Чтение онлайн

Пратас вернулся к каравану много позднее. Арон ненадолго вынырнул из сна, разбуженный знакомым гулким басом, но в слова вслушиваться не стал.

Глава 10.

На следующий день старший брат Истена подошел к северянину за завтраком, остановился, хмуро наблюдая, как тот заканчивает есть и благодарит стряпуху.

– На пару слов, Тибор.

Нейтон, сидевший неподалеку, поймал взгляд Арона и вопросительно поднял брови, но северянин отрицательно качнул головой. Пратас, при всей своей физической мощи - а наемник был на полголовы выше Арона и значительно шире в плечах - серьезной опасности не представлял даже в настоящей схватке.

Не в первый уже раз мелькнуло удивление, что вся похожесть Пратаса с Истеном заключалась лишь в чертах лица, поскольку телосложением младший брат скорее напоминал Ресана: худощавый и, по сравнению с Пратасом, узкоплечий. Рост, впрочем, у Истена был нормальным для взрослого мужчины, хотя до роста старшего брата не дотягивал значительно.

– Истен сказал, что вы его не тронули, - глубоко посаженные карие глаза Пратаса смотрели цепко, - что ты ему поверил. Он соврал?

– Частично, - они отошли достаточно далеко от костров, чтобы никто не подслушал разговор, но не достаточно, чтобы скрыться от любопытных глаз.
– Мы его не тронули, поскольку я не уверен. Но не могу сказать, что полностью верю в невиновность твоего брата.

– Если ты решишь, что он виноват, и он серьезно пострадает, я этого так не оставлю, - предупредил Пратас.
– Мне плевать, что говорит кодекс.

Арон вздохнул:

– Ну что, по-твоему, мы можем ему сделать? Выпороть разве что. Придется ему пару дней ехать в телеге, а не верхом, только и всего.

У Пратаса на скулах заходили желваки:

– Истен не голопузый мальчишка и не раб, чтобы его пороли.

Арон удивленно поднял брови:

– По кодексу, за стукачество вешают. Тебе такой вариант нравится больше?
– и, не дав наемнику ответить, продолжил.
– Сам не понимаешь, что рано или поздно твой брат серьезно нарвется? Пусть не за это, за другое. С ним не будут разговаривать, его убьют, а ты можешь просто не успеть.

– Истен... он не всегда так себя вел, - сказал Пратас.
– Он скоро успокоится.

Уверенности в голосе старшего брата не было, только отчаянная надежда.

Неподалеку хрустнула ветка, из-за ближнего ряда деревьев появился Рекер. Оказавшись перед беседующими, замедлил шаг, взгляд оценивающе скользнул по обоим:

– Доброго утра, - он кивнул каждому по отдельности.
– Тибор. Пратас.

Арон ответил на приветствие наемника, а киранин промолчал, лишь глянул колюче. Потом отвернулся и зашагал прочь.

Небо, хмурившееся с самого рассвета, решило оправдать свой серый цвет и начало брызгать влажной пылью. Насколько Арон знал местную погоду, осенью подобный дождь мог длиться сутками: то припуская почти ливнем, то делая недолгие паузы, позволяя людям начать надеяться на солнце и вновь разбивая эту надежду. После недели подобного холод и снег становились радостью даже для южан.

– Мерзкая погода, - сказал Рекер, оставшийся стоять рядом с Ароном. Провел рукой по лицу, стирая капли дождя.
– Дома скоро снег ляжет, а здесь еще пару месяцев слякоть терпеть.

Арон неопределенно хмыкнул. Дома. В этом мире его дом тоже находился на севере, хотя и не таком отдаленном, как у Рекера. Дом, в котором он прожил всего месяц, но куда хотел бы вернуться вместе с сыном. Замок Тонгила.

Вскоре послышался привычный уже скрип повозок, тронувшихся в путь, перестук копыт, говор людей. Южный ветер, дувший не первый день, сейчас нес дождь. Широкий капюшон не спасал, влага текла по лицу, пропитывала одежду, заставляя ту противно липнуть к телу. А так, за исключением дождя, день шел как обычно. Отличалось только поведение Пратаса: он постоянно держался рядом с братом, не оставляя того в одиночестве даже на краткое время, и на всех, кто подъезжал слишком близко, смотрел с хмурым подозрением. Истен же почти не поднимал голову, избегая встречаться с окружающими взглядом, и, насколько видел Арон, даже с братом не перемолвился больше, чем парой слов.

