Чтение онлайн

Моргана передернуло: его воображение мгновенно нарисовало окоченевшее тело, занесенное снегом где-нибудь на задворках салуна. В таком снегопаде он не сможет отыскать Оуэна или его труп один. Почему-то в эти секунды стрелка пронзило предчувствие, больше похожее на окончательное знание, что издатель уже несколько часов мертв. "Кажется, пришла пора серьезно поговорить с маршаллом." Захлопнув за собой дверь, он снова погрузился в пучину летящего снега, крутящегося, колющего лицо и забивающего глаза, бредя, пробиваясь сквозь белую стену, по направлению к офису маршала... По крайней мере стрелок шел вдоль стены, чтобы не потерять ориентацию окончательно.

Войдя в прихожую, отряхнув с себя снег на пол, Морган пихнул дверь ногой и прошел в кабинет маршалла, который, увидев незваного гостя, рванул на себя ящик стола и успел сунуть туда руку, но мгновенно ее отдернул, заметив взведенный ремингтон, возникший из-за пояса Джуннайта. Побледнев, то ли от страха, то ли от злости - служитель закона с раздражением сплюнул в отозвавшуюся глубоким гулом плевательницу и положил руки поверх своих бумаг так, что они были хорошо видны, притворившись, читающим какой-то документ. Затем, робко подняв голову, он резко захлопнул ящик и перешел в наступление:

– Кто вам разрешил вламываться ко мне таким образом?!

– Мне кажется, - сказал Морган, убирая револьвер, - кабинет маршалла должен быть открыт для всех, а маршалл хоть немного интересоваться своими прямыми обязанностями.

– Кто-то должен разбираться в бумагах время от времени, - пожав плечами, ответил маршалл, - особенно, когда в городе ничего не происходит.

– Странно...
– Морган усмехнулся краем рта.
– Всего-то около десятка убитых за два дня, сгорела лавка, и бесследно пропал человек...

– Никто не заявлял о пропаже человека, - перебил его маршалл.
– Что же касается лавки Черрингтонов, я, вам кажется, вчера говорил...

– Значит я заявляю, - прорычал Морган.
– О том, что вчера Генри Оуэн, один из столпов здешнего общества, издатель газеты "Индепендент", ушел из своей редакции и до сих пор не вернулся.

Лицо маршалла внезапно утратило напряженное выражение, он чуть ли не потирал руки от плохо скрытой радости.

– Он оставил на почте записку, разве вы не знали.?

Морган насторожился: здесь была ловушка, но только вот где?

– Записку?
– переспросил он. Маршалл протянул Джуннайту листок.

– Она адресована мистеру Майклу О'Руни, но тут есть приписка, что вы тоже можете прочитать.

Морган машинально взял бумагу и медленно, стараясь ничего не упустить, прочел. Да. Это было очень похоже на почерк Оуэна, но где-то в глубине души Моргана засела смутная тревога. "Дорогой Майкл, сегодня я получил известие, пришедшее вместе с почтальоном, которому с большими сложностями удалось пробраться к нам из Денвера. К сожалению, из дома пришли дурные вести: мой брат и твой кузен тяжело болен. Почтальон отбывает обратно немедленно, потому что боится, что занесет все проходы окончательно. Я еду с ним. Не могу сказать, когда вернусь, возможно, буду отсутствовать несколько месяцев. Письмо дедушка Беннингтон обещал отнести к маршаллу, чтобы ты и все, кто будет меня искать, не беспокоились. Кстати, это относится к мистеру Джуннайту в особенности. Я получил известие из дома, находясь на почте по известному ему делу."

– Дедушка принес письмо сегодня рано утром, - пояснил маршалл, когда Морган закончил читать и передал записку обратно.
– Поэтому я и сижу здесь, если хотите знать, бумаги перебираю. А вам, мистер Морган, я советовал бы поехать куда-нибудь, отдохнуть. И как можно скорее. Нервы у вас шалят, как видно, везде вам кажутся заговоры, враги всякие... Нельзя так.

– Да, наверное...
– пробормотал Морган, приложив руку ко лбу.
– Наверное.

Не сказав больше ни слова, он вышел, пересек прихожую и, хлопнув наружной дверью, снова пустился в путь сквозь густую молочную пустоту.

Буря схватила стрелка в свои обьятия, ударив в спину порывом ветра, и переплетенные снежные вихри, опередив его, восстали из сугробов взметнувшимися из недр земли драконами и были мгновенно унесены прочь новым взрывом стихии.

