вот только не случилось бы это слишком поздно.

Найпа собралась с духом, сжала кулачки, приготовилась толкать речь, рушить оборону брата, доказывать «правоту»… Глубоко вдохнула… И, вдруг, бессильно выдохнула. Села на узорчатый ковёр и безнадёжно улыбнулась:

— Знаешь, а быть может ты и прав… Но тогда я неправильный человек. Ведь никогда не признаю чужих правил и не буду ломать свою суть. Хочу жить лихой, интересной, яркой жизнью, а не быть шестерёнкой в часовом механизме. Ну что в этом плохого? Я человек, а значит сама решаю что мне делать и какой быть. Не буду взрослеть, это моё право.

— Ты будущая правительница, а значит обязана стать серьёзной, — устало проговорил Назай. — У каждого своя задача: у крестьян, ремесленников, торговцев, военных. Вот править страной — твоя задача, и она тяжелая. Мы, люди, рождаемся, чтоб выполнять свой долг, свою работу. Неужели это так тяжело понять?

Настала тишина. Найпа вертела в руках заточку, Назай перебирал чётки… Из-за двери доносились гортанные голоса шершней. Уж не обсуждают ли они недавний разговор «арестантов»? Вряд-ли. Шершни — честный народ.

Тем временем Наследница присмотрелась к брату. На нём была белоснежная рубаха, малиновый пояс и широкие зелёные штаны. Всё это вышито орнаментами-оберегами, совершенно чистое. Даже пахло чистотой — мыльными зельями и отварами… Лицо — сама честность. Как ни странно, большие зелёные глаза лишь подчёркивали прямодушие парня. В русых косичках — тёмно-синяя лента…

— Слышь, Назай, ты такой весь чистенький, безупречный. Ты вообще справляешь нужду? — спросила сестра.

— Справляю, — ответил, улыбнувшись, светоносец. — После специальной молитвы.