Чтение онлайн

Меня весьма интересует, как формируется понимание этого срока. И всё, что касается непосредственно самих ощущений. Как они проявляются, при каких обстоятельствах? Разумеется, эти вопросы справедливы и имеют смысл, если ваше выступление на семинаре не шутка и не розыгрыш.

Симанов потягивал трубку, разглядывая пляшущие в камине языки пламени. Он хорошо знал, что за профессором с далёкой мо-лодости водилась привычка легко поддаваться первому впечатлению от любой необычной идеи, поэтому не особенно надеялся, что вечер будет потрачен с пользой. Однако выслушать автора смелого, хоть и сомнительного заявления ему было любопытно.

Старков попытался унять набежавшее волнение:

– Нет, это не шутка, всё сказанное действительно имеет место быть. Без всякого усилия я могу определить близкую кончину незнакомого мне человека при помощи физических ощущений во время обычного разговора. Стал замечать это, когда вся последовательность событий: встреча, беседа и последующий «уход» собеседника – неоднократно повторилась. Затем поставил целью получить от «объекта» более точную информацию. При общении стал максимально концентрироваться для усиления воздействия и принятия более чёткого ответного импульса. За год таких тренировок я как бы научился «видеть» не только состояние здоровья, но и примерное время его жизни.

Теперь о чувственных ощущениях. Они достаточно схожи, но разные по силе и длительности. К сожалению, я не смог установивить точную взаимосвязь между этими параметрами, а разобраться никто не помог. Все, к кому обращался, советовали не страдать ерундой и не морочить себе голову глупостями про смерть, пока умишком не тронулся.

Возможно, всё это на самом деле полный вздор. А если нет? Если эти способности можно как-то использовать на пользу людям? Например, быстро и качественно провести обследование десятков тысяч студентов нашего университета и выявить имеющиеся заболевания на ранней стадии. Здоровых обеспечить рекомендациями, а больных направить на лечение. Такая оперативная диагностика сохранит здоровье огромному числу людей и сэкономит колоссальные государственные ресурсы. Думаю, овладев управлением этими необычными качествами, можно даже научиться обманывать смерть, влиять на время её прихода. Пусть самую малость, но и этого бывает достаточно. Я не пытался, но думаю, что такое возможно.

Биодиагностика человека человеком может найти широкое применение в современной лечебной практике и спорных ситуациях с эвтаназией. Очень хотелось бы, чтоб эти своеобразные способности каким-то образом послужили на благо обществу… – не слишком уверенно закончил студент.

Учёные мужи слушали внимательно, вникая в смысл каждого слова. Это было ясно по тому, что один из них забыл про чай с алтайскими травами, а другой про трубку с любимым сортом кубинского табака. Наконец доцент отвлёкся от камина, поднялся из кресла и отправился на неспешную прогулку по гостиной. Своим молчанием профессор предоставил ему возможность высказаться первым.

– Во благо обществу, значит? Что ж, вполне допускаю. Но как же тогда известное суждение «благими намерениями путь в ад вымощен»? Понадеемся, что к нам оно не относится? Давайте-ка начнём с самого начала. Придётся вам, Виктор, подробно рассказать о вашем феномене с момента его появления. Приготовьтесь к долгому интервью, молодой человек. Только после тщательного препарирования явления можно разобраться, будет от него какая-то польза или нет. Думаю, что именно так следует продвигаться к пониманию природы ваших удивительных данных, – доцент вернулся к своему креслу.

– Да, Виктор, рассказывайте всё, что вам покажется важным, – поддержал профессор.

Ироничный тон доцента подействовал на студента успокаивающе и волнение отступило.

– Но это потребует времени.

– Для этого мы и собрались. Весь вечер в нашем распоряжении. В любом случае, для осмысления чего-то нового необходимо составить полную картину событий, – добавил Николай Егорович.

Виктор пригубил остывший чай.

– Думаю, начать следует с того, что я хорошо помню себя с очень раннего возраста. Наверное, с трёх-четырёх месяцев от роду. По всем правилам, такого быть не должно…

– И что же помните? – усомнился Симанов.

