Чтение онлайн

— Ладно, извини, — отступила я. — Еще созвонимся.

— Ты ради этого позвонила? Ты позвонила не для того, чтобы сказать, каким рейсом возвращаешься и когда, чтобы заняться, наконец, своими обязанностями в нашем магазине?

— До свидания, Клайв, — я повесила трубку прежде, чем он успел сказать еще что-нибудь против. Однако это было загадкой. Если он не говорил Каролю, тогда кто? И что это могло значить? Что одна из див была не совсем откровенна насчет причин своего пребывания здесь? Ну это и не удивительно. Кто-то же из них подсыпал мне наркотик. Надеюсь, не Моргана, но полной уверенности нет. Именно она, по ее признанию, отправилась к Клайву, чтобы выяснить, как меня найти. И вряд ли это была Диана.

«Вёрёш еш Фэхер» на самом деле оказался довольно уютным винным баром. Кароль заказал для меня бокал красного эгерского вина, что стало приятным сюрпризом. Венгерские вина всегда ассоциировались у меня с дешевой выпивкой, которую мне приходилось пить в бедные студенческие годы, но это было очень даже неплохим. Я бы и на ужин с удовольствием здесь осталась. На вид еда была аппетитной, да и пахла очень приятно, но у Кароля на этот счет были другие планы. Мы взяли такси и долго ехали через Дунай, а потом еще несколько миль до ресторана «Ремиц». Место было просто восхитительное: небольшие комнатки с окнами и дверями во французском стиле, милый садик снаружи. На этот раз я без возражений позволила Каролю сделать для меня заказ, раз уж я не понимала, что написано в меню. Для начала он заказал гусиную печень на гренке. Основным блюдом была рыба, нечто под названием «фогас». Как он заверил, эту рыбу можно найти только в венгерском озере Балатон, что-то вроде щуки или окуня. Что бы это ни было, на вкус — просто пальчики оближешь. Вина были вкусными, а десерт — бесподобным. А как только мы разрешили пару спорных моментов, разговор пошел как по маслу.

— Есть ли шанс, что «Молчаливая богиня» расскажет мне, что она делает в Будапеште? — спросил Кароль. — Я же рассказал тебе, почему я здесь.

— Но ты забыл упомянуть об этом, когда мы с тобой были в «Каноэ», — парировала я.

— Не сказал, потому что планы еще не были утверждены. Я звонил тебе рассказать, где буду, как только узнал от работников здешнего музея, что нужный мне человек будет свободен всего дня три-четыре. Я собирался предложить тебе поехать со мной, но тебя уже не было. Не помню, чтобы получал от тебя сообщение. Я подумал, что, несмотря на твои слова, я, возможно, обидел тебя. Тем комментарием насчет наркотика.

— Можешь об этом забыть, — успокоила я его. — Это было очень поучительно. Что же до того, почему я здесь… мне это трудно объяснить, даже себе самой. Пару недель назад я решила, что мне нужно отдохнуть от магазина, мне захотелось поехать куда-нибудь в новое место, куда я еще не ездила. На пляж мне не хотелось. И когда я искала, куда бы взять недорогой билет в самую последнюю минуту, всплыл Будапешт. Мы говорили о нем, и ты так расписал мне красоты этого города, что я забронировала место в самолете и оказалась здесь. Остальная компания, наши дивы, просто увязались следом. Прости, что не сказала тебе. Думаю, все из-за того, что у меня нет уверенности в наших отношениях.

— А я — напротив, — заявил он, — мне бы хотелось еще раз начать все с начала.

— Не знаю, — вздохнула я, наверное, уже в сотый раз повторяя эту фразу. — Возможно, прошло еще слишком мало времени после окончания моего последнего романа. Как ты нашел меня? Тебе Клайв сказал?

В любом случае, сколь ни жаль это признавать, я бы поверила скорее Клайву, чем Каролю, так что это определенно была проверка на вшивость.

— Мне рассказал Фрэнк, — ответил он.

— А он как узнал? — удивилась я.

— Без понятия. Могу только предположить, что ему сообщил кто-то из див. Он же сообщил мне, где ты остановилась. Почему ты не хочешь, чтобы нас видели вместе?

— Да я не против. Просто некоторые из див на данный момент не испытывают к тебе большой симпатии. Ты же уволил Диану? Ведь о ней шла речь в тот вечер в Коттингеме, когда ты сказал, что тебе пришлось уволить человека с ответственной должности, разве не так?

