Чтение онлайн

— Простите, что получается? — пропищала Вэнди.

Но до меня уже стало доходить. Корчить рожи для гаргулий было чем-то вроде приветствия, скажем, как наше рукопожатие. Я тоже состроил гримасу: засунул пальцы в рот, раздул щеки и сказал: «Привет!»

— Меня зовут Гриммак. Я уже давно наблюдаю за вами. Теперь вы должны следовать за мной, и немедленно. Нельзя терять ни минуты. Если охота начнется без нас, то мы не сможем их остановить! — Гаргулья хихикнул и шлепнул себя рукой по губам. — Нельзя разговаривать так громко. Нас могут услышать враги. — Он по-петушиному завертел головой и внимательно осмотрелся.

Затем гаргулья повернулся к нам спиной и начал осторожно подниматься на стену, показывая, куда ставить ноги и за что держаться руками, если мы последуем за ним. Но мы не полезли на стену и даже не пошевельнулись. Когда до него наконец-то дошло, он прекратил свое восхождение и стал спускаться обратно.

— Я уверена, просто готова поспорить, что он вовсе не на нашей стороне. Сейчас гаргулья спускается за нами. Вот увидишь! — прошептала Чокнутая.

— В чем дело? Надеюсь, вы не боитесь высоты? — добродушно спросил Гриммак и начал чесать ногой свою огромную голову, будто пытался найти себе полезное занятие, пока мы решали, что ему ответить.

— Он хочет заманить нас наверх, на эту проклятую стену, а затем удерет, оставив нас торчать там, пока мы не свалимся и не разобьемся вдребезги.

— Прекрати, Чокнутая! Разве ты не помнишь слова чайника о том, что друзья живут в самых неподходящих для этого местах. Ты можешь найти более неподходящее место, чем это?

К счастью, гаргулья не обиделся. Совсем наоборот. Добродушно посмеиваясь, он во второй раз начал карабкаться вверх по стене.

— Просто повторяйте мои движения. Поняли? Это вполне безопасно.

Мы последовали за ним. А что нам еще оставалось?

— Не торопитесь. Следите за моими руками. Будьте внимательны!

— Я не могу идти, Билли! Мне так хочется домой! — пропищала Чокнутая.

— Мне тоже хочется послать тебя… домой. Я устал в ответ на твое бесконечное хныканье повторять одно и то же. Ты не можешь отправиться домой! Лучше смирись с этим.

— Правильно. Вот так, — подбадривал Гриммак.

Это было трудное, опасное восхождение. Я не хотел бы повторить его ни за что на свете.

Мне навсегда запомнились сухие, покрытые похожей на соль пылью камни этой стены, четкий рисунок ее кладки. Я хорошо рассмотрел его, когда, плотно прижимаясь к стене, поднимался наверх. Даже сейчас я буквально ощущаю то невероятное напряжение в руках и ногах, когда все вспоминаю. Судорожно глотая воздух, поднимаю сначала руку. Справившись с охватившей меня нервной дрожью, тяну ее, пытаясь за что-нибудь ухватиться. Затем переставляю ногу. Она вдруг срывается, и я, обдирая о камни колени и локти, изо всех сил стараюсь удержаться от падения. Нога беспомощно повисает в воздухе, не находя опоры. Я начинаю паниковать. Ужас овладевает мной. Мне очень, очень страшно.

Я отчетливо слышу каждый звук, раздававшийся при этом и нарушавший мрачную тишину — мягкий и низкий голос гаргульи, подбадривающего нас, бряканье банки с «мамой» о стену при каждом моем движении, визг и причитания Чокнутой.

В ответ на ее хныканье зазвучал чей-то шипящий голос:

— Не сюда, душенька! Держись!

Этот голос был не злым, а скорее спокойным и уверенным. Так обычно дает наставления опытный инструктор, который действительно знает, о чем говорит.

— Сюда! Возьми меня за руку, душенька. — Вторая гаргулья выползла из норы и помогала Вэнди. Не позволяя ей остановиться и испугаться, она заставляла ее подниматься по стене, переставляя своими узловатыми руками ступни Чокнутой от одной впадины к другой.

— Ненавижу высоту! Я сорвусь вниз и сломаю себе шею. Вот увидите! — причитала несчастная Миллиган.

— Почти добрались, душенька.

И в этот самый неподходящий момент меня начали одолевать сомнения. Дурацкие сомнения. А что, если Чокнутая права? Нас обманули и гаргульи на стороне Какасат, а вовсе не на нашей. Однако возвращаться уже слишком поздно. Под нами бездонная, давящая пустота словно предупреждает, как просто сорваться вниз.

Я мог бы рассказать вам, что со временем нам стало легче карабкаться по стене, мы осмелели, обрели уверенность в себе, и все такое прочее. Увы, ничего подобного! Я не плакал только потому, что Чокнутая это делала за нас обоих.

— Еще немножко, — ободряюще сказал Гриммак. — Ручку влево, Билли. Тяни пальчики. Еще. Еще чуть-чуть.

Я посмотрел в ту сторону, откуда раздавался обнадеживающий голос Гриммака. Но гаргулья вдруг куда-то исчез. Мной уже начала было овладевать паника. Но так же неожиданно он появился снова, почти передо мной, осторожно выглядывая из темной норы. Гриммак притянул меня за локти, ухватился за рубашку и резко втащил внутрь.

Ноги, оцарапавшись об острые камни, внезапно ударились обо что-то, и я почувствовал под ними твердую почву. Наконец-то восхождение завершилось!

Мои глаза были открыты, но они довольно долго привыкали к темноте в норе гаргулий. Гриммак, почти неразличимый в сине-фиолетовой темноте, терпеливо ждал, пока я переведу дух.

— Забирайся внутрь, душенька! — прошептала вторая гаргулья у меня за спиной.

Я обернулся и увидел у входа в нору лицо Чокнутой, неохотно штурмующей последние сантиметры.

— Здесь еще темнее, чем снаружи! Это похищение! Умышленное похищение! Откуда мне знать, что они направлялись именно сюда? Может, это хитрый обман.

— Душенька, разве мы только что не видели, как они поднялись сюда?

— Я не видела, потому что поднималась с закрытыми глазами. Куда это мы попали? Я не привыкла лазить по грязным норам, кишащим микробами. Здесь можно подцепить какую-нибудь заразу.

— Кончай выступать, Чокнутая, и лезь сюда, — позвал я ее.

— Билли, это ты?

— Нет, мое привидение!

После продолжительных препирательств, визга и писка Чокнутая и гаргулья, перевалив через край, плюхнулись на дно норы. Гриммак, убедившись, что все в целости и сохранности, повел нас к входу в очень узкий и низкий туннель. Гаргульи, благодаря невысокому росту, могли спокойно идти всю дорогу. Нам же с Чокнутой пришлось ползти на четвереньках, сдирая кожу о стенки туннеля, цепляясь за них одеждой и теряя пуговицы. И чем дальше мы уходили от входа в нору, тем насыщеннее становилась сине-фиолетовая темнота. Но она была здесь обычным явлением и не пугала нас. К тому же туннели в норах гаргулий и должны быть темными.

На наше счастье, в конце концов узкий туннель стал более просторным, а затем привел нас в пещеру вполне приличных размеров. Здесь было чуть светлее. Через пять или шесть небольших отверстий наверху пробивались тонкие лучики лунного света. Они были похожи на маленькие прожекторы на школьной дискотеке. Один лучик падал прямо на нас, другой освещал дальний угол пещеры, где за каменным столом сидел очень старый и ветхий на вид гаргулья.

— Теперь не шумите, — предупредил нас Гриммак.