Чтение онлайн

В сложившейся ситуации Манитоле повезло, что он был на ней губернатором. Все понимали, что придет день, когда больше не останется отговорок, позволяющих ему удерживать свой пост, и с приходом этого дня резиденция губернатора опустеет.

Он взял Джульетту под свою опеку и показал ей огромную бальную залу в резиденции, которая теперь использовалась очень редко, и комнату, где давались официальные банкеты для прессы. Все здесь производило большое впечатление и слегка пахло нафталином, а в меблировке преобладал викторианский стиль. Джульетта сочла ветхие знамена в аудиенц-зале слегка печальными, полотняные чехлы, защищавшие позолоченную мебель в бальной зале, наводящими уныние, но в целом экскурсия по резиденции под покровительством хозяина дома ей понравилась.

Несомненно, она понравилась бы ей еще больше, если бы среди гостей не было Майкла Грейнджера. Она была почти уверена, что он приедет, но надеялась, что в другом настроении, и поможет ей освоиться в новой для нее обстановке, а не будет таким, как во время их первой встречи, — очень сдержанным, спокойным, отчужденным и критичным.

Когда он здоровался с ней за руку, его глаза ничего не выражали. Он сохранил прохладное отношение к ней в течение всего вечера и, хотя за обедом сидел рядом с ней, предоставил другому ее соседу развлекать ее разговором, а сам сосредоточил свое внимание на очень полной даме в лиловом атласном платье, которая, казалось, была усыпана бриллиантами и разговаривала с ним громким властным голосом, который был слышен во всей комнате.

Потом, когда великолепие просторной столовой осталось позади и они вернулись в гулкую гостиную, где был сервирован кофе, Джульетта обнаружила, что он сидит у нее за спиной. Но он спокойно, невозмутимо курил сигарету и, очевидно, не имел ни малейшего намерения обращаться к ней, пока она не повернулась и не встретилась с ним глазами, — он определенно смотрел на нее сквозь поднимавшиеся вверх завитки дыма. Что-то в выражении ее слегка раскрасневшегося лица заставило его подойти и сказать, скорее всего, первое, что пришло ему в голову.

— Вы выглядите какой-то потерянной. Вас впервые пригласили в гости к губернатору?

Она кивнула. Его тон показался ей презрительным, будто он подозревал, что дома в Англии она ведет весьма заурядную жизнь.

— Однажды я была в Английском консульстве в Мадриде, когда ездила туда на каникулы, но этот визит был связан всего лишь с моим паспортом. Обычно я не вращаюсь в избранных кругах, — сказала она невозмутимо.

Он стоял у ее локтя и смотрел на нее сверху вниз. На ней было одно из очаровательных новых вечерних платьев, и выглядела она восхитительно. На другом конце комнаты Кларисса Грэхем, одетая в туалет от Диора, смотрелась очень эффектно и представляла собой весьма опасную приманку для молодых людей вроде Колина Марни, которые слетались к ней, как мотыльки на пламя.

Но хотя, как обычно, она была окружена толпой поклонников, смотрела она на Джульетту и мужчину, который не выказывал особого желания продолжать разговор, практически навязанный ему против его воли.

— Сэр Питер — добрый малый, — коротко заметил он. — Но он выше того, чтобы спрашивать вас про паспорт.

— Совершенно верно.

— Так он внушает вам трепет?

— Напротив, я считаю его чрезвычайно милым. Он посвятил мне сегодня вечером очень много времени.

Холодные синие глаза, смотревшие на нее, вспыхнули.

— Может, ты думаешь, что он тоже счел тебя чрезвычайно милой? Должен тебя предупредить, он обращается со всеми представительницами вашего пола, которых встречает, с одинаково чрезмерной учтивостью. Для него это просто привычка и не значит ничего особенного. Даже если бы леди была косоглаза и покрыта веснушками, он был бы так же любезен с ней… разумеется, если она будет представлена ему, как племянница Роберта Марни. Он питает глубокое уважение к вашему дяде.

Джульетта почувствовала, как горячая, мучительная краска предательски заливает лицо и шею. Если Майкл Грейнджер хотел заставить ее почувствовать себя ничтожной, он преуспел в этом. Но, когда она вспомнила, что неделю назад он поцеловал ее, а она спустила ему это, ни капли не запротестовав, она не удивилась тому, что он так с ней обращается.

Очевидно, после этого поцелуя она упала в его глазах, что было ужасно несправедливо, если не больше.

Она поспешно отвернулась от него и услышала свой холодный голос:

— Я всего лишь заметила, что сэр Питер очень мил.

К ее удивлению, его рука опустилась ей на плечо.

— И ты тоже, — мягко сказал он. — Прости меня!

Она обернулась, посмотрела ему в глаза, и их выражение изумило и озадачило ее. В них было извинение, участие, странная горечь и что-то еще, что она никак не могла понять.

— Допивай свой кофе, если хочешь, — сказал он, — а потом я покажу тебе парк вокруг резиденции. Конечно, лучше бы тебя пригласили на завтрак, чтобы у тебя была возможность осмотреть его при дневном свете… Но это еще впереди. К тому же просто удивительно, как хорошо здесь все видно при свете звезд.

Она была настолько ошеломлена, что не сразу поняла, что он приглашает ее в парк резиденции. Джульетта услышала свой запинающийся голос, хотя уже знала ответ на свой вопрос:

— Разве… разве луны нет?

— Нет. Ты боишься?

— К-конечно нет! С чего бы мне бояться? — спросила она, затаив дыхание.

— Действительно, с чего бы? — Голос его был мягким, он осторожно ее поддразнивал. — Мне не приходит на ум ни одной причины… если только ты не боишься, что я дам тебе натолкнуться на дерево или свалиться с лесенки. Ты чуть было не сделала этого недавно, правда?

Он подождал, пока она встанет со стула, а потом под прикрытием гула голосов, наполнявшего комнату, они быстро прошли к ближайшему французскому окну, которое было широко распахнуто, и исчезли в темноте. За их спинами сестра губернатора, обращавшаяся к одному из старших поклонников с двусмысленным замечанием, на мгновение нахмурилась, глядя, как они уходят, но потом, как ни в чем не бывало, продолжила разговор с чиновником, который был безнадежно очарован ею.

Снаружи, в парке, Джульетта сочла необходимым ухватиться за руку Грейнджера, пока он вел ее через террасу к ступеням. Он заставил ее взять его под руку, и почему-то она почувствовала себя в безопасности, хотя и не забыла злую иронию его замечания о юной леди в веснушках и о манере сэра Питера не делать различий между красивыми и некрасивыми женщинами.

Он заставил ее чувствовать себя униженной, незначительной и очень жалкой, но, вместо того, чтобы дать ему отпор, когда он предложил посмотреть парк, она сразу же согласилась на его предложение. Почему?

Прохладный ночной воздух освежал ее щеки, вокруг плыл удушающий запах невидимых в темноте цветов, над головой сияли огромные звезды, а она могла лишь беспомощно цепляться за его руку и отчаянно желать, чтобы она знала ответ на этот вопрос.

И вдруг, решив быть честной сама с собой, она поняла, что ей нужен был ответ не на вопрос, почему она позволила так плохо обращаться с собой, а совсем на другой вопрос… Что с ней произошло с тех пор, как она приехала на Манитолу, почему все ее существо дрожало от страха и восторга, когда ее сопровождающий с раскаянием сжимал ее пальцы, и что все это значило?