Чтение онлайн

пошла на поправку. Но ничего не вышло. Сын только что звонил, к Есе его даже не

пустили.

Новости шокировали. Я очень удивилась, что Есения так эмоционально пережила

разрыв. Вместе с тем меня наполнили вина и страх. Господи, хоть бы Лялька

поправилась! Да и ее мать тоже.

– Вы разрешите мне остаться?—я все же посчитала нужным спросить.

Ольга Павловна на секунду прикрыла глаза.

– Оставайся, Ева, - спокойно ответила она, - Оленька не инфицирована, твоей

дочери ничего не будет угрожать. Кстати, где она’?

– С медсестрами.

Мне уже не терпелось подойти к маленькой кроватке Ляли. Ольга оглянулась на

внучку.

– Побудь с Олей, Ева. Малышка хорошо на тебя реагирует. Сейчас мы должны

попробовать все для ее выздоровления. А я с твоего позволения спущусь вниз и

раздобуду кофе. Давление совсем упало.

– Да, да, конечно.

Меня мало интересовал уход женщины, я думала только о Ляльке. Приблизилась к

ее вынужденной колыбели. Невесомо погладила маленький лобик. Малышка была

горячей, чем следовало. Я села рядом на жесткое кресло, осторожно взяла детскую

ручку. Закрыла глаза и начала молиться.

Я никогда не была религиозной, не знала наизусть никаких молитв. Сейчас я просто

обращалась к высшим силам. Своими словами просила уберечь малышку. Дать

мне силы, чтобы помочь ей. Защитить Никиту от зла со стороны бывших

родственников. Обезопасить Тасю от ее нерадивого отца. Я ощущала, как меня

переполняет любовь к ним ко всем. Не знаю, сколько я так просидела, но в какой-то

момент Ляля завозилась. Открыла светло-карие глазки.

– Кто проснулся‘?—я улыбнулась.– Моя хорошая девочка!

Тут же я достала маленькую из кроватки, нежно прижала к груди. Лялька что-то

кряхтела, крутила головкой. Я поймала ее взгляд.

– Лялечка моя, солнышко.

Девочка сначала нахмурила бровки, а потом улыбнулась. Я ходила с ней по палате,

разговаривала. Через несколько минут в дверях появилась мама Никиты.

– Она проснулась?

Я повернула голову в сторону женщины. Та дотронулась кончиками пальцев до

уголков глаз. Наверное, она очень устала.

– Лялю нужно покормить?—спросила я.
– Я всё сделаю.

Мне реально не хотелось выпускать из рук малышку.

– Мм... Если тебе не сложно.

В палате была предусмотрена своя ванная комната и даже кухонный закуток. Без

особых проблем я переодела малышку, приготовила смесь. С ней на руках села на

кровать, которая находилась недалеко от детской колыбели. Ляля принялась пить,

причмокивая. Ольга Павловна отчего-то смотрела удивленно.

– Господи! Неужели она охотно ест? Кое-как брала соску уже несколько суток. Не

представляешь, Ева, как мы перепугались.

Я тоже волновалась, но изо всех сил сдерживала себя из-за малышки. Ее сейчас

должны окружать уверенность и покой.

– Всё будет хорошо,– прошептала я.

– Не сомневаюсь, раз ты здесь, - прозвучал мужской голос.

Мы с Ледянской вскинули взгляд. В палату вошел Никита. Он выглядел чуть

обескураженным, робко улыбался.

– Прости, что приехала без предупреждения, - искренне попросила я,– я очень

хотела увидеть Олю.

Он только кивнул.

– Спасибо тебе.

В палате повисло молчание. Ляля допивала молочко, я смотрела на

подрагивающие реснички. Ник прошел и опустился в кресло. А вот Ольга Павловна

заметалась по комнате. Женщина явно была взволнована, потянулась за стаканом,

чуть не уронила.

– Что с тобой, мама’?

Ник подскочил к родительнице, налил ей воды.

– Перенервничала.

Ольга сделала несколько жадных глотков. Дверь тихонько приоткрылась.

– Кто из вас остается с малышкой‘?– к нам присоединилась медсестра.– Мы

вынуждены закрыть двери через полчаса, у нас тоже режим.

Мама Ника закашлялась.

– Давайте я переночую с Лялей,– быстро произнесла я.

Предложение вырвалось само собой, я не обдумала ни причины, ни последствия.

Никита смотрел на меня изумленно.

– А ты, Ник, пожалуйста, позаботься о Таське. Я не могу ее сейчас отправить к

своей бабушке. Потом расскажу почему.

Мужчина встряхнулся.

– Если ты... хочешь.

– Я и правда хочу,– уверенно перебила я любимого,– а ты иди к Тасе. Она там уже,

наверное, боится.

Ольга Павловна метнулась к дверям.

– Ева, я приведу твою дочь, чтобы вы попрощались.

Она вышла в коридор. Ник сел к нам на кровать, погладил мое колено.

– Я не знаю, как тебя благодарить,– сказал он,– только тебе я со спокойной душой

могу доверить дочку.

Я улыбнулась.

– Даже мама, кажется, смирилась,– продолжил он.

– Просто сейчас напряженный момент, - покачала я головой.

Ник не согласился.

– Она понимает, что ты нужна нам.

Мужчина приблизился и, стараясь не задеть Лялю, дотронулся губами до моих губ.

Жадный поцелуй позволил нам хоть немного напитаться друг другом. Ник

оторвался, поцеловал мою щеку, висок, коснулся уха.

– Ева.

К нам заглянула Ольга Павловна. Я унесла Лялю в кроватку и вышла к дочери.

Таська смотрелась спокойной.

– Бабушка Оля не злая, - заявила она, и я ахнула.

– Тась, это Ольга Павловна.