Магистр Тайной Печати
Шрифт:
Сама Марла уселась в третье кресло, принимая обличие зрелой дамы.
— Что ж, — устало выдохнул Креатор губами этой дамы, — я вас внимательно слушаю, что у вас ко мне за дело?
Рини заговорила первой.
— Как уже сказал Крис, мы хотим развестись.
Дама возмущенно поджала губы, но на этот раз ничего не сказала.
— Но прежде чем процедура расторжения брака случится официально, нам нужно разрешить один вопрос.
Рини сделала паузу, собираясь с духом. Я видел как трудно ей было говорить. Прошло уже несколько веков, а боль почему-то так и не притупилась. Дочка как живая, возникала перед моим мысленным взором, стоило только о ней подумать.
— У нас была дочь, ее звали Донна. Это было очень давно.
И Айрин рассказывала Марле историю нашей семьи, историю нашей трагедии.
— Мы решили подождать с разводом до тех пор, пока не выясним виновна ли наша Донна в том, в чем ее обвиняют.
Марла сокрушенно покачала головой.
— Бедные вы мои детки, досталось вам от судьбы. Ну ничего, ведь вы молоды и красивы, и вас так много ждет еще впереди. Поверьте мне, я знаю. Я конечно сделаю для вас все, что в моих силах, только запомните-ка вот что: Айрин, прекрати называть Донну дочерью. Это больше не ваша дочь, понимаете вы? Ее тело — результат колдовства, в нем даже капли вашей генетики не сохранилось. Ее душа — подарок Сантала и в результате сходство с Донной, чисто внешнее, да и то, — Марла в сердцах махнула рукой. — Даже повадки, мимика, жесты. Все в ней теперь должно быть чужое.
От Марлы исходило едва заметное свечение, скорей всего это был результат ее постоянной трансформации, она снова вздохнула.
— Так чем же я сейчас могу вам помочь? Время вспять уже не повернуть.
— Этого нам и не нужно, — сказал я. — Мы хотим знать за что Донну приговорили к уничтожению и справедлив ли приговор.
— Ну это-то я могу, только вот зеркала у меня больше нет, придется обходиться без него.
— А где оно, зеркало? — спросил я.
— Отняли его у меня, — ответил мне скрипучий старушечий голос, — никто иной, как господин судья отдал приказ.
А вот это мне совсем не понравилось! Судья наступал мне на пятки. Он влез во все мои дела и куда бы я ни сунулся, везде ощущалось его незримое присутствие. Впервые за долгое время я почувствовал, как во мне закипает злоба. Не гнев, не ярость, а именно злоба.
Марла тихонько похлопала меня по колену.
— Ничего, ничего, я и так могу. Так даже сподручнее, а то с зеркалом-то я совсем обленилась. Посидите тут, я скоро вернусь.
Она встала и пошаркала прочь. Перед ней бесшумно разверзлась скала и снова закрылась, как только она вошла в проем, словно в пещеру Али-Бабы.
Я видел Марлу второй раз в жизни, но даже мне был заметен контраст между прошлой, и нынешней Марлой. Уверенная в себе, независимая и бесстрашная — вот какой она мне запомнилась. Нынешняя Марла, больше походила на сломленного испытаниями каторжника.
Закипающая во мне злоба стала нестерпимой.
— Как ты думаешь, Крис, она поможет нам?
— Я не думаю, Рини, я уверен в этом.
Закутанная в одеяло с мокрыми распущенными волосами, моя жена походила на маленькую девочку.
— Кристи, ты думаешь мы правильно делаем, что разводимся?
Тихо спросила Айрин. Я пожал плечами.
— Я не знаю детка, это была твоя инициатива.
— Но ведь ты был с Лиадой, — она обиженно сжала губки.
— Ты была с Куртом еще раньше, — не уступая, парировал я.
Моя жена понуро опустила голову.
— Я скучаю по тебе Кристи, — чуть слышно сказала она.
— Не говори ерунды. Ты любишь Курта, а все, что ты чувствуешь ко мне, просто чары.
На ее личике отразилась злая ирония.
— А ты на мои чары значит больше не реагируешь?
Чего она добивается? Я никак не мог понять.
— Я всегда любил тебя и всегда буду любить, но теперь в моей жизни появился кое-кто еще и я не стану ее предавать.
Айрин ничего больше не сказала, только едва дрогнули ее губы, а лицо стало чуточку бледнее. Вот уже второй день она заговаривает со мной "о нас" и как будто жалеет о прошлом. Я не понимал, что это: внезапно нахлынувшая ностальгия или она действительно жалела о том, что бросила меня когда-то.
— Ты можешь не отвечать мне, но я должен спросить, ведь ты совсем сбила меня с толку. Если бы я сейчас предложил тебе вернуться, ты согласилась бы на это?
Рини повернула ко мне растерянное личико и я увидел, как по ее щеке скатилась хрустальная слезинка.
— Я не знаю, Кристи, — прошептала она еле слышно.
Я живу на свете больше тысячи лет, но так и научился выносить женские слезы. Меня бесит бессилие, что как бы я не старался, далеко не все в моей власти. Когда плачут мои любимые женщины, мне хочется перевернуть землю, совершить невозможный подвиг или ритуальное самоубийство. Все что угодно, лишь бы их прекрасные глазки снова заблестели радостью.
— Ты можешь разрезать меня на части Рини, только не плачь.
Она горько усмехнулась.
— Точно. Часть мне, часть Лиаде, часть Самаэлю без которого, ты жить не можешь.
Я встал закутанный в плед, как в греческой тоге, подошел к ней и снова сел на корточки возле ее ног. Рини хмыкнула и улыбка вернулась на ее красивое личико.
— Какое счастье! Вот ты уже и улыбнулась мне презренному.
Айрин протянула руку и потрепала меня по волосам, запуская в них тонкие пальцы.
— Дурачок ты мой, ты всегда будешь для меня моим главным мужчиной.
Еле ощутимый ветерок прокатился по пещере. Я поднялся как раз когда скала вновь расступилась, выпуская к нам Марлу.
— Так ребятушки, скорее садитесь, иначе не успеем.
Тревожно приказала она, опускаясь в свое кресло стоявшее между нашими, и положила призрачные руки на подлокотники ладонями вверх.
— Положите ваши ладошки на мои и закройте глаза. Лучше всего расслабьтесь и попытайтесь меня не блокировать.
Ладонь Марлы на ощупь напоминала порыв ветра. Она казалась бесплотной, но какая-то материя в ней все же была раз моя рука не прошла сквозь ее руку, а зависла в воздухе наткнувшись на невидимую опору, имевшую призрачные контуры человеческой кисти.
Поначалу мое сознание противилось чужеродному вторжению, пытаясь выставить несокрушимую оборону. Но касание Креатора, подобное дыханию океана, с тихим шелестом проникало сквозь броню. А потом начались образы…
Я видел Донну. Маленькая девочка с длинными русыми косичками бежала по цветущему лугу. Высокая трава местами доходила ей до самых плеч. Я слышал ее переливчатый смех, видел букет колокольчиков в ее руках, она собирала их для Айрин. Рини всегда любила луговые цветы. Следом за Донной бежала ее подружка Мадлен. А потом они, взявшись за руки, побежали к нашему дому. Вспышка света.