Чтение онлайн

… А это Вайолет обтянутая черной кожей, в стиле Селин из "Другого мира", разве что побрутальней. Пирсинг на лице, шипованые напульсники. Мокрая от дождя, она ломится в мою дверь: "Я не искала вас, просто мимо летела. Меня молния сбила"…

… А вот они с Лиадой в шелковых ночнушках, играют в бильярд в моей гостиной. Играют на ночь со мной. Соня хохочет и, запрыгивая на стол, выгибает спинку, а Лиада разгневанно шлепает ее по попе: "Ай-я! Чего ты дерешься-то?!!"…

Картинки воспоминаний сменяли друг друга, а мне как будто вынули сердце. И тут я вспомнил про ягоды ризли. Меня захлестнуло надеждой. Я подхватил Вайолет на руки, и в этот момент в спальню вошел Михаэль.

Он молча подошел ко мне, положил мне на плечо свою руку и щелкнул пальцами. Мгновение спустя мы оказались в его апартаментах. Здесь было прохладно и светло.

— Положите ее сюда, — он указал на постель. Ему не о чем не нужно было говорить, он уже сам все знал.

— Я не буду выгонять вас Крис, можете остаться, — сказал он и я понял, что моя боль отчетливо читалась на моем лице.

Он вынул из кожаного саквояжа склянку с черной жидкостью.

— Я уже рекомендовал вам приглядывать за вашей женой. Сегодня вечером королевские бои, у меня есть предположение, что Донна появится именно в это время, когда ваша жена останется без защиты. Приглашения уже доставлены и вам и Курту. — Михаэль выдержал паузу. — Понимаете о чем я?

Я понимал, а верховный демон слышал мои мысли.

— Ничего не хотите мне рассказать?

Рассказывать я не хотел, и мы просто сели в кресла напротив друг друга. Я рисовал в мыслях картины происходящего, а Михаэль видел их. Он видел события моими глазами и я ничего не пытался от него утаить. Он чувствовал это и был благодарен. Я исчерпал воспоминания и откинулся в кресле. Вот и все, теперь всего три пути: он поможет нам, уничтожит нас, или останется в стороне.

Несколько долгих минут он молчал, осмысливая информацию.

— Вашей жене нужна защита, — наконец вымолвил он. — И я не знаю никого лучше, чем Вайолет и Лиада Лингстрем.

И все. И никаких комментариев относительно моих знаний о конце света, о теле мертвого короля. Я начинал привыкать к его манере общаться: коротко, скупо и только по делу. Значит, его интересует Рини.

— Совершенно верно, маршал, — ответил он на мои мысли. — Она легко контактирует с божественной сущностью, а нам это очень важно.

Реанимация своих подданных — это маленькие секреты глав сообществ. Так же, как совсем недавно Самаэль выпаивал меня зельем, после того, как гадание на Таро Смерти едва не стоило мне жизни, Михаэль терпеливо вливал в губы Сони содержимое черной склянки.

— Это кровь одного из древнейших, — пояснил он. — Как адреналин для людей, если не поможет, придется ставить укол в сердце.

Не помогло. Пришлось. Слишком она сопротивлялась оживлению. Вынув из саквояжа стерильный шприц, Михаэль разорвал упаковку и наполнил шприц кровью.

— Распустите корсет, — приказал он.

Расшнуровывать корсеты я умел, но снять нижнюю сорочку не смог.

— Дьявольщина! — заорал на меня Михаэль. — Вы ее убьете, торопитесь же!!!

Я не глядя рванул тонкий шелк.

— Все, теперь отойдите!

Он ощупал ее ребра и поставив между ними иглу, резко вдавил ее в плоть. Раздался хруст, короткий вскрик Вайолет. Она распахнула вспыхнувшие фиолетовым неоном глаза, и осмотрелась вокруг. Не в силах подняться, она поднесла к глазам свои руки, пытаясь разглядеть порезы.

— Зачем вы? — тихо спросила она, и ее тело сотрясли рыдания.

Михаэль сел рядом с ней на кровать и заговорил с ней на древнем языке и умная, древняя кровь, влитая прямо в сердце Фиалочки, говорила с ней. Я не знал этот язык и не понимал ни слова. Соня понимала и иногда она что-то отвечала Михаэлю, а он гладил ее по волосам и снова говорил ей о чем-то. Это продолжалось очень долго, потом она кивнула и закрыла глаза. Михаэль встал и подошел ко мне.

— Не тревожьтесь, теперь она будет жить. Она просила сказать вам: не смотря ни на что, она благодарна. К вечеру с ней все будет в порядке, — он улыбнулся. — Несчастная любовь не повод уходить из вечной жизни. Благодарю вас и от себя, вы благородный человек Кристиан.

Он посмотрел мне в глаза горящими то черным, то красным, как тлеющие угли глазами, и добавил.

— Вы настоящий друг в древнем понимании этого слова. Обещаю вам всестороннюю поддержку во всех ваших замыслах. А сейчас ступайте, вам нужен отдых и пища.

— Что случилось с Вайолет? — глаза Айрин тревожно блестели. Она вошла ко мне сразу, как только я вернулся от Михаэля. — В ее комнату выбили дверь, на полу повсюду кровь.

Я плотно прикрыл за ней дверь.

— Ты в курсе ее ситуации с Валенсианом?

Айрин неопределенно пожала плечами.

— Так, в общих чертах. Я думала это блажь.

— Я был бы рад, будь это блажь. Садись, — я указал Рини на кресло.

— Это все Жюслен, черт бы его подрал! Мало ему Алисы! — я в сердцах грохнул кулаком по столику. Рини озабоченно погладила себя по растущему животику.

— Не горячись, милый, давай все по порядку.

— По порядку? Хорошо. Фиалка действительно влюбилась в Стоцкого. После королевского ужина, когда он выступил в защиту Жюслена, помнишь? Она пришла ко мне с просьбой, чтобы я помог ей. Понимаешь о чем я? Уверен, она и к тебе с этим обращалась.

— Ты про приворот сейчас говоришь? — нахмурилась Айрин. Я кивнул.

— По-твоему я должна была ей помочь?

— Честно говоря, и я не стал. Приворот им был не нужен. Я наблюдал за Стоцким и на сто процентов уверен, он и так любит Фиалочку. У них все было бы великолепно, если бы не Жюслен. Он ревновал фаворита, и когда стал подозревать, что у него с принцессой дамасской какие-то отношения, устроил ему разборку. Сразу после этого Валенсиан поговорил с ней, — я вздохнул. — Он любит ее, я уверен, но Жюслен — это смысл его жизни, он не посмеет пойти против его желаний.

— У Вайолет со Стоцким что-то было? — заинтересованно спросила Айрин. Я кивнул.

— Понятно, — Рини сокрушенно покачал головой. — Бедная девочка. Как же ее удалось спасти, это же было невозможно, насколько я понимаю.

— Я это понял только под утро, — с сожалением вздохнул я. — Собрался было нести ее к Самаэлю, в надежде на чудодейственные ягоды ризли, а тут Михаэль собственной персоной.

— Ты долго был в его обществе? — в голосе Рини отчетливо прозвучала тревога.

— Ему уже обо всем известно, — спокойно ответил я.