Чтение онлайн

Окончена школа. Виктор получил назначение в то самое отделение милиции, в котором проходил практику.

Штат уголовного розыска в отделений был в то время неполным. К тому же, когда прибыл Виктор, начальник уголовного розыска ушел в отпуск. На плечи молодого оперативника лег тяжелый груз. Работать приходилось «в три смены», без выходных. Когда удавалось вырвать несколько часов для отдыха, ноги гудели от беготни по городу, а мозг продолжал напряженную работу по распутыванию преступления. Пробуждение всегда приходило с мыслью: что нового принесет день?

Это была суровая проверка. Она могла отбросить Виктора в число тех, о ком обычно говорят «ни рыба ни мясо», но могла и закалить, подготовить к будущим схваткам с преступниками всех мастей. И Виктор, по-настоящему загоревшись работой, вышел из этого испытания победителем, обогащенным практическим опытом. Никогда не забудет он свое первое самостоятельное дело.

В садике, где расположен цирк, избили моряка Р. С него сняли часы, макинтош, туфли. Кто избил и ограбил — сам Р. не мог сказать. Свидетелей тоже не было. Перед Виктором стояла сложная задача. Он должен раскрыть уличный грабеж, не отличавшийся чем-либо характерным от «почерка» того или иного ранее уже судившегося грабителя. Да и данных не было абсолютно никаких.

Рудь прибег к единственно правильному в этом случае варианту. Вместе с потерпевшим он вышел в город. Расчет был прост. Если удастся встретить кого-нибудь из грабителей, моряк, возможно, опознает его. Долго ходили они по улицам, заглядывая в пивные, рестораны, магазины. Вдруг моряк, указывая на какого-то человека, воскликнул: «На нем мой макинтош!»

Задержанный Ламин был некогда хорошим баянистом, но спился, связался с преступниками. Вот это-то и заставило Виктора усомниться в правдивости его слов, когда он стал утверждать, что купил макинтош на рынке. На допросе Виктор детально расспрашивал Ламина о каждом его шаге в день грабежа, подмечал каждое несоответствие в его рассказе. Наконец Ламин совершенно запутался.

— Ладно, слушай, — сказал он Виктору, — я знаю, кто моряка ограбил. Скажу, если отпустишь меня.

— Нет уж, — возразил Рудь. — Условий ты мне не ставь. Рассказывай, что знаешь.

Тогда Ламин заявил, что преступление совершили некие Васька Сеткин, Кулибаба и еще один, которого он не знает.

Через день задержали Сеткина.

— Я ограбил?! — возмутился он на допросе. — Ламин говорил? Пусть он мне в глаза скажет!

Привели Ламина.

— Ты что ж? — спросил у него Сеткин. — Чего на меня валишь? Сам грабил, а я за тебя садиться должен! Ламина это работа, — обратился он к Виктору, — Ламина, Будки и Зойки Гончар. Сами мне вчера говорили, когда водку в магазине брали. Пусть они и отвечают, а я здесь ни при чем.

Положение прояснилось. Теперь надо было найти соучастников Ламина. Виктор уже имел сведения, что Будка — Николай Андроненко, матерый и опытный преступник — ворует в поездах. Поэтому оперуполномоченный и решил искать его в районе вокзала.

…Ночью в столовой для железнодорожников сидели три человека. На столе стояла бутылка с водкой, стаканы. Сидевшие о чем-то тихо беседовали. Вдруг распахнулась дверь, и в столовую, окутанный клубами морозного воздуха, вошел Виктор.

— Здорово, Будка, — обратился он к одному из сидевших, широкоплечему парню с одутловатым лицом.

— Здорово, — угрюмо ответил тот.

— Выйдем-ка на улицу. Разговор есть.

Парень окинул Виктора подозрительным взглядом.

— Чего там выходить. Говори здесь.

— Место неподходящее, — ответил Виктор.

— А мне оно нравится. Никуда не пойду, — упорствовал парень.