Холод отрезвляюще действовал на его мозг, но главного все никак не удавалось нащупать. "Если китаец не врал, Оуэн вышел от него в таком состоянии, что не только в седло бы не сел, но и письмо из дома не сумел бы прочесть. А если китаец лгал... Но зачем ему обманывать? Он был и так полумертв от страха, а вот маршалл, похоже слишком обрадовался... Стоп."

Морган остановился и, задрав голову, поглядел на призрачное пятно ближайшей к Земле звезды, слабо просвечивающее сквозь пелену снега и туч. Казалось, оно равнодушно отвернулось от единственной обитаемой планеты, зависящей от него, задернув за собой бархатную полупрозрачную портьеру - вуаль, устав от бесконечной суеты горстки людишек. Ветра не было, снег падал почти отвесно, и снежинки таяли на лице Моргана, летя с неба прямо в него. Одна попала в глаз, и Джуннайт, резко сморгнув, опустил голову. Он увидел полузанесенные следы - неглубокие овальные вмятины в снегу, ведущие к офису маршалла. Свои следы. "Сейчас они есть, через секунду - уже нет, - подумал Морган.
– И человек тоже: был - и пропал. И всем кажется, что так и должно быть... Странно: люди живут, обзаводятся массой ненужных вещей, но это не мешает им исчезнуть, когда придет срок. Мы все слишком одиноки, и это дает нам возможность бесследно пропасть: если тебя никто не ищет, никто не заметит едва видных отметин в снегу." Он усмехнулся. "Иногда живет человек, знает всех в округе, в гости каждый вечер таскается, считает себя незаменимым, а исчезнет - и никто о нем не вспомнит, разве что спросят: "А где же мистер Смит?.." и сразу же забудут о нем, даже не дослушав ответ. Да я и сам такой: нигде долго не задерживаюсь, ни с кем близко не схожусь, но теперь я не брошу самого смутного следа, потому что люди не пропадают просто так никогда. Уж я-то знаю. Мне часто приходилось исчезать после той ночи в Канзасе, и всегда на это имелись весьма веские причины..." Внезапно, будто вспышка света сверкнула в его мозгу. "А с чего бы Оуэн стал писать мне записку?
– спросил он себя.
– Мы с ним были знакомы всего несколько дней, и большую часть времени он с презрением относился к "наемнику". Почему же тогда я? Он не обязан передо мной отчитываться. Хотя нет. Записка была адресована его кузену..."

Морган провел рукой по лицу. "Кажется, я начинаю сходить с ума. Моя подозрительность переходит все границы... Но я готов поклясться, что-то не так в этом городке." На мгновение возникла безумная мысль: что, если Майкл О'Руни каким-то образом замешан в этой истории...

Морган медленно пошел дальше, и внутри него, вопреки очевидным фактам, крепла уверенность в фальшивости записки, показанной ему маршаллом. Он так погрузился в свои мысли, что не смотрел себе под ноги, и внезапно очутился лицом в холодном снегу. Кое-как поднявшись, Морган заметил клочок бумаги, выпавший из его кармана и, подобрав его, отряхнул. Письмо Майкла О'Руни. Пораженный внезапно пришедшей в голову идеей, он порывисто, нетерпеливо дергая бумажку за края, расправил листок. Вот оно - то место: "Подумай о своей матери, эта проклятая междоусобица уже отняла у нее Тима и Стива. Нелегко потерять двух сыновей в один день." "...Нас было трое сорванцов..." - послышался из закоулков памяти стрелка голос издателя.

– Поехал навестить брата...
– пробормотал Морган, убирая листок во внутренний карман.
– Как же...

– Эй, уж не Оуэн ли поехал навестить брата?
– раздалось рядом сбивчивое бормотание, и из-за снежной пелены появился Мертон. К удивлению Моргана, он шел прямо, лишь немного пошатываясь, и речь его была менее бессвязной, чем обычно, а на поясе висел револьвер.

– Теперь они это говорят?
– спросил Мертон, - Что он уехал?

Морган кивнул:

– Да, но у Оуэна нет братьев. Живых.

Мертон сдвинул на затылок шляпу.

– Хенк никогда не говорил о своей семье, всегда пытался увернуться от вопросов на эту тему, так что я об этом не осведомлен.

– Но как тогда...
– начал Морган и осекся. "...Как тогда они, кем бы они ни были, узнали о том, что О'Руни - кузен издателя и самым верным ходом будет адресовать записку именно Майклу. Ведь это ему одному, Моргану Джуннайту, посвященному волею случая в тайну, это должно казаться логичным. Ему и никому более."

Майкл О'Руни... Опять. Все нити, похоже, тянулись к нему.