Чтение онлайн

Меня передёрнуло.

Обнаружил себя ходящим по комнате из стороны в сторону. Остановился, здраво рассудив, что так можно и окончательно потерять рассудок. Подобрал кувшин с водой, на дне немного оставалось, я тут же выпил содержимое, а в пустой сосуд сгрёб пепел, вывалил его в камин, вазу сполоснул грязной водой из бадьи. Оделся и вышел, Крэй же на пути из комнаты запрыгнул в мою тень.

Я сделал пару шагов по коридору, чтобы тут же вернуться, сдёрнуть с кровати бельё, зашвырнуть его в камин и поджечь. Ещё раз осмотрел пол. Да весь в трещинах. Да, весь в грязи. Но свернувшаяся кровь не похожа на кровь, а скорее на грязь, от простыней я избавился. Трупа нет, значит пока нет и проблем.

Пора убираться из этого замка как можно скорее!

Вильмах смотрел на паренька мага, что назвался Шэном. Вокруг орали люди, под стенами замка кто-то из его воинов истошно умирал. Во всеобщем шуме кровавой драки Вильмах стоял у самого края столкновения, и рядом с ним стоял тот самый Шэн. И чем больше Вильмах рассматривал юношу, тем больше он ему НЕ нравился.

Вильмах просто не знал, как найти к Шэну подход. А ведь он пытался, поговорил с десятниками, чтобы те были к парню подружелюбнее, и десятники ни раз и ни два за последние дни пытались поговорить с парнем, однако очень быстро сталкивались со стеной холодного молчания. Шэн внимательно слушал их, рассматривал, но редко отвечал что-то, и вообще мало говорил, а если и говорил, то кратко и старался по делу. Парень словно был замкнут в себе, и десятники просто пожимали плечами, они пытались, но ничего сделать с парнем не могли.

А ведь у десятников с Шэном гораздо больше, чем кажется на первый взгляд. Каждый из них был взят Вильмахом на обучение ещё подростком, некоторые ещё детьми. Голодные сироты, или не сироты, которых продали за пару медяков родные. Подростки, если о них заботиться и воспитывать, знают, что такое благодарность и преданность. И десятники Вильмаха были воспитаны правильно, он лично занимался каждым из них, каждому в своё время доверил свой личный десяток бойцов. Они были его оплотом, его опорой, нерушимым звеном, которое выживало после каждой битвы и вновь набирали новобранцев вместе с Вильмахом. Таким десятником главарь планировал сделать и Шэна. Но уже сейчас, глядя на парня, главарь сдался. Никакого капитана из Шэна не выйдет, не выйдет преданного и обязанного ЛИЧНО Вильмаху капитана, а иначе в большом отряде наёмников никак.

На одну из осадных лестниц, приставленную к стене, опрокинули смоляной чан. Оглушительный вопль обожжённых людей. Следом со стены летит факел, и копошащаяся в грязи человеческая масса вспыхнула, вопль перешёл в истошный крик. Защитники замка Сантерра отбивались до последнего. Тут же, из-под стены, арбалетчики Вильмаха спустили тетивы. Тренькнуло на миг яростно, и со стен упали четверо защитников, кто-то сверху едва слышно заскулил. К стене замка приставили новые осадные лестницы, что тяжёлыми железными крюками ухватились за бортик стены. Следующая партия бесстрашных и быстрых воинов полезли наверх. А Вильмах вновь перевёл взгляд на Шэна.

В глубине души Вильмах вновь и вновь старался понять, почему же этот парень не верен ему, почему не испытывает благодарности, почему так холоден к окружающим и так зажат. А ведь он силён, по-настоящему опасен, но это только если его взрастить, превратить в кровожадного и верного воина… вот тогда Шэн может стать настоящей легендой и возможно в будущем занять место самого Вильмаха «Крушителя Черепов» – как его называли в народе.

Вильмах тяжко вздохнул. Вновь вернулся в реальность, и тут же отринул свою мечту. Мальчишка был не его. Этот парень принадлежит только самому себе. И Вильмаху как никогда было жалко потраченных золотых монет. Хотя, конечно, парень был не бесполезен, можно было пихать его в бой, просить зачаровать оружие. Вот в последнем Шэн был мастер, он такое сотворил с доспехом Вильмаха, что теперь руками главарь мог отрывать головы от плеч, а его тяжёлая двуручная булава ощущалась как продолжение рук. Он ещё никогда не был так смертоносен сейчас!

