Чтение онлайн

Я кивнула и совершенно не к месту и не ко времени уточнила:

— То есть возраст Яна — не проблема, я правильно понимаю?

Папа поджал губы и сдержанно проронил:

— Скажем так, его возраст стоит последним в списке проблем.

Я не стала уточнять, что идет в списке перед этим. И насколько он длинный. Тем более папа уже склонился над журналом и принялся аккуратно выводить в нем текст распоряжения, а мне пришлось затаить дыхание.

Всего минуту спустя он поставил последнюю точку и снова на мгновение задумался. Остальные распоряжения были подписаны Роттом, но папа все же поставил свою подпись. Еще через секунду буквы вспыхнули переливчатым сиянием и тут же погасли.

— Что это значит?

— Что я все еще старший легионер столицы, — улыбнулся он. — Сейчас его приведут сюда. У нас есть немного времени, чтобы подготовиться.

Мы встали по обе стороны от двери. Папа наложил на нас какое-то маскировочное заклятие и заверил, что до первой атаки конвой нас не заметит. Оставалось надеяться, что их будет не слишком много.

Конвоиров оказалось четверо. Двое вошли первыми, Норман — за ними, еще двое следом. Все пятеро заметно растерялись, увидев абсолютно пустой кабинет.

— Сейчас, — тихо велел мне папа.

Мы синхронно выпустили заклятия в двух ближних легионеров. Папа успел атаковать еще одного до того, как он сообразил, что происходит. А вот я оказалась не так проворна и потому получила ответный удар. К счастью, щит я тоже умела выставлять в одну секунду, а Норман молниеносно избавил меня от второго оппонента, ударив его локтем в нос. Как он и говорил, иногда и магам нужна грубая физическая сила.

На этот раз папа сам занялся запиранием двери, а заодно наложил на легионеров парализующее заклятие, потому что я не смогла сдержаться: шагнула к Норману и повисла у него на шее, крепко обнимая. Он ответил таким же крепким объятием и удивленным:

— Как ты здесь оказалась?

— Мы пришли тебя спасать, — смущенно улыбнувшись, объяснила я и чуть отстранилась, чтобы взглянуть на него.

На первый взгляд никаких других повреждений, кроме синяка и царапины на скуле от удара Ротта. Я провела по ним рукой, залечивая и невольно вспоминая, как полгода назад в подземелье Норман лечил меня.

— Еще где-нибудь болит? — тихо спросила я. — Они тебя… они тебе что-нибудь сделали?

Норман смотрел на меня совершенно незнакомым взглядом, в котором причудливо смешались удивление, восхищение, недоверие и что-то еще, чему я так и не нашла определение. Он медленно покачал головой.

— Со мной все в порядке… Ты пришла меня спасать? — переспросил он, как будто не был уверен, что услышал правильно.

Я смутилась еще больше и кивнула, а он, как будто не замечая, что мы не одни, снова привлек меня ближе и поцеловал. Невзирая на то, что рядом стоял мой родной отец, я ответила на поцелуй с необычной страстью. Наверное, сказывался весь пережитый за сегодня стресс.

Папа деликатно кашлянул, прерывая эту сцену.

— Таня, сосредоточься! — позвал он, но в голосе не было недовольства, которое я ожидала услышать. — Орта, низшие, да и мы пока в самом сердце Легиона.

Я, должно быть, стала пунцовой и нехотя отстранилась от Нормана. Тот в отличие от меня даже бровью не повел, но из объятий выпустил. А потом еще раз взглянул на папу, и только тогда на его лице появилось удивление.

— Господин Вонен… Не узнал вас сразу.

На мгновение их взгляды встретились, а я нервно закусила нижнюю губу, наблюдая. Двое самых важных мужчин в моей жизни. Я так хотела, чтобы они поладили! Потому что выбирать между ними было бы нечестно. И невозможно.

Папа внезапно улыбнулся и слегка поклонился Норману.

— Приветствую, ваше бывшее величество.

Норман нахмурился и вопросительно посмотрел на меня.

— Ротт все равно уже знает, кто ты. Пришлось рассказать и папе.

— Ротт знает, кто я? — удивился Норман. — Разве он все это затеял не для того, чтобы снять с меня иллюзию?

— Нет. — Я вздохнула и выпалила на одном дыхании: — Он потомок Гордона Геллерта и глава монархистов. Он давно понял, кто мы, поэтому на какое-то время оставил в покое. А теперь его человек выпустил из подземелий Орты низших и заблокировал порталы, поэтому весь спецкурс и преподаватели сейчас сидят в бальном зале, а могли быть уже мертвы. Ротт рассчитывает на чрезвычайную ситуацию после этой трагедии, чтобы получить дополнительные полномочия. Потом он убьет канцлера и станет временным правителем, а тебя выдаст за главного монархиста и публично казнит. Таким образом он надеется стать пожизненным канцлером или сразу королем. И, судя по всему, он собирается все это провернуть за пару дней, чтобы никто не успел опомниться. И ты очень… очень нужен тем, кто остался в Орте. Кстати, я убила низшего, как ты меня учил.

По мере того как я говорила, удивление на лице Нормана сменялось гневом, потом тревогой, а в итоге превратилось в сожаление. Он вдруг коснулся рукой моей щеки и покачал головой.

— Демон меня забери, Таня, это же день твоего выпускного бала. Он должен был быть совсем другим.

— В жизни есть трагедии и пострашнее, — отмахнулась я. — С балами у меня как-то сразу не заладилось.

— Если порталы Орты заблокированы, то как вы оказались здесь?

— Ротт дал нам экспресс-портал, — пояснил папа, который терпеливо наблюдал за нашим разговором. — Думал, Таня испугается низших и согласится стать его королевой.

— Его… что?! — Суда по реакции, во всем дьявольском плане Ротта больше всего Нормана взбесил именно этот пункт.

— Он хочет повторить историю. — Я неловко пожала плечами. — Вашу с Роной и Гордоном историю.

Глаза Нормана сузились, и в них мелькнула незнакомая мне злость. Даже мне стало не по себе. Норман перевел взгляд на моего отца и голосом, ставшим вдруг холодным как лед, поинтересовался:

— Какой у вас план? У вас ведь есть план, правда?

— Прорываемся к выходу из Легиона, а потом вы открываете темный портал в Орту.

— А темный портал нельзя открыть отсюда? — удивилась я. Я-то думала, мы в шаге от спасения.

— Нет, здесь действуют специальные чары, — пояснил папа. — Легион закрыт для порталов. Исключения составляют экспресс-порталы, выданные легионерами.

— Пока на мне эти браслеты, — Норман поднял руки и подтянул рукава сюртука, чтобы было лучше видно, — я бессилен. А снять их могут тоже только легионеры.

Папа подошел к нему и без труда освободил от сдерживающих магический поток артефактов.

— Как мы только что выяснили, я все еще считаюсь легионером, — с улыбкой пояснил он, а потом склонил голову набок и неожиданно заметил: — Знаете, нам как-то надо уже познакомиться поближе, что ли? Посидеть, пообщаться. В семейном, так сказать, кругу. Может, вы как-нибудь придете к нам на обед, ваше величество? Вместе с Таней, конечно.

Надо отдать должное Норману: он сумел сохранить свою фирменную невозмутимость. Даже злость на Ротта куда-то делась, и он вежливо улыбнулся. Лишь скрестил руки на груди, этим выдавая, что чувствует себя немного неловко.