На привале во время ужина к северянину подошел мажонок. Протянул руку и сказал достаточно громко, так что сидевшие недалеко стражники должны были расслышать:

– Это ваше, вы потеряли, - и в ладони Арона оказался... обычный галечный камень.

– Верно, - пробормотал мужчина и сунул камень в поясной мешок.
– Мое, должно быть.

Рикард тем временем сел рядом, поставил собственную миску с варевом на колени.

– О вас говорят, - сказал негромко.

– Хм, - Арон, не торопясь, жевал кусок лепешки. Купец не поскупился на заклятие от порчи, лепешка казалась мягкой, словно только из печи. Только вот вкус из-за заклятия, увы, ухудшился.

– Говорят, на пиратах Кашимы много крови, - упрямо продолжил говорить Рикард.
– Также много, как на Темных магах. Еще говорят, что через шесть дней мы будем проезжать мимо монастыря Солнечного. Там всегда есть жрецы, которые имеют право принимать клятвы.
– Арон повернулся к нему, приподнимая брови. Мажонок смотрел серьезно, без тени злорадного предвкушения, которое ожидал увидеть мужчина.

Северянин, наконец, проглотил последний кусок лепешки:

– Любопытно.

– Я мог бы пригодиться Кашиме, - голос мальчика упал до шепота.
– Возьмите меня с собой, когда будете уходить.

– Ты так уверен, что я из морских разбойников?
– с любопытством, таким же негромким тоном, уточнил Арон. Мальчишка не ответил, только глянул недовольно. Явно было, что считал именно так.

– Я слышал, как Пратас уговаривал брата уехать из каравана, - снова заговорил мажонок.
– Тот отказался.

– Интересно, - сказал Арон задумчиво и добавил: - Узнай, кто действительно меня подставил.

– Я постараюсь, - и мальчишка перевел все свое внимание на похлебку и лепешку.

Пятый день пути закончился обычно. Пролетел, не отмеченный ничем интересным, шестой, потом седьмой...

А вот на восьмое утро Арон проснулся с ощущением надвигающейся опасности. В воздухе висело напряжение, давило на плечи, словно пытаясь пригнуть к земле. Первой реакцией Арон было потянуться к оружию, но чутье подсказало: опасность еще не здесь. Не в людях вокруг, не в лесу по обе стороны дороги... Взгляд заскользил по каравану - повозкам, людям; раздулись ноздри, вбирая запахи. Но и обоняние не спешило помогать.

Утренние сборы, завтрак, начало дороги... Арон в который раз окинул взглядом караван в надежде на подсказку. Но все казалось нормальным. Вот Ресан о чем-то расспрашивает Рекера, вот Венд прямо на ходу вытачивает из маленького полешка какую-то фигуру, вот Истен и Пратас о чем-то разговаривают, и видно, что обоим тема разговора неприятна, вот Нейтон подъехал к купцу и что-то торопливо говорит, а тот все больше мрачнеет... Хм. А вот септ отъезжает от хозяина каравана, вот тот жестом подзывает к себе старшего приказчика, произносит всего несколько слов и лицо помощника становится таким же мрачным, как и у самого Тлуша...

– Делаем привал!
– крикнул старший приказчик. Люди начали переглядываться, не понимая причины остановки.
– На ту поляну, что впереди.

Арон направил коня к Нейтону, вновь ехавшему немного в стороне, краем глаза заметил, что к ним приближается охранник из другого десятка, киранин по имени Анбас. Оказавшись вблизи, спросил вполголоса:

– В чем дело?

Нейтон не ответил, тоже наблюдая за приближающимся Анбасом.

– Что это значит, Нейтон?
– также негромко, как Арон до этого, спросил киранин. Стало быть, тоже заметил беседу между наемником и купцом.
– Впереди засада?