Чтение онлайн

А вот Донна с Айрин собирают целебные травы и развешивают их пучками в сарае за домом. Вот Донна порезала пальчик об острый лист осоки и Рини заговаривает ей ранку. А вот мы все вместе за праздничным столом в честь последнего дня зимы. Стопка горячих блинов, обжигающий аромат клубничного морса. Вспышка.

Тот самый день, когда Донна пошла в деревню к подружке. Вот они жуют горячие пирожки, состряпанные матерью Мадлен. Мадлен, так кажется, звали подругу дочери. Вспышка.

Донна с Мадлен разговаривают о мальчиках. Моей дочери нравится Алейни, внук старосты. Он хорошо рисовал и однажды нарисовал углем портрет Донны на стене своего дома. Вспышка.

В деревню въезжает конный отряд. Вооруженные до зубов стражники сбивают женщин в кучу, хлещут их кнутами. Донна с Мадлен бегут к лесу и они успели бы укрыться. Пронзительный крик. Это дочь старосты. Ее за волосы волокут по земле. Донна оборачивается и кадр замедляется. Она видит как из дома выбегает Алейни. В его руках длинная жердь. Короткая схватка. Зачем он полез, ведь сразу было ясно, что силы неравны?!! Мушкетный выстрел и на рубахе парня расцветают кровавые лепестки маков. Он падает и одновременно Донна бросается к нему. Мадлен окрикивает ее, пытаясь остановить подругу, бежит за ней. Алейни уже никто не смог бы помочь, даже Айрин со всей своей магией. Алейни мертв. А девочек хватают солдаты и тащат их вместе со всеми женщинами, в большой сарай. Мадлен погибла из-за Донны, так же, как наша дочь погибла, из-за Алейни… Вспышка.

Зажженный факел впивается в соломенную крышу сарая. Дверь сарая запирают на тяжелый засов. Картинка ускоряется, как на перемотке. Марла не стала затягивать нашу агонию, но мы все-таки увидели это: языки пламени, пожирающие проваливающуюся крышу, крики боли и ужаса слившиеся с треском обвалившихся балок. Они умерли быстро, заваленные балками и обвалившейся крышей. Вспышка.

Освещенная ярким огнем поляна, души умерших, выстроившиеся перед Айрин. Кристально-чистая душа Донны прощается с нами и улетает в звездное небо. Вспышка.

Воссозданное из пепла тело, очень похожее на нашу дочь, как кукла хлопает глазами в которых нет ни единой мысли. В этих глазах не отражается душа. Вспышка.

Пустое тело обретает душу. В ее глазах вспыхивает блеск, какой-то злой адский блеск, напоминающий тлеющие угли преисподней. Эти глаза отсвечивают неоном и два узких зрачка надвое расчерчивают поля радужной оболочки. Нежные губки кривятся в жесткую линию, а из-под верхней губы показываются два острых клыка. Нежные розовые ногти вытягиваются в острые когти носферату.

Каким же слепым было материнское сердце Айрин, что она продолжала называть это существо дочерью!

Следующие кадры показали нам жизнь тела Донны в новом воплощении. Я немало повидал за свою жизнь, но увиденное было сущим кошмаром. Это было воплощенное зло. Где был все это время Михаэль?!! Почему он не отдал приказ уничтожить этот кусок садизма? Ответ на этот вопрос я получил позже. Вспышка.

— Откройте глаза, — откуда-то издалека прозвучал размытый голос Креатора.

Я открыл глаза и посмотрел на Рини, ее личико было мокрым от слез. Стыдясь нас, она закрыла лицо руками и зарыдала, горько и безутешно. По моим щекам тоже текли предательские слезы. Не каждому под силу касание Креатора когда оживает то, что давно казалось бы, кануло в Лету. Я понимал, для чего Марла показала нам как умирала Донна. Она дала Рини возможность собственными глазами увидеть гибель дочки, помогая ей до конца осознать: Донна давно мертва, и у приговоренного к уничтожению существа, нет с ней ничего общего кроме внешнего, довольно поверхностного сходства.