Виктор вплотную приблизился к нему.

— Брось дурака валять, идем!

Андроненко нехотя поднялся из-за стола и направился к двери. Пропустив его, Виктор пошел следом. За дверью их ожидал милиционер Сковородников. Еще не успел Андроненко сообразить, в чем дело, как услышал негромкий спокойный голос Виктора:

— Пойдешь с нами. Побежишь — стреляю.

Так был задержан второй опасный преступник. Гончар задержать оказалось нетрудно: постоянная посетительница пивных и ресторанов, она вскоре была разыскана Виктором.

Способности молодого работника были вскоре замечены руководством. Его перевели в отдел уголовного розыска краевого управления. Напутствовал Виктора старейший чекист, комиссар милиции Виктор Федорович Скоробогатов.

— В нашей работе, — говорил он, — нужен трезвый расчет и расчетливый риск. Упорство нужно и терпение. Пусть иногда не доспишь, устанешь, но дело доводи до конца.

Приветливо встретили Виктора работники отдела. Каждый старался помочь, подбодрить, вселить в него уверенность в своих силах. Виктор понимал, что теперь к нему будут подходить с другой меркой, предъявлять другие, более высокие требования. Теперь товарищ с периферии будет иметь право спросить у него: «Что я могу перенять, чему научиться у тебя, работник руководящего аппарата?» И поэтому Виктор постоянно старался перенимать опыт лучших, старейших сотрудников уголовного розыска, глубоко изучал методы и приемы оперативной работы. Не раз вспоминал он слова комиссара об упорстве и настойчивости, без которых не добьешься успеха. Именно они помогли ему задержать ловкого и хитрого преступника Анатолия Рожко по кличке «Мишаня».

Мишаня считал себя неуловимым. Профессиональный карманный вор, он превосходно знал в лицо всех работников милиции и умел всегда вовремя уйти от них. В то же время он не скрывал, что ворует.

— А ты поймай меня на деле, — заявлял он, — пока не поймаешь — «лапша»!

«Лапша» — это было его любимое словечко. Означало оно приблизительно «пустой разговор».

Летним вечером Виктор Рудь вместе с двумя сотрудниками находился около танцевальной площадки Дома офицеров флота. К ним подошел Мишаня. По привычке он стал хвастать своей неуловимостью.

— Болтун ты, Мишаня. Все равно поймаем тебя, — проговорил один из работников и, указывая на Виктора, добавил: — Вот он поймает.

— Он?! — с презрением ухмыльнулся Мишаня. — Этот зелен еще. Лапша!

«Неужто в самом деле невозможно поймать этого наглеца? Неужто он и дальше будет безнаказанно лазить по карманам?» — думал Рудь.

С этого дня Виктор потерял покой. К обычным заботам прибавилась еще одна: во что бы то ни стало поймать Мишаню с поличным. А задача была не из легких. Воровал Мишаня в трамваях, умело выбирал жертву и исчезал еще до того, как обворованный замечал пропажу.

Не один вечер провел Виктор на трамвайных остановках. И вот…

Виктор шел вдоль линии. Его обогнал трамвай, с подножки которого соскочил Мишаня. Сделал он это на ходу, хотя до остановки было недалеко. «Надо задержать, — подумал Рудь. — На остановке сойдет и потерпевший».

— Мишаня, — крикнул он. Тот обернулся и — оторопел. Пробормотав что-то невнятное, он хотел было пройти мимо.

— Не спеши, — остановил его Виктор. — Иди сюда, потолкуем.

Делать нечего, Мишаня подошел к Рудю. При этом Виктор заметил, что в руке у него что-то зажато. Он стал расспрашивать о том, о сем, умышленно затягивая беседу и не опуская глаз с Мишаниной руки. Тот явно чувствовал, что позвал его Рудь неспроста. Он, все порывался уйти, но оперуполномоченный каждый раз останавливал его. А в это время от остановки трамвая к ним спешили мужчина и женщина.