Чтение онлайн

удивленными глазками. символично, что именно в этот день Тася решила назвать

Никиту папой. Даже не знаю, как он отнесется к такому. Но малышка чувствует от

него отцовскую заботу.

– Иди сюда, моя хорошая,– улыбнулся Тасе Ник,– сейчас приготовим смесь для

Ляльки, а тебе я сделаю какао.

– Ура! — провозгласила Таська.

Снежный король и принцесса ушли, а я все смотрела на обретенную дочку. Бедная

моя Ляля не знала материнской груди.Отом, чтобы суррогатная мать могла

кормить ребенка, не идет и речи. Я вспоминала другие мелочи, и в голове начинали

рождаться вопросы. Для чего использовали мои яйцеклетки? Кто еще знал? Что

надо мной могли проводить какие угодно манипуляции, я не сомневалась. Я

доверяла клинике, а ко всему прочему меня запугали. Мысленно я уже получила

деньги и приобрела жилье, а меня держали в ожидании и повторяли, я неликвид.

Сейчас мне обидно и больно вспоминать свое бессилие.

Мы покормили маленькую и спустились с ней в гостиную. Тася выпила свою

вкусняшку‚ снова уткнулась в телефон. Пока взрослые «сошли с ума» и позволяют

играть, сколько она захочет, малая пользовалась ситуацией по полной. Я тихонечко

обратилась к Нику.

– Что теперь будет, Никит‘?

Он потер переносицу.

– Теперь мы обратимся к Принцу и узнаем, как можно в короткие сроки переписать

на тебя дочь. Если ты не против, конечно.

Мужчина замолчал, я нахмурилась.

– Я хочу как можно скорее стать полноправной матерью своей дочки!

Ник улыбнулся.

– Тогда, я думаю, не будет никаких проблем. А потом мы докопаемся до истины—

почему так вышло.

Я поежилась. В этот самый момент раздался звонок мобильного Никиты. Младшая

сестра велела ему открыть ворота, чтобы въехал ее автомобиль. Ник удивился не

меньше меня. Всегда занятая детьми родственница практически не бывала в

особняке брата-хоккеиста. Ник открыл, и они вернулись втроем—он, София и их

мама, Ольга Павловна. Я не знала, будем ли мы говорить им новость, и уж тем

более, как они ее воспримут. Однако женщины решили шокировать нас первыми.

– Расскажи им всё, мама,– строго велела Софа, - иначе эта тайна тебя убьет.

Ольга Павловна поправила прическу дрожащими пальцами.

– О чем ты?– Ник посмотрел на сестру.

Но та не дрогнула.

– Это не мой секрет Давай мама, твой сын заслуживает правды.

Ольга Павловна сипло вдохнула, повернулась к Никите.

– Ляля—дочь Евы, Никит, - сдавленно произнесла она.

– Мы знаем,– Ник, было, улыбнулся, но тут же его лицо вытянулось, - а ты что, в

курсе?!

Ольга, не переставая с трудом выдыхать воздух, опустилась на диван. София

поджала губы и встала рядом. Я молчала, хотя вопросов к бабушке моей дочки

назревало много. Но я понимала, диалог с матерью должен вести Никита.

– Прости, сынок!– из глаз женщины выкатились слезы.
– Я хотела тебе только

добра!

– Так!

Ледянский сложил руки на груди. София не выдержала.

– Мама, не тяни резину!

Ольга Павловна тряхнула головой, потом вскинула подбородок.

– Я знала, что тот эмбрион, который подсадят Еве, будет получен из ее яйцеклетки.

Услышала разговор Есении с замом главного врача клиники. Ник, я хотела

сохранить вашу семью!

Никита взялся за виски.

– Какую семью, мама‘?! Расскажи подробно, как всё произошло.

Ледянская с обреченным выражением лица пустилась в рассказ.

– Я была так рада, сынок, что вы поженитесь. У мужчины должна быть семья, чтобы

ему некогда было думать о глупостях! А ты закончил спортивную карьеру, я

боялась, ты пустишься по наклонной, у тебя появятся вредные привычки. Как ты

помнишь, я во всем поддерживала вас, нередко сопровождала Есению в

медицинский центр. После процедур порой она чувствовала себя плохо... В один из

дней она попросила подождать ее внизу в такси. Ее все не было и не было, а у

меня упало давление, и жутко хотелось кофе. Я поднялась, успела выпить чашечку

в местном безалкогольном баре. Еся не звонила, и я пошла ее искать. Медсестры

посоветовали пройти к кабинету ее друга и... Я не хотела подслушивать! Но они

почти кричали. Он уговаривал ее замолчать, но она настаивала—он должен взять

донорские клетки у суррогатной матери.

Мои ноги тоже не выдержали, и я села на край мягкой мебели. Значит, это никакая

не ошибка. Есения решила использовать меня для своих целей.

– Но почему ты не рассказала мне?!—вскликнул Никита.

Из глаз его матери уже вовсю струились слезы.

– Есения упала мне в ноги и просила ничего не говорить. Заверяла, что безумно

любит тебя и боится, ты бросишь ее, как неспособную к деторождение женщину! За

время модельной карьеры она подорвала женское здоровье, но очень хотела

семью. Она клялась, клетки Евы будут использованы лишь в самом крайнем

случае. Поначалу я и не знала, чья на самом деле малышка... Когда ребенок

родился, Есения резко поменяла отношение ко мне.

Глава 23(3)

Ник приподнял брови.

– По-моему, и от тебя особой любви не наблюдалось.

Мать кивнула.

– Я поняла свои ошибки. Есения ни во что тебя не ставила, была равнодушна к

девочке. Я злилась собственной наивности и срывалась на ней, на тебе. А когда

появилась Ева, мне стало совсем невмоготу. Сначала я боялась, что тайна

откроется. Потом увидела, с какой теплотой она относится к малышке, как любит