— Почему ее до сих пор не объявили в беспредел? — спросил я у Марлы.

Она недовольно посмотрела на меня.

— Ты очень мощная сила, Кристиан. Ты хорошо постарался создавая себе имидж противника, с которым приходится считаться. Но твои враги знают, как Айрин любит дочь, а значит Донна — один из путей ведущих к твоей жене, которая в свою очередь, самый короткий путь к тебе.

— Благодарю, — дрогнувшим голосом сказала Марле Рини, поднимаясь из кресла и направляясь к развешенной у огня одежде.

Мгновение и слезы на щеках моей жены обернулись льдинками, со звоном осыпаясь на каменный пол.

— Что ты собралась делать? — осторожно спросил я.

— Уничтожу чудовище, которое создала собственными руками.

Марла понимающе улыбнулась и эта улыбка показала мне, как она рада за Рини, отделившую наконец память о дочери от того, что стало с ее телом теперь.

— Где ты собралась ее искать? Если ты помнишь, вампира невозможно найти, если он того не желает.

В глазах Айрин сверкнули молнии.

— А вот это мне скажет Марла.

На лице Креатора отразилась зловещая усмешка.

— "Тому не нужно далеко ходить, у кого черт за плечами", — процитировала Марла персонажа Николая Васильевича Гоголя. —

Не нужно искать того, кто сам очень скоро к вам явится.

— Явится куда? — на всякий случай уточнил я.

Марла улыбнулась многообещающей улыбкой, по которой без труда можно было понять, что скучно не будет.

— О-о, о женитьбе принца оборотней на королеве апокалипсиса уже знают все бессмертные. Многие явятся по приглашениям, но некоторые из тех, кого пригласить не потрудились, все равно прибудут заинтересованные подобным, столь редким событием.

— Ты хочешь сказать, тварь тоже заинтригованна? — Я сказал это удивляясь самому себе, я сказал "тварь", а не Донна и не дочка. Тварь не была Донной никогда. Тварь, вот точное слово. Кусок ада, сотворенный руками, мой любимой когда-то женщиной.

Марла утвердительно качнула головой и многозначительно улыбнулась.

— А теперь убирайтесь, у меня появились срочные дела, я и так сказала вам лишнее.

Нам не нужно было повторять дважды, мы были одеты и уже получили от Креатора все, за чем пришли. Марла проводила нас до черного камня и наскоро попрощавшись с нами, растворилась в воздухе.

Мы снова оказались на скалистой дорожке, где нас встретил ураганный ветер. Крупные капли дождя с силой хлестали по лицу, но мы уже привычно опускали головы, словно склоняясь перед силой стихии.

— Что дальше?!!! — прокричала Рини, силясь переорать бурю.

— Поговорим по возвращению! — проорал я в ответ.

Жена отрицательно помотала головой.

— Там повсюду прослушка! Я чувствую! Поговорим здесь! Сейчас!

Я вжал жену в трещину в скале, чтобы защитить ее от мощных порывов ветра, норовящих сдуть нас в кипящую бездну. А она плотнее прижалась ко мне, пытаясь втащить и меня в это маленькое убежище. Теснота мешала ей поднять руки к лицу и она безуспешно пыталась сдуть с глаз мокрые пряди. Стоя спиной к обрыву я обладал большей свободой действий и я аккуратно откинул ее волосы назад. Рини вздрогнула и дико посмотрела на меня.

— Я подумал, тебе мешают волосы, — ответил я на этот дикий, испуганный взгляд.

— Спасибо, Крис, — смущенно пробормотала она.

— Знаешь, я сегодня наговорила тебе столько разных признаний, — она отвела глаза, устремляя взгляд за мою спину туда, где бесновалось море, обрушивая тонны воды на черные скалы.

— Ты, пожалуйста, пойми меня. С прошлым всегда трудно прощаться, особенно бессмертным. Я очень благодарна Марле, она открыла мне правду и я собственными глазами увидела смерть своей доченьки. Нашей с тобой доченьки.