Чтение онлайн

*Цзинь-цзинь*

На пункте охраны раздался сигнал, и, с неохотой покинув духовный мир, один из студентов впустил посетителя. Им оказался крайне известный в университете призыватель.

— Снова спускаешься прохладиться, товарищ Шу? — подмигнул юноше охранник.

То, что знаменитый Пандора посещал Бездну каждый день, было открытым секретом внутри основного кампуса. Многие связывали его необычную привычку с особенностями дара, но сказать наверняка никто не мог.

— Ха-ха, не угадали. Сегодня хочу попробовать прорваться, так что пожелайте мне удачи, — рассмеялся Шу Бао, пребывая в замечательном настроении.

С личностью юноши проблем не было, так что после короткого обмена любезностями охранники выдали ему браслет с таймером и пропустили в магический источник.

— К слову, разве оба его элемента не должны быть на пике уровня? — почесал затылок один из студентов, когда призыватель уже скрылся в глубинах Бездны.

— Это только предположения, основанные на боеспособности Пандоры. Не будет же он прорываться на высокий уровень после первого же года в основном кампусе? — пожал плечами его товарищ и вернулся к культивации.

Первый студент немного подумал и тоже выбросил вопрос из головы — даже если юноша пробьется на высокий уровень, их этим не удивить. Как охранники мощнейшего в Азии источника, ребята каждый месяц поздравляли новых магов высшего.

Тем временем Шу Бао легкой походкой спускался в Бездну.

Все лето он был занят подчинением звездочек, работой в Логове и строго ограниченными по времени тренировками духовных границ (с активной помощью некой волшебницы духа). Благодаря арене и ежедневным визитам в источник, его элемент призыва креп даже в период культивации ветра, а пару дней назад плотно уперся в барьеры уровня.

И вот, со спортивной сумкой на плече, юноша круг за кругом приближался к максимально доступной ему глубине. После прорыва в уровне и духовных границах он мог добраться до платформы с 360-кратной концентрацией элементов — потрясающие условия для подтягивания отстающего призыва.

Достигнув намеченной платформы, Шу Бао разложил перед собой три галактических жилки. Души в этот раз решил не использовать, поскольку это 300 миллионов практически на ветер — новых заклинаний не появится, а усиление лишь десятой части от будущих звезд много энергии не даст.

— Ну, начнем, пожалуй.

Юноша впитал энергию из первой жилки и приступил к прорыву.

Условия по сравнению с прорывом ветра были в разы лучше, но после 12 часов противостояния барьер так и продолжал стоять.

Не слишком удивленный таким поворотом, Шу Бао быстро восполнил энергию с помощью Бездны, впитал вторую жилку и приступил к новой попытке. На этот раз юноше удалось сломить сопротивление, и прекрасная галактика из тысячи звездочек — почти втрое больше стандартного числа — раскинулась в его духовном мире.

— Ха-ха-ха, вот теперь-то денежки потекут!

Запасная жилка тут же была отправлена назад в сумку, а освободившаяся энергия прорыва — на усиление Монетки. Последний год мышка тайно культивировала в Бездне вместе с хозяином, достигая невероятной для химеры вроде нее скорости развития. Энергия прорыва толкнула зверька на самый пик ранга вожака.

— Пи, пи… пи! (Те, кто ползал с нами, пока мы были никем… пристегнитесь, мы взлетаем!)

— Именно так! — согласился с питомицей Шу Бао. — Начнем с твоей новой операции для прорыва к главнокомандующему.

— Пи-пи… (ah shit, here we go again…)

— Ага, а потом поедем в город Бо, чтобы надавать лещей полковнику Цао. Я тебе о нем рассказывал, из всех мудаков земного измерения… — юноша прервался на полуслове, заметив происходящее вокруг.

Платформу, на которой они с Монеткой сидели, озарил потусторонний свет, что с каждой секундой становился все ярче. Исходил этот свет от всей поверхности тела Шу Бао.

— Тц. Проблемнее, чем я ожидал, — нахмурился юноша.

Профессор Стейн предупреждал, что с увеличением числа звездочек дисбаланс элементов будет лишь усиливаться, так что превращение в фонарик не стало для Шу Бао полной неожиданностью. Покопавшись в спортивной сумке, юноша вытащил оттуда плотный черный балахон и укутался в него с ног до головы.

После этого он попытался контролировать частички призыва внутри себя, но с удивлением обнаружил, что их численность стремительно растет. Словно кто-то воткнул шланг для полива огорода в задницу лягушке, плотный поток частичек быстро заполнял его тело, с каждой секундой все ускоряясь.

Волосы юноши встали дыбом.

— Ой не нравится мне это…

Пальцы Шу Бао молниеносно набрали номер Профессора Стейна. Одновременно с этим он почувствовал странную засасывающую силу, что тянула его непонятно куда и с каждым мгновением все сильнее.

Несколько долгих секунд спустя гудки прекратились, и из телефона послышался заспанный голос Профессора:

— Алло, Шу Бао? Что у тебя там стряслось? Парень, ты меня слышишь? Алло?

Но ответом ему было лишь тихое завывание ветра, что дул откуда-то с глубин Бездны. Телефон сиротливо лежал на платформе для культивации, в то время как его хозяин ошалевшими глазами рассматривал пейзажи иного измерения.

На него не менее ошалевшими глазами смотрела стая волков, пытаясь понять, откуда в их угодьях взялось такое странное двуногое существо.

— Ну п****ц. — глубокомысленно изрек юноша.

Несколько дней спустя.

Мин Тай только что закончил вводную лекцию у первокурсников начального кампуса, и наслаждался редким моментом отдыха.

В этом году к ним поступило целых 23 призывателя, привлеченные ошибочными слухами о низкой конкуренции в Императорском. Это было отличной новостью для факультета, но все же настроение мужчины было пасмурным.

— Мог бы хоть предупредить, что не придет. Засранец неблагодарный, — ворчал заведующий, поминая добрым словом своего любимого-нелюбимого ученика.

На открытии в основном кампусе он, как и планировалось, объявил студентам о выпуске Шу Бао. Те были поражены новостью, мотивированы культивировать усерднее и в то же время горды, что их факультет породил такого исключительного гения.

Единственное «но» — виновник торжества так и не явился, чтобы дать пару напутствующих слов товарищам по факультету. Многие восприняли это как пренебрежение с его стороны, и даже Мин Тай стал невольно задаваться вопросом, не зря ли все это время покрывал проблемного студента.