Чтение онлайн

– Слушай, давай я вас подвезу, вы же домой?
– спросил он, заведомо зная ответ, - ну вот, отчитаетесь и поедем.

– Ох, спасибо! Сюда добирались битый час, устал стоять, ноги затекли аж, - справился обрадованный отец.

– Да о чём разговор, не благодари!

Сашка обмахивался газетой, отданной ему специального для этой цели. Левую свою руку он контролировал крайне плохо, так как правша, а потому во время взмахов она иногда забавно бултыхалась. Тем не менее, часто он правильно направлял потоки воздуха и, удовлетворённый новой струёй воздуха, блаженно прикрывал глаза.

Питонов также вышел алый и мокрый, несмотря на то, что даже при тяжёлых физических нагрузках в гимнастическом зале он почти не потел. Мы всегда удивлялись такой чудесной способности, так полезной и в обычной жизни. Но в эти минуты дал сбой и организм Серёги.

Вот очередь дошла и до меня. Зашёл в кабинет за отцом и случайно хлопнул дверью, так как совершенно не ожидал, что она такая лёгкая. Тотчас до меня дошло, почему все выходили в поту. Стояла ужасная духота, очень не мешало бы проветрить. Сейчас за время пребывания здесь надышим так, что, как летом будем в знойную жару на чердаке находиться, хотя, мне кажется, что уже.

За столиком чуть правее двери примостился обыкновеннейшего телосложения человек. Лысая макушка его иногда поблёскивала, отражая свет яркой лампы. Свет исходил исключительно тёплый, даже густо оранжевый. Пухлую щёку он подпёр кулаком и облокотился на стол, перенеся весь свой вес на руку, и уставился на нас, сомнительно прищуриваясь. Следователь представился и неспешно начал разговор, вводя нас в курс дела.

Мы узнали, что Жирнев, оказывается, под стражей, якобы за "содействие сокрытию и фальсификации природных и исторических ценностей". Под ценностями, он, видимо, имел в виду шишкоедов. Вышло так, что у Петра Геннадьевича хватило денег только на покупку земли, где они и размещались, о чём ему, конечно, было неизвестно... На базу средств не осталось. Жирнев подумывал уже о кредите, который, вероятно, он бы не погасил за всю жизнь, но тут как нельзя кстати подоспел Филинов, узнавший о таком бесцеремонном захвате "его" исследовательского пространства, и предложил деньги на постройку базы с тем условием, чтобы дальний участок не беспокоился любопытными спортсменами. Согласился сразу, возможности выбирать не представилось. Что там, Петр Геннадьевич не знал, но догадывался, безусловно, о чём-то тёмном... Так получилась отличная конспирация, прятаться этой полянке и прятаться, если бы не наше желание срезать...

Ещё Питонов спросил про то, сколько лет назад Филинов обнаружил этих древних людей. Сам он заявил, что скелету, найденному им, около десяти тысяч лет. Каким образом он подделал экспертизу останков - ещё дело не выясненное. Сказал, что будут разбираться.

Всё равно Жирнев получился замешанным в преступление, хотя и несерьёзное, как заверил нас следователь, потому что Александр Тимофеевич явно обеспокоился за друга детства и настойчиво добивался от него полных разъяснений. Вот и нам сказал то же самое, чтобы ещё более утвердить свои слова. "Скорей всего, он отделается штрафом и конфискацией части земли, на которой и сосредоточено это... место", - говорил он.

Кардинально другое наказание ждало Филинова. В отличие от Жирнева он не "содействовал", а активно участвовал в подделке своих же собственных открытий и старательно прятал место обитания шишкоедов. Учёный мир уже осудил его за такие действия, и Филинов потерял всякое уважение, не говоря о том, что из всех учебников его шикарную биографию автоматически удалили, написав лишь: "Филинов открыл и принял участие в изучение шикоедов". Кроме того, ему выносилось обвинение в покушении на убийство из корыстных побуждений. Довольно серьёзная статья... "На данный момент он в розыске, далеко уйти не должен, достанем", - говорил следователь.

После ясных и доходчивых объяснений ситуации слово перешло ко мне. К тому времени я успел залиться, как красный мак. Говорил, изредка заикаясь и запинаясь. Волновался сильно, не каждый же день к следователю хожу, имею право и на волнение. Он расползся по столу и слушал, смотря куда-то в угол. Часть до нашего попадания в деревню древних людей он как бы и вовсе пропустил, видимо, быв в курсе после двух прошлых расспросов. Однако, когда речь зашла о нашем там пребывании и побеге, он оживился и убрал ладошку из-под щеки, щека быстро понеслась вниз, порождая колебания кожи на лице. Чуть приподнял брови, как бы выражая удивление, но получилось плохо, точно у заспанного человека, не успевшего ещё умыться.

