Чтение онлайн

завтрашнего дня. Пусть собирает монатки.

Я нажал отбой и посмотрел в окно автомобиля—вечерело. В разъездах и встречах

прошел весь день. Как никогда меня тянуло домой, к своим девчонкам. Сегодня

даже Таську забирать из детского заведения не нужно, мы решили не водить ее в

сад, пока не решится вопрос с биологическим папашей. Стоило поехать, поговорить

с воспитателями и вернуть ребенка в группу. Ведь там она общается со

сверстниками. Но я понимал, сейчас я не в состоянии вести конструктивные

разговоры. Да и что-то подгоняло в сторону особняка.

Едва я успел тронуться, ожил мой мобильный. На этот раз вызов был входящим,

номер не определился. Однако нажав принять, я сразу узнал собеседника.

– Никита, здравствуй!—голос моего несостоявшегося тестя звенел взволнованной

струной.– Твои сотрудники оповестили о разрыве наших договоров аренды. Это

какая-то ошибка?!

Я улыбнулся сам себе в зеркало и покачал головой. Павлу нужно было пробовать

себя на актерских подмостках. Изображать из себя невесть что у него отлично

получается.

– Нет, всё верно, господин Цветков,– спокойно произнес я и ждал его реакции.

Она незамедлительно последовала.

– Ну как же так, Ник‘?—«изумлялся» Павел.– У вас с Есенией свои разборки, да и

вполне возможно, вы помиритесь! А мы с тобой давно ведем бизнес. Так дела не

делаются!

Я ощутил боль в кончиках пальцев. Неосознанно, они очень крепко сжимали руль.

– Бизнес?—глухо переспросил я, ощущая, как мой голос наливается злостью.—А

выдать Есению за мать моего ребенка тоже - бизнес? Использовать яйцеклетку ни

о чем не подозревающей женщины‘? И после всего этого ты смеешь мне звонить и

говорить о правилах’? Или ваш с Есенией подельник не оповестил вас о том, что мы

все знаем‘?

На другом конце «провода» слышалось лишь гулкое дыхание. Через несколько

секунд Цветков молча отключился. Что же, он прав—говорить мы теперь будем в

суде.

Ева

Никита уехал отстаивать наши права, а я осталась с дочками. В помощь мой

мужчина пригласил няню, но в итоге та даже не подходила к малышкам. Я

попросила ее лишь приготовить им еду, остальное делала сама. Час шел за часом,

а я все не могла насмотреться, надышаться на моих маленьких.

Я так рада была за Тасеньку, которая ощущала себя счастливой в новой семье, в

доме Ника. Ей так нравилось возиться с Лялей, пока та не спала. Очень

трогательно старшая дочка пыталась проявить заботу. Поправляла малышке

носочки, пыталась с ней играть. Столько восторга было в ее глазах, и мне так

хотелось сказать ей—это твоя родная сестричка. Но пока я чувствовала себя

неуверенно и не понимала, как преподнести старшей такие новости.

Оленьку я старалась даже не выпускать из поля зрения. Пока еще мне нужно было

постоянное подтверждение—она рядом, моя родная. Это не сон. Хотя мне все

время казалось, я сплю наяву. Или наоборот, проснулась от холодного одинокого

сна и вернулась в свой реальный уютный мир. Вернее, мы с Тасей вернулись.

Осталось лишь дождаться вечера и Никиту.

После обеда Ляля уснула, и Таисию я тоже уложила на дневной отдых. Хоть мы и

прогуливаем садик, режим лучше не нарушать. Хватит и того, что вчера она делала,

что хотела. Я оставила няню Алевтину наверху присматривать за маленькими, а

сама отправилась на кухню. Прежде я не особенно решалась хозяйничать в доме, а

сегодня мне захотелось самой сделать ужин для Ника. В холодильнике оказался

хороший кусок индейки, я намерилась приготовить ее с овощами.

Но не успела я выложить ингредиенты, звонок оповестил о гостях. Не на шутку

встревожившись, я узнала на мониторе отца Никиты. Конечно же, Семена Никитича

я не могла не впустить.

– Здравствуй, Ева!—улыбнулся мужчина.– Никита попросил привезти кое-какие

документы. Он решил передать одно помещение под наш клуб. Заняться, так

сказать, благотворительностью. Ольга узнает, будет ворчать...

Последнюю фразу он произнес с усмешкой. Было заметно, он снисходителен к

характеру супруги. Мне отчего-то был приятен их семейный уклад, хоть я и

держалась по отношению к ним настороженно. ведь до конца я так и не понимала–

как они относятся ко мне, моему материнству и желанию Ника разделить со мной

жизнь.

– Будете чай или кофе?
– осторожно предложила я.

Не знаю, нормально ли выглядит мое гостеприимство в доме сына Семена

Никитича.

– От чайку не откажусь, - крякнул мужчина,– и ты со мной почаевничай.

Мы сели за столиком. Я позаботилась о госте, плеснула кипятка и в свою чашку.

Села немного поодаль за светлым столом. Я ощущала скованность.

– Ева, давай начистоту! — Ледянский-старший заметил моё состояние.—Честно, не

знаю, сможете ли вы простить Ольгу. Сможешь ли ты когда-нибудь забыть, что она

была в курсе того, что у тебя отняли дочку. Конечно, она раскаивается! Мы вчера

почти всю ночь проговорили. Но я понимаю, такое не забывается. Просто знай, мы

целиком и полностью на твоей стороне! Любим искренне всю вашу семью!

Глава 24(3)

Мои пальцы слегка задрожали, на глаза наворачивались слезы. Дедушка моей

дочки продолжал.

– Ольга уже подружилась с Тасенькой‚ да и за мной не заржавеет. Будем малую к

спорту приобщать! Она красавица, можно ее в гимнастику отдать и в бассейн. И ты,

Ева... Именно из-за тебя мать Ника поняла, насколько ошиблась в Есении. Твое