Магическая ярость
Шрифт:
Однако Полубоги были правы, что Локи придет за мной снова, хотя только Пакстон знал, чего хотел от меня принц демонов. Когда это случится, я не хочу, чтобы мои друзья попали под перекрестный огонь.
Я вкратце объяснила Елене и Нэту мою текущую ситуацию. Я не могла рассказать им всего ради их и своей собственной безопасности. И они сообщили мне, что Одна-восьмая и ее команда были заперты в камере для дальнейшего расследования. Если их признают виновными в сотрудничестве с демонами с целью проникновения в Академию, как и их подруга Бритни, они пострадают от серьезных последствий, таких как потеря головы.
Доминионы были безжалостны, когда дело касалось предателей.
Мои Полубоги ничего не говорили о расследовании, но потом все произошло так быстро, и у нас появились проблемы поважнее.
— Мой мир стал лучше без Одной — восьмой и ее головорезов, — сказала Елена, глубоко вдыхая свежий воздух.
— Девочки, вы слышали о новом правиле? — Спросил Нэт.
— Какое новое правило? — Спросила я, ерзая. — Зачем им нужно больше? У них и так больше тысячи гребаных правил!
Я пропустила многое из того, что происходило в Академии, пока меня таскали туда-сюда разные силы, в основном злые.
— Говори тише, когда ругаешься, как матрос, — шикнула на меня Елена.
— Они отменили правило разделения между двумя академиями, — сказал Нэт, многозначительно посмотрев на меня. — Теперь ты можешь навещать своих старых друзей так часто, как захочешь. Ты можешь пойти пообедать в их кафе, а они могут прийти в наше. Я думаю, твои Полубоги сделали это для тебя. Ты хорошо на них влияешь.
Нэт был доволен этим новым правилом. Я думаю, он был влюблен в Джаспера. Он хотел потусоваться с оборотнями в прошлый раз, когда мы ужинали вместе, но я утащила его и Елену, боясь, что Зак и Пакстон заглянут ко мне и устроят сцену после того, как Аксель и Гектор открыто заявили свои права на меня публично.
Правила устанавливали Полубоги. Они правили своей половиной Земли вместе с Аресом. Обычно они не вмешивались в дела академий, но они изменили это правило для меня, чтобы я могла навещать Джаспера и Цирцею в любое время, когда захочу. Тепло разлилось в моем сердце.
Я усмехнулась.
— Я всегда оказываю хорошее влияние.
Елена выгнула бровь, глядя на меня.
— Зависит от того, на кого ты влияешь.
— В основном на Гектора, — призналась я. — Он милейший парень. Интересно, почему люди его боятся. Я этого не понимаю.
— Конечно, — усмехнулся Нэт. — Он тоже мой любимый Полубог.
— Ты сказал, что Полубог Смерти был самым жестоким, и что не так давно он был даже хуже, чем Полубог Моря, — фыркнула Елена и щелкнула пальцами. — Ты меняешь свое мнение быстрее, чем это.
— Эй, — сказал Нэт, бросив на свою подругу детства неодобрительный взгляд. — Полубог Гектор оказал мне честь. Он заявил в зале Бриджуотер: «Этого Нэта следует поощрить». Разве ты этого не слышала? Все это слышали. — Он ударил себя в грудь. — «Этот Нэт», о котором он говорил, — это я!
Гектор действительно сказал это после того, как я неловко сказала ему, что Нэт настаивал на том, чтобы мы ели больше овощей.
Елена закатила свои серые глаза.
— О, пожалуйста.
Я усмехнулась.
— Вы двое похожи на старую супружескую пару.
Вскоре мы прошли мимо розового двухэтажного здания женского общества, построенного на пожертвования из старых семейных денег Деметры. Естественно, Деметра и ее компания были включены в элитный клуб. Ходили слухи, что Деметра вела активную кампанию за то, чтобы стать следующим президентом Женского общества. Как будто это могло помочь ей залезть в штаны к Полубогу.
Но я знала, что она никогда не оставит попыток.
Теперь она была взаперти. Я бы поинтересовалась у Акселя об успехах допроса. Он был бы более склонен раскрыть мне секретную информацию, поскольку он был горячей головой и им легче манипулировать. И он был примерно моего возраста.
В трех кварталах от кирпичного дома, на котором был отпечаток грязных денег семьи Деметры, стояло невысокое строение лилового цвета, где находился наш тренировочный зал.
По настоянию Елены мы пришли на занятия боевыми искусствами примерно на десять минут раньше. Она была нервной и ненавидела опаздывать и выделяться из толпы.
Я сделала глубокий вдох, чтобы успокоить сердцебиение, когда мы втроем трусцой направились к зданию.
В последний раз, когда я посещала занятия, Пакстон заставил Джека избить меня до полусмерти на ринге. В конце концов, я сбежала и встретила своего Гектора.
Джек навсегда исчез из поля зрения, так как я подбросила его к потолку в последнюю минуту.
С тех пор Пакстон и пальцем меня не тронул. Вместо этого он теперь выдавал себя за «защитника» моей тайны. Он даже убил первокурсницу за это.
Он также сражался с Богом, чтобы защитить меня, и получил ранения. Я не знала, как вести себя с этим новым Пакстоном, поэтому изо всех сил старалась избегать его. Но куда бы я ни пошла, он всегда был рядом, как большой волк, который не отказывается от своей охоты… или от угощения.
Я надеялась, что сегодня его не будет, но у меня было плохое предчувствие, что он будет там. Игнорировать его становилось все труднее, особенно когда его присутствие постоянно напоминало мне о моем темном происхождении и о том, что я живу в долг.
Я должна была признать, что время от времени какие-то убийственные мысли все еще просачивались в мои мысли. Но как только я желала ему зла, боль расцветала в моей груди.
Несмотря на то, что когда-то я считала его своим заклятым врагом, глубоко внутри я отрицала всякую мысль об убийстве Полубога Моря.
Мы вступили на дорожку, обсаженную дубами. Приглушенный золотистый солнечный свет просачивался сквозь их бледно-зеленые листья и падал на их изогнутые ветви.
Вглядываясь в очертания класса в конце дорожки, я собралась с духом.
— Давайте посмотрим, какое дерьмо эти сучки собираются вывалить на нас сегодня на уроке боевых искусств, — сказала я. — Я надеюсь, что они уже выпустили Одну — восьмую. Я планирую выбить из нее все дерьмо за то, что она таскала тебя за волосы.
Деметра вырвала клок волос из головы Елены, когда в прошлый раз за волосы повалила мою подругу на землю. Елене пришлось коротко подстричься из-за этого.
— Ее задница моя, — прошипела Елена. Она была нежной душой, но Академия превратила ее в сталь.