Вильмах смог испытать оружие на патруле стражников Сантерра, что повстречались отряду на подходе к замку. Никогда до это Вильмах не мог проделать подобных трюков… первого выбежавшего на него стражника он вмял в землю сокрушительным ударом сверху, несчастное лицо стража вместе с головой и шлемом вломилось в грудную клетку с хрустом и скрежетом металла. Светлоликий нас храни! Враги встали в ступор, наёмники встали в ступор, на один миг даже сам Вильмах остановился, поражённый новообретённой силой. С тем отрядом они разобрались быстро. Остатки бежали. И вот они захватывают замок.

Первые захватчики из наёмников Вильмаха уже на стене. Самые агрессивные из его парней, орудующие кротким мечом и кинжалом, в одной кольчуге с шлемом, до безумия в головах напоённые отваром из дурманов и грибов, они с бешенным ором врубились в испуганных защитников, скидывая врагов со стены гроздьями, и сами напарываясь на клинки и копья, они всё равно продолжали сражаться.

Вильмах вновь посмотрел на Шэна и вновь тяжко вздохнул. Ему захотелось в этот миг отправить паренька на стену, пусть посражается малость и сдохнет… ведь этот парень как гремучая змея, что засела в штанах и норовится укусить. Парень обладает силой, а управы на него нет. Это сейчас Шэн кажется смирным, а чуть погодя, после десятка сражений, когда каждый из наёмников становится наглым упырком… каким станет этот парень? Да он сбежит от них, не забыв при этом забрать с собой десяток жизней и пару кошелей с деньгами! Уж чём в чём, а в людях Вильмах толк знал.

Чего только стоит жирный барон! Как только Вильмах спьяну заикнулся, что мальчишка маг, а не просто какой-то щенок в его отряде, так барон не спускал с парня глаз пол вечера. Предлагал за него в трое больше, чем отдал сам Вильмах. Шесть десятков золотых! С ума сойти… Вильмах бы продал парня не задумываясь. Однако он задумался. Ведь парень наверняка не согласится, а если он учудит что-нибудь с бароном, если не дай бог взбрыкнётся и покалечит, или даже убьёт дворянина? Что тогда будет с Вильмахом? Парень окажется в казематах, а репутации Вильмаха придёт конец, за ним отправят королевскую гвардию и как нашкодившего пса повесят публично, а весь его отряд посадят на колья, истекать дерьмом вперемешку с кровью. Ему это надо? Нет.

И вот какая странность. Шэн куда-то пропал прошлой ночью. Десятники сказали, что одна из шлюх куда-то увела паренька, сказали, что его не было с ним на общей пьяной оргии, и не приходил он в гвардейские казармы, куда их расквартировали той ночью. Не было его, он исчез, а пьяные похотливые командиры не стали искать. Как и сам Вильмах. Той ночью он отмокал в горячей воде, и отсыпался на широком и очень мягком ложе. Наёмнику нужно всласть насладиться моментом отдыха, потому что у наёмника отдых случается редко. А Вильмах считал себя именно, что простым наёмником. И не признавал сифилисных шлюх и безрассудного пьянства. Он проспал всю ночь глубоким сном.

А утром Вильмах наблюдал как во двор замка, к его отряду, пробирается бледный Шэн, с глубоко впавшими глазами, и на все вопросы отвечающий:

— Я просто не выспался, главарь! Всё нормально.

И вот как после такого ему верить? Как? Вильмах и не верил, и не смотря на зачарованный доспех и прочую пользу, которую может ему принести юный маг, он медленно начинал продумывать, как лучше от него втихую избавиться… разве что денег жалко, но деньги можно ещё заработать, а ядовитую змею из штанов пора вытряхивать и давить сапогом.

А пока Вильмах думал, ворота замка медленно опустились надо рвом, металлическая решётка за ними стала подниматься, и главарь различил за ней двух, крутящих лебёдку, израненных берсерков.

Вильмах тут же скомандовал:

— В бой, ушлёпки!

И остатки диких кабанов нестройными рядами повалили к неожиданно раскрывшемуся перед ним чреву замка. Вильмах тоже обрадовался, заскочил на спину коня, и устремился следом за наёмниками, перед этим осадив Шэна и велев парню оставаться здесь вместе с раненными и той частью десятников, что предпочитали командовать с тыла.