Люди, которых не было
Шрифт:
– О чем ты задумалась? – прервал Эван мои размышления.
– О тебе, – просто, без лукавства ответила я.
– Интересно.
– Ты считаешь меня великой воительницей, но при этом ничего не рассказываешь о себе.
– Ну как же, я тебе рассказал нашу историю и все тайны, о которых не знают ни люди, ни воители.
– Нет. Лично о тебе.
– Вот оно что. Тебя интересует моя жизнь. Ну что ж, мне 24 года, семья у меня достаточно большая: у меня есть два брата и сестра, про которую я тебе уже рассказывал. Старший брат Остин. Ему 28. Он у нас настоящий силач. В основном его работа разыскивать раненных и приносить их к нам в «лазарет». Благодаря его силе это сделать проще. Также он защищает наш мир, но в принципе в этом нет необходимости. Как я уже говорил, о нас никто не знает. Моя сестра Эвелин – ей 26 – прекрасное создание, она замужем за Фарелом, и у них подрастает замечательная дочка Рамира. Эвелин прекрасный лекарь, это она изобрела напиток, восстанавливающий силы. Есть еще младший брат – Нэвин, ему только 20, но он уже тоже активно участвует в жизни нашего общества – помогает Остину. А то, как я тебя нашел – вообще отдельная история.
На этом Эван замолчал.
– Ну и? Ты мне ее не расскажешь?
– Сейчас нет. Раз уж ты проснулась и уже неплохо себя чувствуешь, я хотел бы пригласить Эвелин осмотреть тебя. Ее совет никогда не повредит.
Я посчитала благоразумным не настаивать на своем, хотя желание услышать историю о том, как меня обнаружил и спас мой ангел, было крайне велико. Очевидно было, что Эван не даст мне возможности утолить мое любопытство по крайней мере до тех пор, пока не убедится, что я и правда иду на поправку. Что же, познакомиться с его сестрой было бы неплохо, возможно мне удастся выпросить у нее одежду поприличнее. Эван встал с кровати тихо, почти беззвучно, честное слово, я иногда даже забывала, что у него есть крылья. Но на этот раз свет луны засеребрился на его крыльях так завораживающе красиво, что я не удержала вздоха восхищения. Эван уже стоял у двери, но обернулся, вопросительно посмотрев на меня.
– Просто крылья у тебя очень красивые, – смущенно призналась я.
– Никогда не придавал им особого значения, – улыбнулся Эван. Он еще ненадолго задержал свой взгляд на моем лице, потом открыл дверь и исчез в темноте коридора. Но совсем скоро он вернулся с сестрой, не успела я и подумать о том, что значил этот взгляд.
Эвелин оказалась очень привлекательной девушкой достаточно высокого роста, с такими же светло-русыми волосами, как у брата. Пухлые розовые губы неизбежно приковывали внимание к ее милому лицу. Она была одета в легкую как предутренняя дымка материю, напоминающую платье. При том, что оно было очень воздушным, платье совсем не просвечивало, и в нем не было и намека на откровенный наряд. Ее кремовые крылья слегка отливали золотом, и было такое ощущение, что она и правда спустилась с небес. Земные ангелы – какой парадокс!
– Как ты себя чувствуешь? – спросила Эвелин после приветствия.
– Для выжившей неплохо, но все тело пока еще болит.
– Сейчас посмотрим. Эван, думаю, тебе лучше выйти.
Эван озадаченно уставился на сестру.
– Но я хочу знать о результатах твоего осмотра, – возмутился мой личный ангел.
– Эван, – его сестра была непреклонна и, пожалуй, ее взгляд был красноречивее любых слов.
Мне показалось, что я должна вмешаться и как-то сгладить ситуацию. Да, еще совсем недавно я жутко переживала, что Эван видел меня в этом откровенном белье, совсем прозрачном и ничего не скрывающем. Но, в конце концов, он спас меня и было поздновато теперь паниковать. Хотя краска все еще заливала мое лицо, когда я думала об этом. Я пролепетала неуверенным голосом, что было мне не свойственно, как и любому другому воителю:
– Ну, думаю, может Эван может остаться?
Тут уже оба смотрели на меня, не скрывая удивления.
Неловкое молчание нарушил мальчишеский смех Эвана, который легонько толкнул свою сестру в плечо:
– Вот видишь, наша воительница совсем не смущается моего присутствия.
