Чтение онлайн

— Значит, это тоже дело рук Деус экса… да?

Взмахнув блестящими розовыми волосами, Грейс повернулась на месте.

— Не знаю. Но мне остаётся лишь вернуться в некрополь, — девушка расправила крылья за спиной. — А затем уничтожить источник этой силы. Клэйда, Элма. Следуйте за мной.

Уже собираясь взлететь с балкона, императрица внезапно остановилась.

— Или скажете, что это безрассудно, и остановите меня?

Парочка рефлекторно обменялась взглядами и бесстрашно улыбнулась.

— Хи-хи, если Грейс-сама с самого начала берёт нас с собой, жалоб не будет.

— Это честь сопровождать вас.

— Хм. Как и ожидалось от Квартума.

Крылья Короса засияли, и Грейс взлетела с балкона, словно выпущенная пуля. И экипировавшие магические доспехи Клэйда с Элмой последовали за ней.

Три летевших над пустыней огня направились к некрополю, в котором их ожидала Осирис.

Это царство медленно приближалось к смерти.

Однажды они заполучили материю, которая стала энергией, приведшей этот мир в движение.

— Люди! Смотрите на сияние этого солнца. Именно оно бесконечная мощь, которую Мы [10] призвали из иного мира! Это сияние осветит всю нашу родину и дарует ей вечное процветание.

Люди возрадовались громко провозглашённым словам фараона. А затем он поднял сияющую сферу в воздух.

Снизошедшее на землю светило. Руда, призванная из другого мира силой фараона. Она имела круглую форму, выглядя как само солнце. Излучая жар, эта материя продолжала гореть. Вскоре же она стала выгоревшим и утратившим свет камнем. Но через небольшое время снова восстановила своё сияние. Безграничная мощь, повторявшая цикл смерти и воскрешения. Она должна была стать энергией мечты для мира Осирис.

Однако мечта превратилась в кошмар.

Излучаемые этой мощью волны медленно изгладывали тела живых существ. Причина была не ясна. Но в какой-то момент дети перестали рождаться, а растения — всходить. Пышные леса и поля превратились в пустыни.

Но больше всего эта материя повлияла на фараона, который призвал её. Его выносливость снизилась, он даже не мог подняться с кровати, а метод лечения всё не находился. Предчувствуя смерть, фараон вызвал Осирис и Исиду к себе.

— Вскоре Мы покинем этот мир. Возможно… это кара за то, что Мы призвали солнце иного мира, протянули руки к тому, к чему люди не должны прикасаться… Оставляя вас и направляясь в мир мёртвых, Мы беспокоимся, но…

— Любимый… мой великий фараон.

Осирис зарыдала из-за стоявшего на пороге смерти мужа.

— Отец… мать…

Юная принцесса не понимала, что случилось. Однако из-за печали родителей ей тоже стало грустно.

— Осирис, Исида… выживите. И… если это будет в ваших силах…Мы хотим, чтобы вы спасли… этот мир… и его людей…

— Да, непременно… непременно! Только не умирай!

Ради спасения умирающего владыки люди начали возводить строение из огромных камней. Гигантская пирамида ради фараона, царицы и принцессы. Это было попыткой оставить доказательство их существования, а также действом в поисках способа выжить.

Камень в этом мире сам по себе являлся интегральной схемой. Если вырезать на нём программу, он будет выполнять действия в соответствии с инструкциями. Сложив множество камней друг на друга и организовав гигантский обрабатывающий массив, люди сконструировали особую магическую систему.

Она предназначалась для циклического погружения фараона в состояние клинической смерти и оживления спустя определённый промежуток времени.

Однако их желания канули в Лету, ведь свет жизни фараона погас.

Они не успели возвести пирамиду вовремя. Тем не менее люди кое-как смогли преобразовать душу правителя в данные и сохранить их в кукле. Получившееся создание вообще не напоминало фараона при жизни, больше походя на механическую мумию. Эту куклу назвали нежитью.

Когда фараон умер, его жена Осирис взошла на трон. Погрузившуюся в скорбь царицу, её единственную дочь и народ их страны ждала ещё более суровая судьба.

Следующими жертвами материи иного мира стали слабые здоровьем старики и дети. Объединив усилия, учёные пытались узнать причины случившегося и меры противодействия, однако так и не смогли найти эффективный метод.

Они позволили фараону умереть, но по крайней мере должны были защитить царицу и принцессу. Благодаря силам всей страны пирамида оказалась завершена с изумительной скоростью.

Эта конструкция даровала царской семье срок жизни, превосходящий человеческий.

Однако она лишь оттягивала момент смерти. Пирамида являлась гигантской магической системой, предназначенной для того, чтобы выиграть время. Учёные отчаянно продолжали свои исследования, пытаясь достигнуть настоящего воскрешения, настоящего бессмертия.

И так миновало несколько столетий.

Каждый раз, когда царица с принцессой погружались в длительный сон, а затем просыпались, они видели, что падение популяции и опустошение мира прогрессировали.

Переместив свои души в бессмертные машины, люди кое-как избежали смерти. Отныне они ждали возможности воскрешения, которая когда-нибудь возникла бы.

Когда Осирис заснула уже в который раз и вновь проснулась, вокруг никого не оказалось. Даже дочь, которая должна была спать рядом, пропала.

— Кто-нибудь… есть здесь хоть кто-нибудь?

Осирис искала Исиду, которая поддерживала её сердце.

— Исида?!

Но то, что она нашла, являлось полностью изменённой фигурой дочери.

Царица отыскала оставленную учёными запись. В ней говорилось, что терзавшаяся от отчаяния Исида покончила с собой, приняв гибель нации. Однако слуги запечатали её душу в бессмертную машину. В ту, которая сейчас находилась прямо перед Осирис.

— Почему… Исида?

Изнурённая дочь не смогла заснуть и вот так закончила свою жизнь.

Скорбь охватила царицу. Следом за мужем ушла и её драгоценная дочь.

С тех пор как она засыпала в последний раз, прошло десять тысяч лет.

Здесь остались лишь пирамида и дворец, сделанные из редких камней, да некрополь вокруг них. Всё остальное стало песком, а мир превратился в место, где больше не было живых людей.

Выжили только машины, без устали продолжавшие самовосстановление и самосовершенствование. Никто больше не мог подтвердить результаты или порадоваться им. В мире, где лишь они продолжали работать и настойчиво перестраивать тело царицы, лишь одно создание могло оценить плоды их труда.