В ходе описаний наших с Серёгой сражений с шикоедами он презрительно оглядывал меня с головы до ног, явно сомневаясь в истинности моих слов. Я говорил и говорил, становясь краснее и краснее, жадно вдыхая воздух. Наконец, сказ мой подошёл к концу, и следователь выразил благодарность за данные сведения и пожелал всего хорошего, прибавив, что больше ничего не требуется и попросив нас не распространяться на эту тему. Покинул кабинет я мокрый насквозь и с одним вопросом: "Разве ему там не жарко?".

Сашке помогли надеть куртку, и получилось так, что один рукав смешно и свободно болтался в воздухе. Тут-то я не выдержал и захихикал. У него чувство юмора широкое, а потому он засмеялся тоже.

Все вместе мы протиснулись в небольшой лифт и спустились вниз, после чего залезли в старенький дизельный джип к Александру Тимофеевичу. Я и Сашка поместились сзади. Наши отцы сразу же завели беседу о полиции, дорожно-патрульной службе и о прочем. А Ясенев-младший в полголоса поведал мне, как нас спасли и как я без сознания лежал в яме рядом с ним. Это я, впрочем, знал, но пара подробностей оказалась для меня новыми...

Возвращаемся в свою колею

По настоянию матери я неделю пролежал дома, пропуская первые учебные часы после новогодних каникул. Скука одолевала меня с каждым последующем днём. Спасался только тем, что переходил от книги к замызганному планшету и обратно, то читая, то погружаясь в какой-нибудь видеоролик самого непредсказуемого содержания. Наверное, успел пересмотреть их штук сто за эти дни, не меньше.

Чутка развеялся, когда поехали снимать швы. Процедура мало приятная, но зато хоть какое-то развлечение и разнообразие. Во время этой поездки я очень жадно всматривался во всё новое и необычное, что отсутствовало в квартире. Элементарно, свежие лица уже придавали мне чувство, как будто я отправился в поход пересечь Кавказский хребет. Настолько много впечатлений лезло мне в голову. Однако по приезде домой я снова впал в тоску и уныние, сопровождаемые однообразными и незамысловатыми действиями. Конечно, я был в состоянии и подучить уроки. Всё же знал, какие пропускаю и мог почитывать, чтобы не отстать до такой степени, когда сидишь и не понимаешь ни одного слова учителя. Но, как это обычно бывает, я сослался за своё плохое самочувствие и решил "отдохнуть и набраться сил".

"Я парень неглупый, на месте сориентируюсь, наверняка, пройдут по параграфу, да и дело с концом, после каникул и учителя, и мы расслабленные будем... Ничего толком не успеют".

Мой незапланированный отдых подходил к концу. Сил я набрался по горло, даже больше. Я с нетерпением ждал дня своего выхода из квартиры. Гулять мне запретили врачи, дабы нога зажила поскорее и без всяких казусов. Мать твёрдо исполняла их волю и не подпускала меня к входной двери ни на шаг. Откармливала, как на убой. Я, естественно, и рад такому, покушать люблю. Также, я понимал, что набранные мною килограммы придётся сгонять. Но эта мысль, в отличие от еды, была где-то далеко под коркой, и я старался загонять её ещё глубже.

В последний день перед походом в школу я проснулся от того, что меня зовёт отец:

– Димка, иди глянь, тебя показывают!
– протрубил его голос.

Весь помятый и скисший я поплёлся в комнату, где стоял телевизор. Шла программа новостей. Ведущая стояла за красивой стойкой и что-то сообщала, но поначалу я не разбирал спросони. Затем вслушался, приоткрыл глаза на миллиметров пять и стал смотреть.

Молодая девушка с каштановыми волосами и густыми чёрными бровями говорила:

"Буквально на днях произошло одно очень эпохальное событие, которое потрясло весь научный мир. Известный учёный Филинов Илья Васильевич оказался гнусным обманщиком, к тому же преступником, пытающимся скрыть следы своей лжи и преступления. Знаменит он стал после открытия древнего вида человека под названием шишкоед. Было заявлено, что останкам многие тысячи лет, но, как выяснилось, это не так. Независимая группа учёных провела исследование, в ходе которого стало ясно, что скелету, представленному им, всего сорок лет. Оказалось, что якобы открытый им древний вид человека совсем не вымер, а спокойно проживает на территории Сибири. Где конкретно, пока не уточняется. Сейчас ведётся активная работа по изучению шишкоедов учёными всего мира.