Эвелин не подала виду, а просто встала и открыла дверь, жестом предлагая Эвану выйти. Он не стал сопротивляться, все еще смеясь, и даже подмигнул мне, прежде чем выйти. Хм, и что все это значит? Закрыв за братом дверь, Эвелин присела ко мне на краешек кровати. Ее лицо снова стало добрым, и я поняла, как же сильно она похожа на брата.
– Ну вот, теперь можешь раздеться.
А, так вот зачем она его выгоняла? Я почувствовала себя глупо. Робость, смущение, стыд – какие еще новые чувства мне придется познать в этом доме? Зато теперь я понимаю, почему Эвана так рассмешило мое предложение остаться.
Эвелин помогла мне раздеться. Каждое движение причиняло мне ужасную боль, но я старалась не показывать это. Эвелин, надо отдать ей должное, подбадривала меня, как могла:
– Ну вот, все уже намного лучше. Почти нет красных пятен и по сравнению с тем, как ты выглядела, когда Эван тебя только принес, можно сделать вывод, что он очень хорошо о тебе позаботился.
– Да, и я ему безмерно благодарна за все.
– Ну это ты ему только не говори, а то еще зазнается, – хихикнула Эвелин.
Я тоже улыбнулась и дотронулась до своего лица.
– Ай, – не удержалась я от острой боли, – Как будто мою кожу натерли наждачкой.
Эвелин понимающе кивнула и помогла мне одеться. Тут я решила осуществить свой план по приобретению новой одежды:
– Эвелин, скажи, а можно мне найти что-нибудь менее прозрачное из одежды?
Она улыбнулась и отрицательно покачала головой:
– Пока тебе нельзя. Я принесу платье и сорочку завтра, когда ты уже сможешь почти безболезненно носить обычную одежду. Надеюсь, это действительно будет последняя процедура, но точно все станет ясно только завтра.
– Значит, мне снова придется предстать перед Эваном почти раздетой? – огорченно вздохнула я.
– Если хочешь, процедуру могу провести я.
На мгновение надежда промелькнула в моем сознании, но я тут же подумала, что могу обидеть Эвана. Он день за днем проводил все процедуры сам, заботился обо мне, и вот, когда я пришла в сознание, я откажусь от его помощи. Да, это будет не очень хорошо с моей стороны. Интересно, а почему именно он лечил меня, а не его сестра?
– Эвелин, твой брат лекарь?
– Да, причем один из самых лучших. Никто бы не взялся за восстановление тебя, кроме него. Признаться честно, даже у меня дрогнула рука, когда мы вместе с ним попытались раздеть тебя.
– Я была так плоха?
– Ты так кричала и плакала. Я просто не знала, как выдержу проводить очистительную процедуру, осознавая, какую причиняю тебе боль. А действовать нужно было очень быстро. Ты… – голос Эвелин дрогнул, – Ты была на грани смерти.
Ангел замолчала, вероятно, решив, что сказала лишнее. Но я же относилась к услышанному спокойно – как будто это и не про меня говорили, как будто это все пережила не я сама.
– Но вы справились, я выжила.
– Да, благодаря Эвану. Мы уже имели дело с отравлением ядом, но не в такой тяжелой форме. И тогда было почему-то проще, а сейчас… не знаю почему именно, но я проявила слабину: я не смогла причинять тебе боль своими прикосновениями, я испугалась, что не смогу спасти тебя, что потеряю. Со мной такое было впервые, и я очень долго переживала из-за этого. Какой же я тогда лекарь, если не могу помочь? Но Эван меня успокоил, он сказал, что это было его предназначение, и в любом случае никто бы другой не смог тут помочь. Поэтому лечил тебя он. Но сейчас твои болевые ощущения не настолько сильны, и я могу провести процедуру сама. Если ты хочешь.
Эвелин смотрела на меня с выжидающей улыбкой, которая обещала, что все будет хорошо. Но я уже приняла решение.
– Нет, Эвелин. Спасибо тебе, но я думаю, что не стоит ничего менять. Я доверяю Эвану. Однако, я не совсем поняла, почему ты говоришь, что спасти меня было его предназначением?
– Прости, но тут я не могу ничего тебе рассказать. Он сам тебе все объяснит, когда придет время.
– Хорошо, – ее слова меня озадачили, но я поняла, что больше ничего от нее не узнаю. – Спасибо за помощь. И за поддержку!