Магинари. Облики Тьмы
Шрифт:
С потолка угрожающе свисала люстра. Она была таких громадных размеров, вся украшена серебром, каплями хрусталя и бусинами изумрудов, что девушка подумала, что без магии тут не обошлось – и чтобы изготовить ее, и чтоб она удержалась на потолке, не обрушив его вслед за собой.
Справа располагалась – а иначе не сказать – широкая невысокая кровать с высоким изголовьем, с массивными ножками в форме медвежьих лап, и медными столбиками по углам, которые поддерживали пологи огромного балдахина, свисавшего с потолка. У ног стояла банкетка с десятком подушек изумрудного цвета. Шерстяные покрывала валялись на кровати, словно непотребные тряпки. Кроме балдахина кровать закрывали от посторонних глаз белоснежные прозрачные тюли. По обеим сторонам от кровати висели гобелены, скрывающие стены от пола до потолка. «Наверно, на сплетение такой штуки ушла целая жизнь, а то и две.» – подумала мельком Тильда.
Напротив кровати, шагах в двадцати, если точнее, находился камин, украшенный хризолитами. Рядом с ним стояли те самые кресла, в одном из которых сейчас сидела Тильда, которые принц одной лишь силой воли перенес прямо к входной двери. Над камином висело громадное зеркало в серебряной раме. Дальше за ним находилась ширма гардероба. С другой стороны стояло подобие рабочего стола. Конечно, он не был завален бумагами, сломанными письменными палочками или магическими приспособлениями. Стол был в идеальном порядке. Слева на право стояли светильник, затем подставка с письменными палочками, пресс-папье, шкатулка с сургучовым бруском и парой зеленых лент, и стопка чистых бумаг.
По левую сторону от кровати Тильда без особого труда заметила двери тайного хода, вместо ручки которых служил лепной цветок кольквиции. Стебелек был отлит из серебра, а лепестки вырезаны из розоватого мрамора.
Все мерцало и сверкало нестерпимой роскошью. Позолота блестела, словно осеннее солнце в желтой листве, изумруды искрили, как беснующееся зеленое пламя, жемчуга поблескивали, словно клыки дракона, перламутр манил призрачным мерцанием, словно в небольших квадратиках были заключены настоящие духи, а кремовый мрамор был похож на шоколад с карамельными прожилками. Изумрудов, конечно, здесь было больше всего. Даже в императорской сокровищнице не так много этих камушков, сколько в комнате младшего сына Сарки.
Возле самой кровати, напротив того места, где сейчас находилась Тильда, стоял бар, заставленный не только полупустыми бутылками и стаканами, но и всякого рода бутылочками и склянками, словно от волшебных зелий. Над ним висело еще одно серебряное зеркало, на мерцающей поверхности которого мелькали три алых огонька. Цветок перламутровой кольквиции венчал узоры, окружающие раму. Такие цветки в виде узоров, лепнины или вышивки телохранительница видела по всей спальне принца Хариса.
Сердце девушки взволнованно заплясало в груди. Она много раз слышала про такие заговоренные зеркала, но еще ни разу не видела их в действии. Однако больше ее взволновало количество магических снадобий, которые использовал молодой маг. Судя по этикеткам на бутылочках, молодой принц испытывал трудности и при пробуждении, и при засыпании, страдал от головной боли, старческой забывчивости, озлобленности при беременности, отеками пальцев рук и еще массой неприятнейших симптомов разных болезней.
Тильда оглянулась. Принц все еще прихорашивался в гардеробе. Пожав плачами, мол, чем черт не шутит, она принялась перебирать все колбочки и бутылочки. Если это все донимает принца, то ей скоро непременно придется искать новую работу.
Вернув все обратно в том же порядке, в котором она брала снадобья, девушка развернула их так же, как они стояли прежде. Внимание упало на серебряное зеркало. Алые огоньки мерцали на нем, словно спелые, соблазнительные яблоки в солнечных лучиках, к которым так и хотелось прикоснуться, сорвать, попробовать. Огоньки полыхнули алым жаром, и девушка не устояла. Она протянула руку к одному из них, и тут раздался голос принца, предостерегающий ее от дальнейших движений. Тильда послушно замерла.