— Вопросами замучаешь, если признаюсь? — сказал он. — Да, я уволил ее, но только, пожалуйста, не спрашивай почему. С моей стороны не слишком уместно рассказывать тебе об этом.

— Она заявила, что ты помешал ей получить постоянную должность в университете, — произнесла я.

— Что?! — удивился он.

— Говорит, что получила докторскую степень и все такое, но ты так красноречиво выступил против нее, или что-то в этом духе.

— Ничего подобного не было. К тому же ты можешь поинтересоваться, где… — он остановился на середине фразы. — Нет, не буду сплетничать. Больше я ничего не скажу.

— А та женщина, с которой ты порвал в тот вечер? Уж не Моргана ли это?

— Это она так сказала? — неуверенно спросил он. — Не люблю я обсуждать любовные связи.

— Я просто складываю дважды два.

— Понятно. Остальные дивы тоже имеют на меня зуб?

— Ничего особенного, насколько я слышала, но они все подруги. Так что если одна зла на тебя, то существует большая вероятность, что и другие тоже.

— Не сомневаюсь, — проворчал он. — Вы, дивы, всегда держались вместе. Послушай, я знаю, что я был из тех, что, как говорится, «поматросил и бросил». Возможно, теперь я расплачиваюсь за это. Но от тебя ушел, потому что чувствовал себя обманщиком. Я уже говорил тебе почему. Больше не собираюсь отвечать на подобные обвинения. Тебе придется самой решать, кому ты веришь: им или мне. Итак, что ты выбираешь? Как насчет Кароля Молнара?

— Я здесь, ужинаю с тобой. Разве не так? — произнесла я. Он пару секунд помолчал, но вид у него был немного грустный, и было отчего. Я не ответила на его вопрос, но пока я этого просто не могла сделать.

— У меня такое чувство, будто я провел последние несколько лет в каких-то поисках. Любви, успеха, своих корней, душевного спокойствия, не знаю, — наконец, нарушил он тишину. — Я кочевал из музея в музей, конечно, с каждым разом работа была немного лучше прежней, но я нигде не задерживался надолго. У меня было много женщин, пока я не женился на Пегги, и все же я не был счастлив. У меня была хорошая работа в Брэмли, мы посещали лучшие вечеринки, но я чувствовал себя притворщиком. Поджав хвост, я вернулся в Торонто без гроша в кармане, прилюдно униженный собственной женой, уволенный из Брэмли, потому что либо не поладил с кураторами, либо по какой-то другой, но столь же нелепой причине. Я говорил, что отец моей жены является председателем совета директоров Брэмли?

Потом, совершенно неожиданно я обнаружил, что все, чего я хотел, все это время находилось здесь. Может быть, Коттингем — всего лишь блеклое отражение Брэмли, но я счастлив. Ты знаешь, что я всегда пытался сделать так, чтобы организации, в которых я работал, отвечали запросам публики. В Брэмли я попытался ввести кое-какие инновации в дизайн выставок, я старался сделать выставки популярными и интересными. А сотрудники, большинство из которых проработали там уже не один десяток лет, постоянно вставляли мне палки в колеса. Правда была в том, что они не хотели перемен. Музей мог обрастать пылью и паутиной, терять популярность, а они бы годами продолжали работать, как и раньше, называя это ученостью, даже если бы люди перестали совсем интересоваться музеем. В Коттингеме все по-другому. Я сказал Кортни и Майору, что хочу построить макет пещеры для детей, чтобы они могли в нем играть, возможно, организовать прямо в пещере игрушечные раскопки, где бы дети могли играть в археологов, ищущих венеру. Идея им очень понравилась. А пожелания Майора и Кортни выполняются безоговорочно. Думаю, мне удастся осуществить несколько по-настоящему новых идей.

А самое главное — после всех лет я снова встретил тебя. Я хочу, чтобы мы снова были вместе. Я хочу держать тебя за руку на людях, ходить на вечеринки, обниматься на заднем ряду в кино, как раньше, и неважно, кто находится рядом. Мне плевать на то, что подумают об этом дивы или кто-нибудь еще. Пока я женат, но скоро разведусь. Так что единственным препятствием для моего будущего являются твои чувства ко мне. Я знаю, что форсирую события, но мне кажется, что я и так потерял много времени.

— Кароль, я очень рада после стольких лет снова увидеть тебя. Честно. И мне нравится быть с тобой. Мне приятно слышать, что в Коттингеме у тебя все в порядке. Но на этом мы пока и остановимся. В моей жизни есть несколько нерешенных моментов, с которым мне нужно разобраться, прежде чем принимать подобные решения.