Чтение онлайн

Эбигейл была мертва. Артур Блейк был мертв. Скай лежал в лазарете. Голодный Драг сидел в загоне, скованный двумя арканами. Вся академия голодала.

И все по моей вине. По моей глупости.

Я отошла к стене и сползла вниз по холодному кафелю. Уселась прямо на пол, чувствуя, как к горлу подкатывает истерика. Груз вины и бремя ответственности так сильно давили на плечи, что невозможно было подняться. Хотелось просто распластаться по земле и никогда не вставать. Стать ее частью. Незначимой, незаметной пылинкой, до которой никому нет дела.

В глазах нестерпимо защипало, и через секунду соленые слезы покатились по щекам. Капли падали вниз с подбородка. Впитывались в воротник белой ученической рубашки. Сейчас я была не в силах их удержать. И радовалась, что вокруг никого нет. Что все студенты отправились на обед, и никто не мог меня видеть.

Я не знала, как смотреть им в глаза. Не знала, как вернуться к учебе. Как заставить себя просто встать с этого холодного каменного пола и сделать хоть что-то.

Когда я узнала о смерти Эбби, я думала, что ничего хуже уже быть не может. Но нет. Оказывается, может. И, возможно, это было еще не самое дно…

Неожиданный громкий хлопок двери заставил повернуть голову и растереть по щекам мокрые слезы.

В уборную вошла Сирена. Кинула на меня косой взгляд и, брезгливо поджав губы, прошла к рукомойнику. Шум воды заглушил мои всхлипывания.

Мне не хотелось, чтобы одногруппница видела меня такой. А тем более – чтобы она как-то комментировала мой жалкий вид. Поэтому я отвернулась, согнула ноги в коленях и уложила на них руки, прикрывая зареванное лицо.

Шум воды стих. Я ждала, что девушка быстро уйдет и оставит меня в одиночестве. Но шагов было не слышно. Кажется, она не собиралась никуда уходить.

– Знаешь… Меня от тебя тошнит! – зло выплюнула Сирена.

Я подняла лицо и увидела, что девушка стоит прямо надо мной. И взгляд ее был еще яростнее, чем едкие слова.

– Так и будешь сидеть здесь и разводить нюни? Натворила дел и побежала рыдать в уголке?

Я сжала зубы. Слезы по-прежнему катились из глаз. Но я не позволила себе издать ни звука.

– И что он в тебе нашел? Слабачка!

В ее взгляде было столько неприязни, столько ненависти, что меня окатило ледяной волной. Даже слезы перестали катиться по подбородку, застыв в уголках глаз.

– Лучше бы тебя отчислили! Или вовсе не принимали в Маджериум! Загонщица хренова!

Девушка резко развернулась, собираясь уйти. Но в последний момент остановилась. Застыла на пороге, вцепившись в косяк двери.

– Ты хоть знаешь, сколько людей сейчас на тебя надеется? – вдруг глухо произнесла она, уставившись куда-то в пол. – Сколько из них верят, что ты, мать твою, возьмешь себя в руки и прекратишь все это?

Я непонимающе моргнула.

– Что?

– То!

Сирена вернулась обратно, наклонилась и резко дернула меня за рукав.

– Поднимайся! Хватит рассиживаться. Жалеть себя и разводить сопли потом будешь! Там в загоне некормленый драггаст, к которому не может подойти никто, кроме тебя. И Рэнкс с Доусли стерегут твою порцию каши, чтобы ты с голоду не сдохла. Так что давай, живо умылась, собралась и пошла в столовую. Или я тебя туда за волосы приволоку!

Одногруппница была настроена весьма решительно. И я ни на секунду не сомневалась, что, если я не послушаюсь, она тотчас исполнит озвученное.

Я неловко поднялась на ноги, опираясь рукой о стену. Сирена показательно отступила, пропуская меня к рукомойнику.

Пришлось несколько раз плеснуть ледяной водой в лицо, чтобы наконец смыть слезы и хоть как-то освежиться. И все равно из зеркала на стене на меня смотрела жутко растрепанная девица с красным носом и такими же красными глазами. Да еще разодранная кожа на шее воспалилась, и теперь черный знак было видно еще четче, чем прежде. Я приложила холодную ладонь к шее, чтобы унять боль. Надеясь, что покраснение хоть немного сойдет.

Сирена, все это время наблюдавшая за мной со стороны, страдальчески вздохнула и, шагнув ко мне, резко сдернула ленту с моих волос.

– Ты что делаешь? – возмутилась я.

– То, что надо! – огрызнулась она. – Закрой эту несчастную руну волосами, да и дело с концом. Ты как маленькая, честное слово.

Я не стала спорить. Расплела косу и перекинула несколько прядей вперед, прикрывая шею. И под пристальным взглядом Сирены покорно зашагала в столовую.

Парни и правда оставили мне еды. А еще наскребли какие-то остатки и обрезки для Драга. Немного, конечно, всего полмиски, но и это в нынешних условиях было очень щедро.

И разумеется, никто ничего не сказал по поводу моих опухших глаз и красного носа. Да и сами парни выглядели не лучше. Осунувшиеся хмурые лица. Круги под глазами. Кажется, не одна я не спала этой ночью.

– Хреново вышло, – сказал Питер, прерывая гнетущее молчание.

– Хреново – мягко сказано! Где, гремлин их раздери, были эти ищейки? Обеспечили они безопасность, как же! – вдруг вспылил Доусли и подскочил с места, полез в карман и достал оттуда медальон. – Маячки нам выдали. Конечно! Отличная, мать его, защита!

Доусли размахнулся и со всей дури швырнул медальон в стену. Тот жалобно звякнул и отлетел куда-то в сторону.

Я вздрогнула. А сидящий рядом Питер мягко обхватил меня за плечи.

– Да все хороши. Думали, весело прогуляемся по ночной академии. А оно… вон как вышло.

– Правильно. Своей башкой надо было думать, а не полагаться на ищеек, – буркнул Фалкон.

Я потупила взгляд. В отличие от остальных, Скай знал об опасности. Чуткая интуиция никогда его не подводила. Не зря он настаивал, чтобы я отказалась от игры. И если бы я сделала так, как он просил… Всего этого бы не случилось.

Я тяжело вздохнула, чувствуя, как комок слез вновь подступает к горлу.

– Я пойду. Драг ждет. – К счастью, у меня был отличный повод уйти.

– Давай провожу. – Тут же подорвался Рэнкс.

– Не надо. Уж с этим я точно справлюсь сама.

Я подхватила со стола миску и направилась к выходу.

– Изабель, – негромко окликнул меня Питер. – Ты бы это… Зашла хоть к нему.

Парень смущенно почесал за ухом, и говорил он отнюдь не о Драге.

– Хорошо, зайду, – пообещала я.