– Честно сказать, немного: вид из детской кроватки на часть комнаты, где какая стояла мебель и материнское кормление. В возрасте трёх-четырёх лет заметил, что некоторые цвета и размеры предметов вызывают у меня вкусовые ощущения.

– Наблюдалась ли при этом какая-то закономерность, что чему соответствовало? – поинтересовался профессор.

– Глядя на тёмно-зелёный забор, чувствовал во рту солёное, а играя трёхграммовыми гирьками лабораторного набора старшей сестры, – сладкое. Маленькие пластинки-навесы в двадцать граммов были кислыми. Поведение и эмоции взрослых тоже часто имели вкусовую окраску. Крики и ссоры были горькими. Временами фразы, реплики, имена непроизвольно возникали в воображении объёмными и цветными. При имени «Тамара», например, появлялся прозрачный голубой куб размером в человеческий рост. И так на большую часть слов разговорной речи. Иногда воздух вокруг взрослых, так называемая аура, становился легко окрашенным облачком. Бывало, что цвета смешивались или плавно менялись на другие, очевидно, в зависимости от эмоционального состояния.

Учёба в начальной школе казалась мне скучной. Многое из того, что преподавали, я как будто знал или слышал раньше. Листая случайно попавшие в руки потрёпанные «Азбуку» с «Арифметикой» с некоторыми подсказками взрослых, я выучил наизусть годам к пяти.

– Я давно говорил, что дети индиго были во все времена. Это общество не всегда было готово к их появлению и лицемерно отмахивалось от очевидного факта. Однако нельзя забывать, что любые способности без должного развития затухают, нивелируются. Прошу меня извинить, продолжайте, пожалуйста, – не удержался от реплики Константин Прокопьевич.

– Ещё один интересный факт. С раннего детства мне снится то, что скоро произойдёт. Даётся некая подсказка будущего.

– Хотите сказать, что предвидели и сегодняшнюю встречу? –вмешался доцент.

– Вы знаете, да. Где-то с неделю назад я видел во сне этот дом, но не мог понять, как и почему здесь окажусь. По-моему опыту это означает слишком малую вероятность события.

Буквально до последнего времени я был уверен, что предвидение будущего и вкус размеров, объёмные видения и цветные ореолы все люди чувствуют и видят одинаково. Но недавно узнал, что это не так. Раньше просто не обладал информацией. Когда был мальчишкой, родители почему-то запрещали даже думать об этом не то, что вопросы выяснять. В армии это совсем не к месту, могут принять за ненормального. В университете тоже как-то не сложилось. Начал осторожно спрашивать – сказали, что у меня от жизни в большом городе просто немного «крыша поехала».

Соглашусь с Константином Прокопьевичем, что без должного внимания некоторые ощущения теряют остроту восприятия и как-то замирают. Так, за школьные годы некоторые просто исчезли. Зато здесь, во время экзаменов при повышенном нервном и умственном напряжении, как бы запустились другие. Хотя, может быть, это активировались прежние. В результате случаются маленькие чудеса.

Как-то, засыпая в общежитии после трудного экзамена, я вдруг увидел класс, где он проводился, и что там происходило после моего ухода. Как бы откуда-то сверху. Состояние было весьма необычное, между сном и явью. Спал, но всё видел и сознавал, что это сон. Легко и просто будто смотрел фильм, потому что сновидение было управляемым! После этого случая я всерьёз задумался об использовании необычных качеств.

Профессор прервал Старкова:

– Вы достаточно точно описали экстракорпоральный процесс выхода сознания из физического тела во время сна. По учебникам, всё так и происходит. К тому же вполне вероятно, что дополнительная умственная нагрузка может вызвать определённый эмоциональный всплеск. Кстати, Виктор, а вы никогда не применяли гипноз к своим педагогам или товарищам по учёбе? – неожиданно строго спросил профессор.

– Что вы, Константин Прокопьевич! И какой из меня гипнотизёр? Пока я лишь дилетант с хорошими данными. Мне всегда не хватало знаний в этой области. Но самостоятельно изучать не стал, не отважился. Точнее, побоялся понять неправильно. Что такое гипноз, конечно, представляю, но работать с ним даже не пробовал. Честно признаться, такой откровенный разговор на эту тему у меня первый раз в жизни.