Чтение онлайн

— Мама!

— Ах, Исида… моя милая дочь.

Осирис выскользнула из объятий мужа и прижала девушку к себе.

— Но… как?..

— Не знаю. Механическое тело внезапно стало прежним… когда заметила, уже выглядела как раньше. И я тут же захотела увидеть маму…

Слёзы переполняли глаза Исиды. Когда Осирис посмотрела на лицо девушки, глаза той тоже влажно заблестели.

— Ах… Исида!

Царица снова крепко обняла дочь. Словно убеждаясь в её существовании, она вновь и вновь проводила рукой по спине Исиды. А затем Осирис взглянула на лицо своего мужа, фараона.

— С Нами случилось то же самое. Когда Мы заметили, уже вернулись к жизни в пирамиде. Как и почему… Нам неизвестно, но…

Люди один за другим выходили из города. Те, кто прежде являлся нежитью, хлопали друг друга по плечам и, весело смеясь, бежали по пустыне.

— Все… спасены…

— Да… это чудо… невероятно…

Слёзы радости переполнили глаза Осирис. Но когда они упали на песок, то земля задрожала.

— Э? Это…

В следующий миг ударная волна накрыла людей, свалив их с ног. Осирис, Исида и фараон тоже упали на траву.

— Землетрясение?!

Исида указала на город.

— Мама, некрополь!

Они увидели, как начал рушиться дворец. А затем и здания города, поглощённые песком, стали падать одно за другим. Зелёный луг вновь преображался в пустыню.

— А-а-а! Наш город!

— Кто-нибудь! Помогите!

Скорбные голоса раздавались отовсюду. Но внезапно они умолкли.

— Ч… что это?!

Тела людей стали разрушаться. Их кожа мгновенно сгнила, и плоть начала отваливаться. И под ней показались каркасы нежити.

— Н-нет! Помогите, помогите мне!

Люди, чьи тела разваливались, искали спасения у Осирис.

— А-а-а… Осирис-сама! Прошу вас! Моё тело… те-е-е-е-е-е-ело!

— Хи-и-и-и-и-и! Осирис-сама! Осирис-сама!

Продолжая обнимать Исиду, царица ошеломлённо смотрела на происходящее.

— Ма… мама…

— В-всё в порядке. Не бойся, Исида. Я…

Лицо дочери, которую она прижимала к себе, стало разрушаться. Прекрасное лицо, достойное богини красоты, пропало, и на его месте показалась гладкая металлическая маска без каких-либо индивидуальных черт.

— И-Исида…

— Ма… ма-а…

Плоть отслаивалась и от тела, возвращая форму нежити, состоявшую лишь из каркаса.

— И… Иси-и-и-ида! — прогремел крик Осирис. Однако распад не останавливался. Не только плоть, но и тело нежити, которое должно быть бессмертным, начали разрушаться. Металл ржавел и отваливался кусками.

— Любимый! Любимый, помоги…

Лицо фараона, на которое она взглянула, оказалось металлической маской.

— Не-е-е-е-е-е-е-ет!

А затем у нежити, хранившей душу фараона, сломались суставы, и, став обломками, она рухнула на песок.

— Стойте! Прошу! Моя дочь! Фараон! Так я не смогу вас оживить! Ради всего святого, сто-о-о-ойте!

Однако её молитвы канули в Лету. Все жители, даже нежить, наполненная душами Исиды и фараона, заржавели и разрушились. А затем развеялись по ветру.

Тёплое тело, которое она только что обнимала, уже было не найти. Заржавевшая нежить превратилась в пыль, не отличавшуюся от песка. Осирис подумала, что найдёт в этой пустыне все песчинки, которыми стали её муж и дочь. Однако царица понимала, что это невозможно.

Из-за такой внезапной несправедливости сожаление о том, что она не смогла ничего сделать, забушевало внутри неё.

«Как же мне расправиться с этим чувством сожаления?»

Когда она подумала так, наполовину зарытый в песок короткий меч попал в её поле зрения. Церемониальный клинок, инкрустированный драгоценными камнями. Однако с его помощью можно было разрезать кожу и плоть, перерезать горло или даже пронзить сердце.

Осирис взяла меч и направила на собственную грудь.

— Любимый… Исида. Я последую за вами.

А затем без колебаний вонзила клинок. Острое лезвие разрезало мягкую кожу и вошло по самую рукоять.

Однако ничего не случилось.

Не было даже боли.

— Нет…

Вытащив клинок, она ударила в живот. Затем в другую часть груди, а потом в шею.

Осирис не могла умереть.

Тело Деус экса не позволяло ей даже убить саму себя.

— С такой болью… я должна жить… вечно?

Осирис выпустила клинок из рук. У неё даже не осталось сил, чтобы вытереть безостановочно льющиеся слёзы.

«Пожалуйста. Кто-нибудь… убейте меня».

— У-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!..

Над головой испустившей крик Осирис висела луна.

— …А?..

В небе расстелилась не синева, а ночь. Заплаканное лицо царицы напряглось.

— Ну как тебе эти грёзы?

Серебряный доспех сиял, купаясь в лунном свете. А на его распахнутых крыльях магические узоры переливались великолепными цветами, словно в калейдоскопе.

— Сейчас… да что… ты…

— Перестройка сердца, — прошептала женщина, носившая прекрасный магический доспех с крыльями бабочки.

— ?!

— Миг, когда счастливый сон превращается в кошмар, великолепен. Не так ли, Осирис?

Лицо Деус экса исказил гнев.

— Как ты посмела… да как ты посмела сделать такое?!

Слёзы печали превратились в слёзы ярости.

Пошатываясь, Осирис поднялась на ноги и с ненавистью в глазах уставилась на противника.

— Кто… ты? Чтобы я и не заметила тебя…

В то же время упавшие на песок Грейс и Квартум пришли в себя.

— А?.. Э-э? Я…

Проливая слёзы, Грейс осознала, что лежит на земле.

— Нээ-сама, Нии-сама?..

Девушка приподнялась и увидела такое же изумление на лицах Квартума.

— У… ах? Я… что я делала?..

Элма удивлённо наклонила голову, а Клэйда оглядывалась по сторонам, словно что-то искала.

— Хм? Э, дети…

— Выступление…

— А? О чём ты говоришь? Важнее еда… э-э?

По всей видимости, мысли Лунорлы и Рамзы тоже спутались. Их всех вытащили из мира грёз, в котором они находились до сих пор.