– Если тебе все еще нужна твоя рука, лучше отойди от зеркала. – посоветовал Харис, подходя к девушке и зеркалу.
– Прости. – потупившись, сказала она, отшагнув назад.
Харис обошел телохранительницу и подойдя к зеркалу, приложил ладонь к его раме. Огоньки полыхнули в последний раз и угасли.
– Это зеркало с заметками? – спросила Тильда, уходя от неприятной оплошности, которую она допустила.
– Оно самое. – принц сверкнул голубыми глазами – Неужели ты думала, что мои личные вещи не снабжены защитой?
– Если честно, я вообще об этом не подумала.
Харис фыркнул. «Такая сила у такой дуры!» – подумалось ему.
– Я видела такое же у капитана Кайя, но там никогда не мелькали огоньки.
– Это потому, что он никогда ничего не забывает. – вздохнул принц. Девушка не поняла, сосредоточенно нахмурилась и маг, вновь недовольно вздохнув, объяснил. – Зеркало сохраняет какой-то момент, отраженный в нем, все что сказано и сделано, а эти огоньки служат напоминаниями о том, что было сохранено. Я просто забыл их скрыть от посторонних. Не думал, что сегодня у меня будут гости.
– А что было бы, если бы я коснулась его?
– Хочешь узнать – прикоснись. – ухмыльнулся принц.
– Нет, проживу и без этого знания. – скрестив руки на груди, ответила Тильда. – Меня вообще заинтересовали твои снадобья. Ты, прости, при смерти что ли?
Харис бросил быстрый взгляд на бар и стоящие на нем стеклянные емкости. «Проныра!» – посетовал он про себя.
– Не твое дело.
– Мое. Я твой телохранитель, и, в конце концов, если ты отбросишь копыта, мне придется искать новую работу. Меня кормят не налоги даорцев.
– Если подумать, то именно они и кормят. Откуда же еще император берет деньги? – самодовольная улыбка растянула губы молодого мага.
– Чудесно поболтали, ваше высочество. – ощетинилась Тильда – Я могу идти? Или мне необходимо оценить ваш новый наряд?
Принц окинул взглядом легкую тунику под цвет его кожи, свободные штаны изо льна и безрукавку с вышивкой золотой нитью.
– Нет. Ты еще не согласилась на мое предложение. – отрицательно мотнул головой молодой маг.
– И не соглашусь. По крайней мере, на этих условиях. – глаза цвета летнего поля свежей травы сверкнули яркими вспышками.
– Подумать только, у тихони есть зубы? – ухмыльнулся принц – Не льсти себе.
– Судя по тому, как ты вцепился в мои умения, я могу вить с тебя столько веревок, сколько мне вздумается.
Тильда осклабилась в улыбке, демонстрируя белые зубы.
– Змея.
Харис фыркнул и плюхнулся в кресло.
– Правда, есть у меня один козырь. – задумчиво изрек принц и скопировал улыбку девушки – Глава ордена магов, старый Дамфи.
– Ты не посмеешь.
Девушка побледнела, и голос звучал уже совсем не так громко и уверенно, даже немного дрожал на последнем слове.
– Проверь меня.
Принц был невероятно доволен собой. Он, Харис, был так хорош в блефе! Вновь он нашелся, чем отбить нападки девчонки с невероятной силой и отсутствием полноценного ума. И вновь он получит свое. Да, он был невероятно горд своей сообразительностью. Ну что ему стоит сдать эту девчонку старому учителю? Ничего не стоит. Однако же он не дурак, чтобы отдавать секреты невероятной силы в лапы старого мага, которому нужна магия так же сильно, как и молодая жена.
Тильда сцепила зубы, сдерживая крик. Мир подернула пелена – это на глаза навернулись слезы. По телу побежала дрожь, и ноги внезапно стали ватными. Сердце вмиг потяжелело и оборвалось, упав куда-то в пятки. Она открыла рот, чтобы ответить принцу, но слова превратились в колючий ком и застряли в горле. Девушка закрыла рот и осела во второе кресло.